Натали Мондлихт – Высшая школа Заучек (страница 58)

Ноги сами привели меня к Хранилищу. Селений со взлохмаченными волосами озадаченно подсчитывал что-то на полках, и хмурился, не удовлетворённый проведённой инвентаризацией.

— Не может быть, — бормотал он, — куда же я их дел?

— Добрый день! — поздоровалась я и предложила свою помощь.

— Ох, деточка, как же ты вовремя! Вот, не дали боги старику памяти. Главное, не схлопотать от этой старой карги, — наверняка речь шла о нашей комендантше, — В общем, тут такое дело, нужно мне убежать на часок, кой-чего докупить, а ты, это, посиди, подежурь. Если свёрток принесут, сама знаешь, куда поставь. Вот, держи, — и он вручил мне знакомый старинный ключик. — И кто её дёрнул с этой инвентаризацией, — сердито бормотал себе под нос Селений по пути к выходу.

Я улыбнулась и проводила Хранителя взглядом. Вечно они с комендантшей воюют.

Повертела в руках ключик и хмыкнула. А ведь это шанс проверить Хранилище ещё раз. Меня ведь активно туда подталкивают, это заметно. Думаю, и пакет сегодня доставлять никто не будет.

Осторожно открыв дверь в глубине Хранилища, вошла в полутёмное помещение. Отбросив все мысли, расслабилась и положилась на интуицию. Побродив возле разных полок, вдруг снова оказалась у того самого цветка. Он манил меня, завораживал. Не зря этот артефакт считался покровителем магов огненной стихии. Развернув бумагу, я взяла в руки дивный цветок.

Сияние вдруг стало ярче, мощнее, разлетевшись лучами по всей комнате. В первый миг я даже прикрыла глаза, заслезившиеся от света. А потом зрение адаптировалось, и я заметила странную особенность. Все лучи были золотистыми, и только один как будто переплетался с сероватой дымкой, становясь заметно тусклее.

Проследив, куда он уходит, я удивлённо приподняла брови. В самом углу комнаты, просто на полу, стоял чёрный уголёк, распространявший вокруг себя сероватую дымку. Там, где луч касался камня, он будто бы поглощался аурой артефакта. Что это именно артефакт, я поняла сразу. Но почему его никто не положил на полку, да ещё и не упаковали?

Я подошла и подняла уголёк, повертела в руках, а потом, не знаю зачем, положила в карман. Он будто сам туда просился. Мне показалось, я даже слышала тихий шёпот: «Ты нужна мне… Забери…». В трансе поставила цветок обратно на полку и вышла из Хранилища.

Сколько прошло времени — неизвестно, я выпала из реальности, сжимая чёрный уголёк в ладони. Ощущения были странными. Артефакт словно пробирался мне под кожу, пытался узнать, что я из себя представляю, кто я. Было немного страшно, но выбросить или положить обратно его я не могла. Мы были связаны невидимой нитью, и эта связь зародилась очень давно, ещё до моего рождения, тысячелетия назад.

Когда пришёл Селений, я на автомате отдала ему ключ и попрощалась. Дошла до комнаты и улеглась на кровать, Анхелии сегодня не было, никто не прерывал мой внутренний диалог со странным тёмным артефактом. Незаметно для себя, я погрузилась вначале в транс, а затем и в глубокий, странный сон с множеством голосов, рассказывавших невероятные вещи. А наутро совершенно не помнила, о чём был сон. Одна лишь фраза крутилась в сознании: «Отпусти искру и мы поможем друг другу».

С удивлением я обнаружила, что уже утро. Попыталась вспомнить, каким образом оказалась одетой в постели, и это заставило резко сесть. Точно! Странный артефакт! Я же забрала его из Хранилища. Но в карманах ничего не оказалось. Обыскав всю кровать, уверилась, что и здесь его нет, как и под ней.

При этом комната была закрыта, а соседка и вовсе не ночевала здесь. Меня затопила волна сомнений. А может это всё сон? Вполне возможно. Разве может артефакт вести себя как разумное существо? Вряд ли! Да и похоже всё на бред. Наверняка я только думала, о том, что хочу куда-то пойти, прилегла на секунду и заснула.

Тишину прервал артефакт связи, подаренный Иллиасом.

— Моя любимая соня, просыпайся. Нам пора. Жду тебя через десять минут в портальном коридоре.

Выбросив из головы лишние тревоги, побежала лихорадочно собираться. Я ведь действительно проспала, а ректор, миссия которого заключалась во временном снятии магического блока с необходимой пещеры, ждать не будет.

Как говорится «я подумаю об этом завтра». Сегодня у меня были другие приоритеты на повестке дня. Контролировать свою магию, которая в любой момент может навредить не только мне, но и окружающим, было для меня действительно важным. А по возвращении обязательно расспрошу Селения, навещала ли я его вчера.

Иллиас с ректором уже поджидали у одной из дверей.

— Доброе утро, рисса Лерания. Сегодняшнее посещение поможет вам не только в медитативных уроках, но и в освоении порталов. Вот это, как видите, стационарный мировой портал. Теорию о них, я слышал, вы уже самостоятельно изучили, поэтому рекомендую внимательно наблюдать за действиями роса Иллиаса. Уверен, эти знания вам ещё пригодятся.

Я внимательно уставилась на руки Иллиаса, повторяющие определённые пассы. Стилус задействован не был, и это обстоятельство делало происходящее ещё интересней. Магическое свечение вокруг двери было заметно даже издалека, а после нажатия на символы, вмонтированные рядышком, и взаимодействия пассов Иллиаса с магическим полем, окружавшим портал, начало происходить самое интересное.

Как только Иллиас открыл дверь, скопленная снаружи энергия рванула к стене, скрывавшейся за ней, и та пошла рябью, являя сероватые силуэты пещеры. Одновременно с этим ректор магическим стилусом снял светящуюся плёнку, все ещё перекрывавшую доступ. Тут же в пещере материализовались вещи, собранные для нас Иллиасом, а следом и мы, держась за руки, прошли стационарным порталом. Когда я обернулась, за нами снова сиял восстановившийся магический барьер, а дверь и вовсе исчезла с горизонта.

Оставив вещи нетронутыми, мы с Иллиасом пошли дальше, вглубь пещеры, на каком-то этапе разветвлявшейся на два узких хода.  Повернув налево, мы очень скоро вышли в небольшой пустой грот, непримечательный практически ничем, кроме дальней стены, на которой будто от кристаллов или драгоценных камней вспыхивали искры.

— Что это? — спросила я, зачарованная световыми всполохами.

— А что ты видишь? — спросил в ответ он. — Здесь у каждого своя картина и она зависит от вида магии.

— Вспышки, — подтвердила я эту теорию.

Мы одновременно подошли к стене, и он приложил наши соединённые ладони: моя первая, а его сверху. Душу наполнило светлое чувство всеобъемлющего счастья. Все заботы мира растворились в нём и стали незначительными. Лёгкость, воздушность и понимание, что я едина с вселенной, переполнили до краёв.

Если была бы такая возможность, я стояла бы здесь вечно. Но Иллиас посчитал по-другому. Он аккуратно убрал мою ладонь, и обнял, пытаясь унять нагрянувшее чувство потери.

— Я знаю, возвращаться в реальность после такого сложно, но необходимо. Представь, что именно тебя держит в этой жизни, что ты можешь упустить. Иногда жизнь доставляет нам множество проблем, но без них не было бы и других самых лучших, запоминающихся моментов, — он заключил моё лицо в ладони и покрыл нежными поцелуями. — К тому же, я эгоист, и не смогу отпустить ту, что для меня стала столь дорога.

Сердце зашлось в безумной скачке, пытаясь выпрыгнуть из груди. А он, словно и этого было мало, погладил кончиками больших пальцев заалевшие щёки, посылая мурашки по коже. А затем заглянул в глаза, ища ответ на одному ему известные вопросы.

— Я… — охрипшим от волнения голосом попыталась выразить то, что давно уже было на сердце, — ты тоже для меня очень дорог и я… я не смогу жить в мире, где нет тебя, не дышать одним воздухом, не видеть одну и ту же Луну и звёзды. Я…я, кажется, люблю тебя, — прошептала еле слышно и закрыла глаза, боясь, что меня не поймут.

Он прислонился лбом к моему и прошептал: «Я тоже». Меня целовали долго и страстно, а затем подхватили на руки и закружили в этом маленьком, ограниченном пространстве. Однако показалось, что я не в тёмной пещере, а на небесах с яркими звёздными мириадами, указывающими дорогу к блаженству.

Вот уже день, как начались наши медитации. Заключались они в том, чтобы перенести чувство единения, которое я ощущала возле магической стены (места, переполненного магией созидания) на меня и ту магию, что находилась внутри.

Вначале, найдя свой якорь в этой жизни и стараясь не упускать его из поля зрения, я просиживала часы кряду у магической стены, упиваясь ощущениями, но пытаясь не раствориться в них. А затем я повторяла данный опыт, только один на один со своим сознанием, заглянув внутрь себя и пытаясь отыскать тот источник магии сиятельных, который не слушался меня и не до конца принимал.

Отыскать его удалось лишь к концу дня, когда я окончательно разобралась в себе и почувствовала себя цельной и счастливой, принимающей реалии мира и готовой противостоять тому, что меня не устраивает, если понадобится.

Не последнюю роль в этом сыграло участие Иллиаса. Его желание помочь и разделить все мои тревоги и проблемы. А главное — я признала, что именно он для меня значит, и с души словно камень упал. Я и не подозревала, насколько меня угнетала неопределённость.

А вечером… вечером мы устроили экскурсию и навестили соседний ход на обозначенной ранее развилке. Я была очарована озером с термальными водами, бурлившими в нём. Но ещё больше открывшейся картиной.