Натали Марк – Двойные листочки (страница 57)
— Как же вы это сделаете?
Петя слегка повёл плечами.
— Что-нибудь придумаем. Я могу навешать какое-нибудь красивое вранье Марише, мол, хотим поблагодарить Яну Сергеевну и всё такое. Может, она передаст нам номер. Или попробуем сами найти её в соцсетях.
— Я уже искал, — буркнул Ваня. — Не нашёл.
Это была правда. На каникулах Ваня не удержался и поискал Яну, но поисковик не выдал её профиль ни по фамилии, ни по номеру их школы.
— Предоставь это профессионалам. Спорю, что Вольская сможет найти страницу даже Папы Римского.
— Вообще-то у него есть официальная страница, — раздался бодрый голос у Пети за спиной. Парни обернулись — перед ними стояла Вика. Она ухмыльнулась и поправила рукав фиолетового пиджака. — Он довольно активно ведёт соцсети, между прочим.
Ваня кисло хмыкнул. Вика сочувственно на него посмотрела.
— Сэр Ванечка, мы обязательно найдём твою принцессу, предоставь это нам, только, пожалуйста, не сбегай. Так ты только лишнее внимание привлечёшь. И усложнишь себе жизнь.
Ваня сделал медленный вдох.
— Значит, вся школа уже в курсе, что я…?
— Нет, готов поспорить, что никто, кроме нас, не в курсе, потому что кругом, как ты помнишь, одни дилетанты. Все думают только о себе, — уверенно ответил Петя и, убедившись, что Ваня больше не делает попыток выйти из школы, отошёл от него.
Вика кивнула.
— Я догадалась, когда мы зашли к ней после первой репетиции, помнишь? Вы тогда ещё что-то про домового пошутили. Ты просто не видел себя со стороны. И на Хэллоуин. И на Новый год. Я не задавала тебе вопросов, но догадаться было не трудно. Яна Сергеевна милашка, всего на пару лет старше, а теперь ещё и не учит нас, так что, сэр Ванечка, для тебя все дороги открыты.
Ваня нахмурился и сокрушённо покачал головой.
— Расскажи нам, что между вами произошло, вы же вместе уходили, — мягко спросила Вика.
— Ничего, я просто проводил её до автобуса, и она уехала.
— А номер ты запомнил? — спросил Петя.
Ваня снова покачал головой. Он весь урок пытался вспомнить, но в тот вечер шёл снег, и номер залепило.
— Кажется, там была тройка. Или восьмёрка. Возможно. Не знаю.
— Ладно, мы попробуем вытащить её номер у Мариши. — Вика взяла Ваню за руку. — Пойдём, Ванечка, скоро звонок.
Ваня нехотя оторвался от стены и медленно поплёлся за старостами. У него было ощущение, будто силы разом покинули его тело, оно будто весило тонну, а в голове расползался туман. Всё, о чём он мог думать следующие три урока, — у Яны что-то случилось. Она в беде. И он должен её найти.
После звонка с седьмого урока он снова понёсся по коридорам к шкафчикам. На сей раз ни Петя, ни Вика его не останавливали, так что он быстро переоделся и чуть ли не бегом бросился к выходу. У двери он остановился и выглянул на улицу через стекло. Снаружи была настоящая метель. Петя с Викой были правы: Ваня понятия не имел, куда ему бежать и что делать, у него не было ни адреса, ни телефона, вообще никаких зацепок, кроме остановки. С неё Ваня и начнёт.
Ваня дернул дверь и решительно вышел на крыльцо. Его тут же обдало ледяным порывом ветра, он зажмурился, поднял воротник куртки и быстро зашагал в сторону остановки, до которой провожал Яну две недели назад. Быстро идти не получалось, поскольку все дороги занесло снегом и дворники явно не справлялись. Кое-как Ваня допрыгал по сугробам до остановки и уставился на табло с номерами автобусов. Здесь останавливалось пять, и Ваня сразу отмёл сто сорок пятый и одиннадцатый. Оставались восемьдесят третий, тридцать второй и сорок восьмой. Ваня не имел ни малейшего представления, который из них увёз от него Яну, он не смотрел на номер, он тогда смотрел только на неё, укутанную в его красный шарф, на её раскрасневшиеся от мороза щёки и на ослепительно сверкающие карамельные глаза. Прежде, чем прыгнуть в автобус, она сорвала шарф с шеи и протянула Ване, но он отмахнулся и снова накинул его на неё со словами: «Отдадите в следующем году». Она с улыбкой посмотрела на Ваню, и он тогда позволил себе дерзкую мысль, что этот взгляд чертовски смахивает на взгляд влюблённой девушки, но теперь он понял, что взгляд был прощальным. Возможно, Яна уже тогда знала, что они не увидятся больше. Сердце Вани снова обожгло горячей кислотой. Нет уж. Он точно её найдёт. Он объяснит, что увлёкся ею, во всём ей признается, если она не поняла, хотя после его новогоднего поздравления не понять это было невозможно. Он скажет, что ничего не требует. Попросит прощения за навязчивость. И главное — он спросит, почему. Почему она ушла, ничего не сказав.
С этой мыслью Ваня прыгнул в тридцать второй автобус, который подъехал первым из тех, что он выбрал. Он прислонил карточку к устройству оплаты и прошёл к пятачку у окна. Хотя внутри было полно свободных мест, Ваня остался стоять, чтобы в случае чего успеть выскочить на улицу. Он быстро окинул взглядом пассажиров, но Яны, конечно, среди них не было. Его попутчиками были пара школьников младших классов и группа студентов, шумно обсуждающих зачёт. Все окна замело снегом, так что рассмотреть, что происходило снаружи, было невозможно. На каждой остановке Ваня жадно обводил взглядом улицы сквозь открытые двери и внимательно изучал входящих пассажиров, а также тех, кто оставался ждать другого автобуса. Он не представлял, куда едет, где ему выходить и где могла жить Яна. Ваня перебирал в голове их разговоры, но она ни разу не обмолвилась, где живёт. И с кем. Ваня даже не знал, есть ли у неё парень. Кольца на её пальце не было, значит, она не замужем, но Ваня был уверен, что и парня у неё нет, иначе она бы не засиживалась в школе до позднего вечера. И не общалась бы с Ваней так… Так…
хоть как-то заглушить неприятные картины в голове, Ваня достал наушники и заставил себя сосредоточиться на музыке, которую врубил на полную громкость.
Ваня поворачивал ключ в замке и пытался натянуть на лицо бодрую улыбку. Он открыл дверь и тут же попал под взгляд мамы, стоящей в проёме кухни.
— Привет, — бодро сказал он, стаскивая рюкзак и топая на пороге, чтобы стряхнуть с ботинок снег.
— Как дела? — спросила мама, пристально его оглядывая.
— Нормально.
— Как позанимались? — Мама подтолкнула Ване ногой его тапки.
— Не очень.
Ваня старался звучать ворчливо, что было не слишком сложно. После того, как он проехал на первом автобусе полный маршрут, Ваня вышел на той остановке, где сел, и перепрыгнул в другой — в подошедший следом восемьдесят третий. Проехав полный круг и на нём, Ваня снова вышел на школьной остановке и поплёлся к другой, чтобы ехать домой. Маме он соврал, сказал, что допоздна засидится в библиотеке из-за школьного проекта.
— Что придумали? — спросила мама, уходя на кухню.
Ваня, скинув куртку, нырнул в тапочки, прошёл за мамой и сел за стол.
— Ничего. С Певцовым трудно договориться, тему мы так и не выбрали, так что завтра я, видимо, снова задержусь.
Мама покачала головой, уже разогревая что-то на плите.
— Совсем Загировна не даёт вам спуску, загрузила в первый же день.
Ваня ответил неопределённым мычанием и откинул голову на стену. Он ненавидел врать матери. И ненавидел, что она всегда ему верит. На душе стало ещё паршивее, Ваня закрыл глаза.
— Подожди спать, сначала поешь. Мой руки и возвращайся, как раз всё согреется, — бодро сказала мама, мягко стукнув его деревянной ложкой по макушке.
Ваня через силу улыбнулся и пошёл переодеваться. Зайдя в свою комнату, он не стал включать свет, просто стянул с себя рубашку и рухнул на кровать. Он не хотел есть. Он хотел повернуть время вспять и перенестись обратно в декабрь. В самый счастливый декабрь в его жизни. Но это, конечно, было невозможно, Ваня мог существовать только сегодня. И сегодня у него был по-настоящему ужасный день.
ПЕТЯ
Петя был счастлив. Все каникулы он вспоминал, как после новогодней дискотеки они с Викой выходили из школы вместе, последними. Тогда они увидели, как Ваня и Яна Сергеевна идут немного впереди. Петя удивился этому и ещё больше тому, как мягко Вика улыбнулась вслед Ване. На Петин молчаливый вопрос она высказала свои соображения по поводу этой пары, и Петя, прогнав в памяти всё полугодие, понял, что она права. Он мысленно отругал себя за слепоту. Как он мог этого не заметить — взгляды Вани, яростное рвение на её уроках, всегда идеально сделанное ДЗ… А как он заступался за неё, когда в школу пришёл отец... На Петю рухнуло осознание: тогда, после самой первой репетиции, Ваня защищал не Вику, как думал Петя, а Яну Сергеевну. Петя вспомнил, как Низовцев разнервничался перед концертом, когда она пришла в зал раньше всех… И как застыл на пороге, увидев её в Хэллоуинском костюме. Конечно. Он всё это время был в неё влюблён. А Петя — слепой идиот. Всё сходилось. Теперь понятно, почему на Ваню не действовали никакие старания Мили. Теперь понятно, почему Ваня нарядился графом на Хэллоуин, — не просто так, а для Яны Сергеевны.
Петя стоял на школьном крыльце после дискотеки и удивленно смотрел вслед Низовцеву, ведущему под руку их русичку. Вика, заметив Петин ошарашенный вид, тут же наградила его званием чёрствого эгоиста. Очевидно, это было только началом Викиной обвинительной речи, и Пете пришлось прервать поток её красноречия поцелуями. Они ещё какое-то время простояли на крыльце, пока им обоим не начали звонить родители. Прощаясь с Викой на две недели, Петя боялся, что что-то случится. Что она передумает или обернёт всё в шутку. Или останется жить в Найроби, куда они с мамой полетели отдыхать. От Вольских можно было ожидать чего угодно. На каникулах Вика с Петей не переписывались, только обменялись довольно формальными поздравлениями с Новым годом, так что у Пети, как обычно, не было ни малейшего представления о том, что происходит у Вольской в голове.