Натали Лансон – Тайный подарок для императора драконов (страница 38)
Спрятаться удалось в музыкальной комнате… под крышкой рояля. С большим трудом и в жуткой тесноте, но я умудрилась вместиться в «звуковой ряд» молоточков и фенгеров.
Лежала там и едва слышно хихикала, замирая при каждом шорохе.
«Ничего… Сейчас остынет и снова сделает вид, что мы – чужие друг другу люди. Пф! Хах! Как же его лицо перекосилось, когда "Фал" материализовался! А когда он стал сдирать с меня трусики? Уф! У меня даже в жилах кровь похолодела на пару градусов! Представляю, что было бы с Адари, начни "Фал" потрахивать меня пальцами… Уж очень настойчиво иллюзор трогал меня между ног… – прикусив губу, сглотнула скопившуюся во рту слюну. Представленная картинка дико завела. Я даже смутилась, мысленно отправляя себя в разряд извращенок. – Нет. Я – обычная женщина, которая слишком засиделась в девках! – тут же оправдала свои пошлые мыслишки, отмахиваясь от назидательных правил, принятых обществом. – Ида права! Это будет революция!»
Поддавшись фантазии, пропустила момент, когда оказалась в комнате не одна.
Крышку резко открыли, и я вздрогнула.
– Выходи, – медленно и тихо приказал император. Его прищур не сулил ничего хорошего. Но уже не орёт – это почти победа.
– Не отдам… – на всякий случай обозначила свою позицию, пусть моё положение не предполагало ультиматумов.
– Вы-хо-ди, – повторил дракон по слогам.
Мне резко захотелось в туалет, как бабушке недавно.
Адари, придерживая крышку рояля одной рукой, второй потянулся ко мне и осторожно вытащил сам.
– Я… – трепыхаясь, попыталась как-то оправдать свою шалость. Но император сжимал меня слишком крепко, медленно опуская крышку. Появилось нехорошее сравнение с крышкой гроба. – Я…
– Ты сейчас помолчишь. И послушаешь меня, – короткими фразами дробил свою речь дракон, едва сдерживая зверя. Только пар из носа выдавал степень негодования Адари. – А лучше возьмёшь карандашик… И запишешь всё, что я тебе скажу. Если отступишь хотя бы на пункт, я все твои игрушки… – пар пошёл сильнее. Глаза дракона опять запульсировали, – … засуну тебе так глубоко, что ни о каких отборах ты больше думать не станешь. Я ясно объясняю?!
– Весьма, – я натурально задрожала, чувствуя, как мурашки возбуждённо пробегаются по коже.
Адари отпустил меня, достал из кармана чистый лист и карандаш и с показательно громким стуком положил их на крышку рояля.
– Тогда пиши!
Глава 32. Эксплуатация. Правила!
Адари отпустил меня, достал из кармана чистый лист и карандаш и с показательно громким стуком положил их на крышку рояля.– Тогда пиши! – властно приказал Алделл, пронзая меня насквозь своим яростным и непримиримым взглядом. – Первое! «Эксплуатация_ точка_ Правила_ восклицательный знак!»
– Эм…
– Молча пиши, пока я добрый!
– Угу. Пишу… – едва дыша, покосилась на мужчину, пылающего гневом. – Просто хотела спасибо сказать… за то… что вы согласились.
– Не обольщайся! – рыкнул дракон, пальцами продавливая гладкую поверхность крышки рояля. – Это только потому, что я знаю ситуацию твоей подруги. Ей очень нужны деньги. А ты… Для тебя всё равно будут ограничения в эксплуатации этой гадости.
– Но!
– ПИШИ! Пункт 1_точка_1! «Купить продукцию интимного характера могут только драконицы старше ста пятидесяти лет и человечки за сорок» . Идалиям эта гадость вовсе не продаётся!
– Что?! Но…
– Агата. Не. Провоцируй. Меня, – отчеканил мужчина, дробно разделяя каждое слово. – У идалий есть истинный, готовый угодить во всех прихотях! Не развращай мне подданных! И меня до греха не доводи.
Я смиренно опустила взгляд на лист бумаги.
«Ладно… Сейчас с ним лучше не спорить. Придумаю что-нибудь чуть позже. Меня больше интересует сейчас упоминание Адари о ситуации Рины! Что у неё там случилось?! Зачем ей деньги, и почему она не попросила их у меня?!»
Так, без единого восклицания, я прописала деспотичные правила Адари. Все тридцать пунктов, где согласна была только с одним: «Создатель обязуется принимать заказы на типажи плотных визуалов, не задействуя при этом облики реальных людей или двуипостасных» . Было в этом что-то правильное. Думаю, бабуле или Лиле не понравилось бы, используй каждая их знакомая образ их истинных в своих постелях для утех! Я, как женщина пока ещё свободная, сразу не сориентировалась. А вот Адари – молодец! На то он и император, чтобы заранее предвидеть катастрофу. Вот был бы бабий бунт! С одной стороны – обиженные жёны, с другой – свободные драконицы.
– Что-то ещё, повелитель? – язвительно спросила я, встряхивая уставшими пальчиками. Давно не приходилось столько писать подробных и развёрнутых правил. Даже вспомнились года в учебке.
– Да, – сверкнул глазами император, нависая надо мной. – Внизу допиши одно слово: «ИСКЛЮЧЕНИЕ» .
Адари так смотрел, что у меня коленки подкашивались.
Прикусив щёку с внутренней стороны, выполнила приказ и быстро дописала примечательное слово большими буквами. Ещё и медленно обвела каждую букву, выделяя на листе.
Дракон пристально следил за движениями кисти, как заворожённый.
– Готово, – прошептала едва слышно, быстро проводя языком по пересохшим губам. – Что же это за исключение?
Адари нагнулся ниже, буквально врываясь в мою зону комфорта.
«Видимо, кое-кто начхал на личные границы!»
– Пиши, – тихий приказ дракона коснулся моего лица своим жарким дыханием, окутывая мятной свежестью, которой всегда пах Адари. – Исключением из правил считается подарок от законного мужа.
– Мужа? – повторила, словно под гипнозом, залипнув глазами на сексуальном изгибе губ императора.
Адари усмехнулся ещё эффектнее.
– Да. Кто я такой, чтобы мешать супругам доставлять друг другу удовольствие под покровом ночи?
– И…император? – ответила я, а потом качнула головой, сбрасывая наваждение. Щёки запылали от стыда.
«Ну, что за поведение? Опять обратилась в глупую влюблённую идиотку?!»
Адари тихо засмеялся, словно читая мои мысли. Последние остатки его негодующей злости развеялись, будто их и не было вовсе.
– Если бы всё было так просто, малышка. Всё. Давай эту штуковину и проваливай, пока я не передумал и не отобрал у тебя бланк с разрешением.
– Но… Послушайте! Я же…
– Отдавай, – наступательно шагая на меня, дракон несокрушимо двигался вперёд.
«Блин! Точно отберёт, если сама не отдам! А у меня сегодня на эту штучку такие планы были…»
– А может… Может, договоримся? – нерешительно предложила я.
Алделл остановился и нехорошо прищурился.
Я видела, как ему хочется отказать, продавить меня, властно заставить делать то, что он сказал. Видела в каждой чёрточке лица, в каждой мимической морщинке. Но вот Адари разжал кулаки и задумчиво хмыкнул.
– Давай, попробуем. Мне даже интересно: какой компромисс ты хочешь мне предложить?
Я растерялась.
«Думала, что откажет, а он…»
– Ммм… Я не могу выполнить ваш приказ. «Фал 1» – не мой. Это первый образец. Он нужен Идарине для работы, – стала тупо бить фактами. Ну, и хитрить, как мы, женщины, это умеем. – К тому же вы задали непосильную задачку с встроенными типажами. Нам придётся долго работать, закладывая разные варианты для плотной иллюзии. Однако уже рабочий «Фал» позволит справиться с задачей быстрее. Давайте так… я отдам его Иде. У неё в руках симулятор уже не будет выглядеть, как вы. Так что…
– «Договорились», – перебил меня дракон, с превосходством нависая всем своим ростом, – подразумевает взаимное удовлетворение интересов двух конфликтующих сторон. Твою выгоду я понял. Где же моя?
«Если бы Ад из Земных мифологий существовал на Уграсе, Алделл был бы его господином! Как там его? Дьяволом, во! Почему с ним так сложно?! Гадство! Против него я бессильна! Не работает ни невинный, ни стервозный стиль поведения! Ужасный… Ужасный дракон!»
– Кхм… И что же… Кхм… В чём вы видите удовлетворение своих интересов?
Блуждающий взгляд императора потемнел. Я как будто тактильно ощутила его гладкое перемещение по моим губам, краю скул, мочки уха… чуть не застонала в голос, краснея от собственных фантазий, пустившихся вразнос.
«Точно Дьявол!»
Однако, когда мужчина заговорил, весь жар схлынул. Меня бросило в холод:
– Я знаю, что ты ходила к Источнику. Ответь: зачем?
– Хм… Я…
– Это и будем считать платой за твоё своеволие, – надавил авторитетом император, видя, что я лихорадочно пытаюсь придумать, что ответить. Адари шире усмехнулся и нагнулся ближе. – Не вздумай опуститься до лжи. Откровенную ложь я чувствую за версту.
Я глубоко вздохнула.