Натали Лансон – Предвестница беды (страница 4)
– Почивает? Почти полдень! – возмущённо выдохнула герцогиня, и в этом возмущении – вся её боль, вся её ярость от того, что сын – пустышка, а она – заложница собственного величия.
Но тут…
– Ваш наследник, маменька, отсыпается после бурной «брачной ночи»…
Голос.
Мягкий. Протяжный. Почти ласковый.
И… прямо над моим ухом.
Я чуть не дёрнулась от неожиданности! Мне стоило невероятных усилий сохранить неподвижность!
Сердце в груди замерло, потом заколотилось так, что, казалось, вырвется наружу.
«Кто это?!»
– Балтус… – снова тот самый «цок». На этот раз – с раздражением, и оттенком усталости. – Что ты здесь делаешь сын? И что значат твои слова?
«Ещё один сын?!» – пронеслось в голове. Я с трудом сохраняла расслабленность, слушая бесцеремонную беседу местных авторитетов… И он стоит так близко, что я чувствовала дыхание этого Балтуса!
– Клэй, – прервала себя герцогиня, отдавая очередной приказ. И снова в её голосе лёд! – Оставь меня с моим сыном.
На этот раз я громыхания двери не услышала, но герцогиня заговорила, а значит, дворецкий ушёл:
– О какой брачной ночи ты говоришь, дурень? – с нажимом произнесла Элиана. – Целитель из Веридана всю ночь просидел над девчонкой, выполняя приказ Морталиса. Вериданские выродки не пустили бы Дориана в спальню к… этой!
– Цитирую вашего распрекрасного любимца, маменька, – лениво отозвался Балтус. – «Подайте бутылку коллекционного вина из отцовских подвалов, да приведите мне пару шлюх! Я не собираюсь свою, возможно, единственную брачную ночь проводить так… тухло».
– Балтус! – охнула женщина.
– Всего лишь цитата, маменька.
– Хватит поясничать, – отрезала она, и в голосе снова – стужа. – Тебе и твоему брату давно пора браться за ум, а не таскать в дом… В конце концов, в замке находится ваша сестра!!!
– И я бесконечно люблю Изару! Твои претензии не по адресу. То не мои слова.
– Хватит, я сказала! Отец будет в ярости, когда узнает, что в замке были девки из увеселительного дома!
– Не было их, – беспечно ответил мужской голос. – Братец ограничился парой горничных.
– Фи! Не хочу больше ничего знать! Какая мерзость! Распорядись, чтобы девкам хорошо заплатили и припугнули. Они не должны болтать лишнего. Пусть стражники вывезут их в соседний город и… устроят там… где-нибудь.
– Где? – фыркнул Балтус. – В доме радости?
– Меня это не касается! – огрызнулась «добрая женщина».
У меня прям мороз по телу гулял, пока я слушала всё это.
«Животные! Меня "отблагодарили", спихнув в золотую клетку с опасными тварями!»
– Что касается этой девчонки… У Дориана будет нормальная жена... но чуть позже.
– Да? Жалко… – и тут пальцы мужчины коснулись моей щеки.
Я замерла.
Каждая клетка тела закричала: «Не шевелись! Не дыши!»
Но кожа горела от прикосновения – холодного, скользящего, как змея.
– Миленькая девчушка… – прошептал Балтус, и в этом шёпоте не было ни капли сочувствия. Только… интерес. Как у мальчишки, разглядывающего бабочку перед тем, как воткнуть в неё булавку.
– Миленькая?! Она избита! Вся в синяках и ссадинах! – охнула герцогиня.
Даже не видя её, я могла сказать точно – женщина напугана.
Да, она довольно быстро справлялась с эмоциями, филигранно владея маской безразличия, но!
В этот самый миг ей стало реально страшно, глядя на сына.
«Чёрт! А ведь он продолжает меня гладить по лицу! И - да! Мне больненько. Видать, о синяках – не шутки».
– Убери руки, Балтус! – сказала она тише, почти шёпотом. – И выйди вон!
Мужчина рассмеялся – тихо, беззвучно, но я услышала.
– Не волнуйся, маменька. Я просто любуюсь юной леди Криос. Но ты права, не будем ей мешать… пусть пока поспит.
Он наклонился ещё ближе, и его губы почти коснулись моего уха:
– Спи, маленькая леди, но знай… Я уже жду, когда ты откроешь глаза.
Они ушли, но я ещё долго лежала с закрытыми глазами, боясь шевелиться.
Сон?! Какое там! Всё тело пылало жаром, мечтая об одном – убраться отсюда куда подальше!!! И как можно быстрее!
«Я – в замке упырей! Упырей-извращенцев! Надо валить, пока они меня не грохнули по тихой грусти!»
Глава 2. Знатное и древнейшее семейство Криос
Сама не понимаю, как у меня получилось заснуть в таком нервном состоянии! Видимо, организм недостаточно окреп, чтобы держать удар даже по психике. Он отказывался бояться, пока окончательно не восстановится.
Во второй раз я открыла глаза и… никого не обнаружила.
К своему счастью.
Свет был всё тот же: утренний, холодный, характерный осени, которая царила за узким окном с элементами цветного витража. Но тело… тело слушалось. Боль в рёбрах притупилась до лёгкого ноющего напоминания, что не могло не радовать.
Я осторожно подняла руку к лицу.
Щёки – гладкие. Губы – целые. Никаких ссадин, никаких отёков. Только лёгкая сухость кожи и странное ощущение, будто мой череп пинали пару недель.
«Всё равно целитель из Веридана сотворил что-то невероятное! Судя по всему, пошёл второй день после той жуткой ночи, а я уже почти как огурец!»
И тут меня пронзила другая мысль:
«Хм! Интересно! А он мог почувствовать, что я – одна из них – такой же маг, только ясновидец? Или как подобных Кире называют? – А ещё: – Способны ли сильные маги почувствовать, что я – не совсем Кира? Точнее – совсем не Кира?»
Озадачила себя по полной, что называется!
Физиология выручила, воззвав к примитивным потребностям.
Мочевой пузырь требовал внимания. Срочно.
Я огляделась.
Комната – та же, что и вчера: мрамор, бархат, герб с красным листом, серебряный поднос с лекарствами.
Но туалета не видно. Ни двери, ни намёка.
Только в углу – высокая ширма из тёмного дерева с резьбой в виде переплетённых ветвей.
«Ну, конечно…» – с досадой подумала я, осторожно спуская ноги на пол. – «Всё-таки средневековье, чтоб его!»
Пол был ледяным. Каменным.
Ноги дрожали, но осторожно несли меня вперёд.