реклама
Бургер менюБургер меню

Натали Лансон – Попаданка. Без права на отдых (страница 31)

18

«Да, ну! Неееет…»

Взгляд Хильсадара потемнел.

Губернатор опустил взгляд на мои губы и усмехнулся.

«Мама дорогая! Да ты – никакой не червь!» – мысленно охнула я, чувствуя, как кровь приливает к лицу, и начинают гореть уши.

– Не могу отвечать за всех «девиц постарше», – после затянувшейся паузы, наконец, ответила я, – но лично мне ни принцев, ни тем более короны даром не надо. Я просто хочу жить. Без оглядки и страха. И, раз уж вы вызвались оказать мне помощь в осуществлении желания, то помогите найти того, кто убил Надин.

Намёк на флирт в один миг слетел с лица дракона.

Коррин сейш Хильсадар сурово свёл брови к переносице, но умело вести в танце это ему не помешало.

– С этого место поподробнее.

– Хм… Ну, не здесь же?

Губернатор снова оглядел зал, как будто забыл, где мы находимся. Удивительно, как эта его отстранённость не мешала мужчине элегантно лавировать между танцующими парами.

– Да. Ты права. Идём…

Резко остановившись, Коррин потянул меня на выход из зала, не обращая внимания, насколько его гости в шоке.

– Эм… Но это же ваш праздник, – зашептала я, пытаясь воззвать к разуму порывистого губернатора. – Вряд ли такое поведение допустимо правилами драконьего общества!

– Господин губернатор! – на нашем пути возник… кто бы вы думали? Алекс Девертон!

На изгибе локтя Алекса повисла леди Сибил.

Драконица изображала небывалые способности мимики, улыбаясь во все тридцать два зуба для Коррина и гневно раздувая ноздри в мою сторону. Прям уникум!

– Господин губернатор, позвольте представиться, – оскалился Алекс, сверкая зелёными глазищами. – Я…

– Мне некогда, – оборвал Девертона Хильсадар, выставляя меня вперёд и подталкивая к выходу. – У меня и моей спутницы возникли неразрешимые вопросы. Представитесь позже – в ратуше, если у вас есть ко мне дело. Всего хорошего!

И, даже не взглянув на просто потрясающее декольте мачехи Надин, на которое, признаюсь откровенно, даже я засмотрелась, Хильсадар повёл меня дальше.

– Спутницы? Он сказал «спутницы»? – долетело со стороны группки статных дракониц, обступивших столик с закусками.

– Я не ослышалась? Ох…

– Вполне логично. Юная леди Танас весьма хороша собой!

– Да-да! К тому же девица из древнего рода людских королей!

– Говорят, в их жилах течёт кровь дракона! Помните? Кажется, её предком был Асванг сейш Кинай, если мне не изменяет память?

– Смотрите-смотрите! Он ведёт её на второй этаж! Неужели в свои покои?

– Хи-хи! Наверняка, разрешать вопросы…

А мы только встали на первую ступень лестницы!!!

«Это не драконы, а шакалы какие-то!»

Я заартачилась, резко поворачиваясь к Хильсадару.

«Только сплетен мне не хватает! Нет, мне-то на них начхать, но на мне ответственность за маленького мальчика! Для него должны быть открыты все двери! Ох! Как я устала от всего этого яркого и светского!»

Обойдя замершего дракона по небольшой дуге, я на секунду остановилась возле его плеча, тихо шепнув:

– Не время и не место для разговоров, Ваша Светлость. Поговорим об этом дома… то есть, когда вы вернётесь в библиотеку. А сейчас я бы хотела закончить этот прекрасный вечер – завтра у меня начинается тяжёлая неделя перед открытием библиотеки. Разрешите вернуться к брату.

– Я… – Хильсадар как будто только сейчас сообразил, как выглядело со стороны его стремительное желание уединиться. – Прости. Общество книг напрочь лишило меня разума.

Я улыбнулась, игнорируя заинтересованные взгляды гостей губернатора, которые пытались из арки высмотреть повод для сплетен.

– Ничего. Прекрасно вас понимаю.

– Тебя…

– Что?

– «Прекрасно ТЕБЯ понимаю». Разве ты не заметила, что я уже давно перешёл на «ты»?

– Заметила, – стараясь удержаться от улыбки, скромно опустила взгляд. – Но вам это позволительно. А я даже на свой иномирный возраст слишком мала, чтобы вам «тыкать».

– Вот уж глупости!

– А сколько вам?

Хильсадар поджал губы.

– Сто семьдесят шесть лет.

– Вот видите?! Люди столько не живут.

– Но мы – не люди.

Пока я – простой человек.

– Что ж, – заключил Коррин, делая какие-то свои выводы. – Вернёмся к этому разговору чуть позже. Мой страж тебя отвезёт. Хайдек!

Страж слов своего начальника не услышал из-за руны, но жест рукой понял правильно, быстро сократив расстояние между нами и входя в зону слышимости.

– Хайдек, доставь леди Танас… куда она скажет.

– Так точно, сир!

Из глубины бального зала мне отсалютовал улыбчивый артефактор.

Я кивнула Грегори и, не прощаясь боле, пошла за личным телохранителем Хильсадара.

Губернатор недовольно нахмурился и, не меняя планов, покинул свой бал, быстро взлетев по лестнице на второй этаж, закрытый для любознательной публики.

– Надин! Надин!

Голос разгневанной Сибил пытался меня остановить, но я не собиралась устраивать разборки на потеху публике и быстро забралась в удивительную машину без лошадей! Почти такую, как на Земле, только с безупречным дизайном просторного салона, отделённого от водителя почти, как в лимузине. Хайдек занял место рядом с водителем, и машина тут же тронулась.

На верхней ступени особняка остались стоять недовольные Девертоны.

«Кажется, я опять привлекла их внимание!»

~Коррин сейш Хильсадар, действующий губернатор Альпаны~

Поднявшись к себе, я подошёл к окнам, из которых открывался отличный вид на парадный вход.

Новенький мобиль как раз медленно выезжал на дорогу, минуя кованый ворота недавно купленного мною особняка.

Иная сидела на заднем сидении, с любопытством разглядывая салон. Кажется, она изучала содержимое моего бара.

«Надин Танас… То есть… Оу! – сведя брови к переносице, нахмурился. – А как её по-настоящему зовут? Хм… Я ведь даже не спросил!»

Это открытие заставило меня почувствовать лёгкое раздражение. Я, Коррин сейш Хильсадар, дракон, привыкший знать всё о каждом, кто пересекает мой путь, даже не удосужился узнать настоящее имя этой женщины.

«Женщины…» – я тяжело выдохнул, отводя взгляд от окна.

Женщины всегда были для меня загадкой. С самого детства вокруг меня вился целый калейдоскоп дракониц. И не просто дракониц, а первых красавиц Уграса! Их улыбки, их взгляды, их изысканные наряды – всё это было частью моего окружения, частью той жизни, которую я, казалось, должен был любить.