Натали Лансон – Овечка в академии оборотней (страница 55)
– Шарх! – Кид и Маркус синхронно стали на колено, демонстрируя почтение.
– Поднимайтесь. Впереди много работы. Я рад, что всё обернулось именно так. Не зря помог Ронидиану, когда тот просил посодействовать… – я напряглась, но брюнет махнул рукой. – Не бойся. Я не стану возвращать Лину обратно. Она счастлива в нашем с тобой мире. У неё есть родители, о которых она всегда мечтала, заботливый любимый, обрётший тело. Пусть Рон хорохорится, но на подсознательном уровне сам боится возвращаться. Итак… начнём!
Через полчаса упоительного транса мы были отпущены с одним маленьким «но».
– Всё. Теперь Виёл – твой новый мир. На Землю тебе больше пути нет. Я убрал из твоей памяти все языки, кроме дрогальского. Теперь ты можешь смело петь или рассказывать стихи. – Я обрадованно упала в объятья счастливого мужа, а нефилим погрозил пальчиком. – Обещайте не запускать больше до такого состояния мою обитель… возвращаться из межмирья становится всё труднее, а всё время находиться там довольно скучно.
Мы пообещали, даже придумали парочку рекламных акций по пути домой, чтобы привлечь народ в храм Шарха… и желательно так, чтобы нас не закидали камнями, ведь сколько лет «Шарх» считается ругательством, а не покровителем души.
Впечатлённая красотой серафима Эммия предложила свою кандидатуру в главные жрицы. Уж слишком игриво подмигнул Шарх женщине, когда мы покидали храм тёмного. Это могло стать интересным приключением для активной и доброй человечки.
Кид умчался в замок отца почти сразу, пообещав в скором времени вернуться с новостями о вернувших человеческую ипостась пострадавших. Пока всё в империи тихо и мирно. Народ праздновал возвращение многоликих, снятие проклятия с семей альф, зарубивших себе на носу, что благополучие единственной мимикритки – их приоритет!
Мама Марика ушла к себе, бормоча что-то о постройке монастыря, прилегающего к храму, и мой любимый пятикурсник сразу подхватил меня на руки, преодолевая лестницу за несколько широких шагов.
– Моя Поля! Теперь точно моя! Никому тебя не отдам!
Порхающие поцелуи нежно покрывали лицо, шею, плечи, даря истинное удовольствие.
Я поверила, что больше угроза возвращения не висит над моей головой, как Дамоклов меч. Я по-настоящему свободна! Я дома! И этот мир теперь не чужой, а только мой! И муж мой! И брат! И мама! Обалдеть! Я такая крутая! У меня теперь настоящая семья! И она скоро вырастит! Я – самая счастливая попаданка всех миров и народов!
Эпилог
15 лет спустя
– Эй, народ! Есть кто-нибудь дома?
– Ещё как есть, – простонала я, едва заслышав голос Кида. – Иди, мой принц, и спаси меня от страшных многоликих! – Артистично изобразив роль несчастной жертвы, лишь рассмешила «жутких» трёх разбойниц, с которыми последние два часа играла в «Казаки-разбойники».
Маркус обнял обиженного на сестрёнок сына и нахмурился, приобретая идентичное с младшеньким выражение лица.
– Это кто это там твой принц?
– Дядя Кид! – Девочки забыли обо мне и с визгом бросились в холл.
Я осталась сидеть связанная.
– Эй! А пытать!? – Хохот вырвался наружу.
– Виллиам, – прищурился Марик, ставя сына на пол. – А проверь, кто там к нам в гости пришёл… А как проверишь, скажи дяде Киду, чтобы он вас погулять вывел…
И такой многообещающий взгляд мне подарил, что я подскочила на стуле.
– Сыночек, не бросай маму в беде! Ты же помнишь, я тебе сказку о Робине рассказывала? Он никогда не бросил бы даму в беде… А я ой, в какой беде! Развяжи мне руки…
Марик скрестил руки на груди, наблюдая, как наш самый младшенький отпрыск пухлыми пальчиками ловко справляется с верёвками на моих запястьях. Ноги я развязала сама. Девочки постарались на славу! Надо бы в следующий раз им папашку на растерзания отдать…
– Ты – мой герой! – Я звонко чмокнула пятилетнего малыша. – А теперь можешь бежать к дяде Киду, пока его не замучили твои сёстры.
Вилли только скрылся за поворотом гостевой залы, а меня тут же подхватили под ноги и закинули на широкую спину.
– Маркус!
– Это кто там твой принц!?
– Ты! – Захохотала я, когда настойчивые пальцы прошлись по моей пятой точке, а потом с оттяжкой шлёпнула ладонь. – Ты – мой принц, только не…
– Кто-то пытки заказывал, секунду назад. – С улыбкой в голосе протянул муж, унося меня в противоположную от холла сторону.
– Марик, так нельзя. К нам гости пришли, а ты… а после твоих пыток мне опять ходить беременной!
– Ты говорила, что с такими родами, какие у мимикритов, можно рожать бесконечно.
– У нас пять детей. По меркам моего мира я давно многодетная мама. Хочу сделать перерыв.
– Ты уже пять лет отдыхаешь.
– Маркус, – напустив на себя строгий вид, стукнула мужа по спине. – Быстро отпусти меня, а то я и в отношении супружеского долга отпуск потребую.
– Да-да… – хмыкнул Марик, ставя меня на пол и крепко обнимая. – Ты уже говорила что-то подобное, а потом чуть меня не изнасиловала на пятую ночь…
Потянувшись, подарила любимому быстрый поцелуй.
– Ну, как можно спокойно спать рядом с таким сексуальным голым оборотнем? Я…
Сзади громко свистнули.
Дёрнувшись, повернулась к вошедшему принцу Дрогала, обвешанному племянниками.
– У этих родителей вообще совесть есть? – Ни к кому конкретно не обращаясь, полюбопытствовал Амер.
Наши с Маркусом дети громко засмеялись. Позади Кида вынырнула наша старшенькая – Элевис. Мило краснея, четырнадцатилетняя мимикритка призналась:
– И так постоянно. Только гости к нам приходят, так мама с папой начинают в прядки играть.
– Так! – Хмыкнул Маркус, целуя меня в щёку. – Эли, отведи малышню кушать… и гувернантку позови.
– Нееее…
– Я хочу с дядей Кидом поиграть!
– Да! В «Казаков…»
Наша старшенькая была уже профи в воспитании детей.
Сделав круглые глаза, Элевис восторженно охнула, завлекая малышню:
– А сегодня на ужин испекли эклеры! С шоколадной начинкой! Кто последний, тот будет без сладкого! – Подхватив Виллиама, Эли дала дёру.
Троица оставшихся продолжательниц рода ринулась следом, позабыв о своих хотелках. Да и чего переживать? Дядя Кид никогда не уезжал прежде, чем с ними поиграет!
Глаза младшего принца Дрогала смеялись.
– А ваша старшенькая крута! Выбрали уже ей жениха? А то у меня есть парочка предложений.
Я нахмурилась, вспоминая самую противную, как по мне, традицию оборотней: родители детей должны заключить договорной брак до пятнадцати лет своих отпрысков. В нашем случае, ошалевший от такого количества многоликих в своей империи Ридайн буквально давил, предлагая свою помощь. Долбанная политика!
Маркус помрачнел.
– Сами разберёмся. К тому же ещё целый год впереди. А твоих кандидатов я знаю, – муж скривился. – Опять дружков хочешь пропихнуть?
– Да чего ты сразу в штыки? Хорошие ребята. Не те, что в академии были… к тому же венчание всё равно состоится не раньше двадцати трёх лет невесты. Пока Элевис не получит диплом академии, даже задумываться не о чём.
– Моя дочь сама выберет себе спутника жизни, – поставила я жирную точку в вечном споре мужчин, выходя из гостиной.
– Это понятно, – раздражённо буркнул Кид, подстраиваясь под мой шаг. – Но номинальная помолвка всё равно должна быть. Отец так просто не отстанет… лучше выберите сами.
– Кид, хватит. Ты для этого приехал?
– Вообще-то да. Во дворце ажиотаж. Только за эту неделю прибыло три делегации из соседних королевств.
– Не факт, что это по душу нашей Эли, – Мой голос дрогнул. – У императора младшая дочь тоже не помолвленная ходит.
– Да, но Аарин – не многоликая. Заурядная принцесса…
За колонной кто-то хихикнул.
– Элевис? Выходи уже… – Муж недовольно посмотрел на выплывающую грациозной походкой из своего укрытия дочь. Видок у мужа был больно суровым. – Что, позволь спросить, тебя рассмешило?