Натали Лансон – Атлас-3 (страница 2)

– Боже… Илюша в порядке?

– Да, да! Ничего страшного, – торопливо заверила меня Наталья, успокаивая. – Всё нормально. Просто костюм безнадёжно испорчен, а у Ильи Ивановича сегодня ещё одна важнейшая встреча с инвесторами! Я из офиса запасной не захватила… Боюсь, подвести босса. – Она запнулась, будто стесняясь. – София Леонидовна… можете привести в отель костюм Ильи Ивановича? Тот, серый, от Brioni? Я никак не могу приехать сама – мне презентацию через десять минут показывать. А Артур…

– Успокойся! – я уже вставала, готовая прийти на помощь к любимому мужу. Тем более, что до отеля добираться на машине не больше двадцати минут. – Сейчас упакую и привезу. Даже в голову не бери. Пусть Артур лучше присматривает за моим благоверным.

– Спасибо! Большое спасибо! Вы – лучшая жена!

Наталья засмеялась, но это получилось у неё как-то фальшиво, что ли.

«Переживает…» – решила я, первой сбрасывая вызов.

Мне потребовалось не больше пяти минут, чтобы снять чехол с костюмом, дать указания Жанне, крикнуть Егору, Никите и Матвею, чтобы они принимались за уроки, и на секунду задержаться на пороге кухни, где мягко поплыли вкусные ароматы.

– Я присмотрю, София Леонидовна.

– Спасибо, Жанна, – с благодарностью улыбнулась я, на мгновение отпуская тревогу. – Что бы мы без вас делали?!

Женщина смущённо хихикнула, закрывая за мной дверь особняка.

На улице моросил неприятный дождь.

Накинув на голову капюшон, я быстро побежала в сторону машины.

Две минуты – и я выехала из элитного посёлка, где мы полгода назад приобрели большой особняк недалеко от Самары.

Дождь стучал по лобовому стеклу, будто пытался остановить меня, шепча сквозь капли: «Ну, куда ты в такую погоду собралась? Дома сиди! Со своей картошкой…»

Но я, упрямо сжимая руль, спешила на помощь, как те бурундуки-спасатели из мультфильма моего детства. Предвыборная гонка – это не шутки. Там каждая секунда на вес золота, а каждый костюм – часть имиджа, за который Илья боролся годами.

Подъехав к отелю «Парк Инн» – тому самому, где мы с Ильёй два месяца назад отмечали нашу двадцатую годовщину свадьбы – сами, сидя у окна с бокалами вина и мечтая о том, как мальчики скоро приведут к нам своих невест, – я припарковалась у входа и вышла, не замечая, как капли дождя упорно пытаются пробраться за мой воротник.

Я была полностью спокойна, поднимаясь на седьмой этаж в тишине лифта.

Машинально поправила прядь, выбившуюся из хвоста, и даже улыбнулась – глупо, по-женски, мечтая поскорее пережить тяжёлое время мужа и уже получить свою порцию его бесценного внимания.

Но, остановившись перед дверью 712, я вдруг замерла, услышав за ней приглушённый, задыхающийся смех.

Женский.

Знакомый.

Тот самый, что звучал в телефонной трубке всего двадцать минут назад.

Чувствуя, как по спине ползёт легион ледяных мурашек, я нахмурилась.

Рука с дрожью потянулась к двери, пока вторая пыталась удержать костюм, в один момент ставший тяжёлым.

Дверь оказалась не закрытой.

А когда она приоткрылась – мир перестал дышать.

Передо мной возникла до боли примитивная сцена.

В полумраке номера на кровати сидел Илья – босой, раздетый и… с улыбкой на губах, будто он только что выиграл выборы – не меньше.

А на его коленях Наташа… в рубашке Ильи.

С растрёпанными волосами.

Хихикающая, довольная.

Особенно, когда наши взгляды встретились. Будто она меня ждала.

А вот Илья, проследив за взглядом своего PR-менеджера, подскочил, как ужаленный.

– София?! Какого чёрта ты…

Я не успела ничего ответить.

Слёзы хлынули сами – горячие, предательские. Сердце разбилось раньше, чем разум осознал и проанализировал происходящее. Его вина в том, что он, разум, пытался сопротивляться и категорически не желал принимать истину: «Они не в первый раз целуются…»

«Они вместе… Как долго? Как долго он…»

– София… – начал Илья, делая шаг вперёд и касаясь рукой затылка, чтобы взъерошить волосы. Он так всегда делал, когда нервничал перед пламенной, зажигательной речью перед своими избирателями. Особенно, когда что-то шло не так.

«Но я же его жена, а не неловкая помеха в сценарии!» – злость вспыхнула внутри, провоцируя болезненную агонию в груди.

Я бросила костюм ему под ноги, не в силах вымолвить ни слова, лишь глядя на мужа с таким отчаянием, что, казалось, воздух вокруг нас задрожал.

Наталья молча встала за спиной Ильи. Уже без красноречивой улыбки, доказывающей, что её звонок был ничем иным, как тонкой игрой для достижения её целей.

– Ты… с ней? – наконец выдохнула я, чувствуя, как голос ломается, как будто его кто-то злой и яростный сдавливает изнутри.

Илья зашипел, призывая меня сбавить тон, и резко схватил за руку – не нежно, а жёстко, как будто я – та самая его проблема, которую нужно решить здесь и сейчас… до того, как кто-то увидит.

Он затянул меня внутрь, даже не замечая, как мы топчемся по его дорогущему костюму.

– София, успокойся! – зашипел Белов, на секунду выглянув в коридор, и быстро захлопнув дверь за нами. – Ты же понимаешь, сейчас не время для сцен! У меня завтра выборы!

– Выборы?! – я засмеялась сквозь слёзы, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Какие к чертям выборы, Илья?! ТЫ ИЗМЕНИЛ МНЕ! Кувыркался со своим менеджером в отеле! И явно не в первый раз!!! И ты что? Хочешь, чтобы я сделала вид, что ничего не видела?!

– Да! – рявкнул Илья. В его глазах не было ни стыда, ни раскаяния – только цинизм политика, для которого я – не человек, а риск в рейтинге. – Просто уйди. А лучше уйдём вместе. Не стоит нервировать сыновей.

– Нервировать? – с рычанием спросила я, мысленно сдавливая шею супружника, который оказался среднестатистическим кобелём. – А тебе не кажется, что об этом надо было подумать чуть раньше? До того, как твоя сраная помощница прыгнула на твои колени?! Белов! Ты вообще страх потерял?!

– София, хватит! Успокойся… по-хорошему. В отеле сейчас полно журналистов. Дебаты в самом разгаре.

– И вместо того, чтобы меряться… мандатами с очередным оппонентом, ты решил разложить в номере для молодожёнов эту…

– ХВАТИТ, я сказал!

Я тупо моргнула, глядя мужу в глаза и пытаясь найти в них хоть искру того самого Ильи, с которым мы венчались в храме.

К своему священному ужасу я не узнавала стоящего передо мной человека.

Этот напыщенный индюк с красными от злости глазами, с брезгливо искривлёнными губами, которые поджимались от досады – не мой заботливый и любящий муж!

И в тот момент, стоя в коридоре элитного отеля, мокрая от дождя и слёз, я задалась коварными вопросами: «Когда наша яркая любовь стала однобокой? Когда Илья перестал видеть во мне человека – и начал видеть «спутницу жизни» для пресс-релизов? Когда он начал мне изменять? И первая ли Наташа в этой очереди подлого предательства?!»

– Я хочу развода, – сказала раньше, чем приняла решение. И в моих словах не было гнева – только усталость от лжи, от масок, от роли «идеальной жены», которую я играла так долго, что перестала замечать реальность.

– Этого не будет! Даже не надейся, – с угрожающими вибрациями в голосе заявил Белов, возвышаясь надо мной. – Ты разрушишь всё! Меня, карьеру, детей! Ты же знаешь, как это будет выглядеть?! «Жена депутата устроила скандал из-за любовницы» – и всё, я мёртв, как политик!

Я стояла с открытым ртом, не в силах пошевелиться, не в силах дышать.

– Ты вернёшься домой и успокоишься! – продолжил раздавать наставления этот «идеальный семьянин» – так его называли в СМИ. – Нет… лучше Артур отвезёт тебя к твоей подруге. Пошепчитесь с Дарьей… ты успокоишься и включишь разум. Ты…

Больше не в силах сдерживаться, я хлёстко ударила Илью по лицу, останавливая очередной спич. Да так, что из его носа брызнула кровь.

– СОФИЯ! – взревел Белов, зажимая нос, но я уже не слушала его.

Развернулась и вышла из номера, гордо удаляясь по коридору отеля, зная наверняка, что Илья не погонится за мной следом.

Я не оглядывалась.

Просто двигалась вперёд, иногда держась за стену, чтобы не упасть.

Потому что мой мир рухнул.