Натали Карамель – Я растопчу ваш светский рай (страница 3)

Он сделал паузу, дав ей вглядеться в лица мёртвых друзей.

— Сделай это. И я лично гарантирую: после миссии твоя отставка станет самой почётной в истории. Твой музей. Твоя школа с бюджетом Пентакля. Полная свобода. И больше мы к тебе никогда не придём. Поколение «Альфы» может уйти спокойно, завершив круг.

Ирина закрыла глаза. Внутри бушевало.

«Не хочу».

Всё её существо кричало об этом. Она устала, она выгорела, она заслужила покой. Но под слоем усталости жила старая, костлявая тварь по имени Долг. И фантомная боль от потерь, которые Корвин так цинично использовал.

Она открыла глаза. Смотрела не на генерала, а на мерцающее изображение станции. Тактический ум, усыплённый скукой, уже начинал работать. Оценивать углы, риски, точки входа.

— Полный оперативный простор, — сказала она тихо. — Моя команда, мой план. Без дистанционного контроля Совета.

— Согласен.

— Все данные по аномалиям «Предела» за все годы. Без цензуры.

— Будут у тебя через десять минут.

— И Марка… моего агента, — Ирина почти усмехнулась, — вы оставите в покое. Навсегда.

Корвин кивнул.

— Он станет самым защищённым промоутером в истории. Делай что хочешь.

Ирина медленно поднялась с платформы. В её позе, в расправленных плечах что-то изменилось. Исчезла расслабленность отставника. Появилась собранная, холодная готовность инструмента.

— Я рассмотрю данные. Приму решение через час.

— Этого достаточно, — Корвин отдал честь. Его аватар начал растворяться. — И, Ирина… Спасибо, что выслушала. Мир стал слишком хрупким, чтобы в нём оставались герои на пенсии.

Он исчез.

Ирина осталась одна. Пустота внутри была уже не тихой. Её заполнял нарастающий гул — гул приближающейся бури, запах озона от будущих разрядов, привкус железа от старой, как мир, правды: для таких, как она, слова «последний раз» — всегда были ложью.

Но долг был сильнее усталости. А тактический расчет уже побеждал страх.

Она повернулась к интерфейсу. Проекция «Предела» висела в центре комнаты, как зловещий идол.

— Покажи всё, что у тебя есть, — приказала она системе. — И подготовь сценарии. От худшего к ещё худшему.

«Последняя миссия» началась. Ещё до того, как она сказала «да».

Глава 4. Отряд «Феникс»

Они собрались в «Подземке» — бывшем командном бункере отряда «Валькирия», ныне законспирированном баре на минус третьем уровне Транзитного узла. Место пахло старым дымом и ностальгией. На стенах ещё виднелись следы от креплений тактических голопанелей, теперь замазанные чёрной краской.

Ирина вошла последней, и четверо людей за угловым столом замолчали не из-за субординации. Они почувствовали разницу. Её походка была лёгкой, как всегда, но в ней не было прежней упругой готовности — лишь холодная, отточенная эффективность. И глаза. В них горел не огонь перед боем, а пепел после пожара.

— Ну, блин, — тихо выдохнул первый, приземистый мужчина с короткой щетиной и кибернетическим шрамом через левый глаз. — А я-то думал, спам-рассылка от маркетологов.

Это был Кирилл, гик-разведчик. Лучший в мире по взлому любых систем, от дверных замков до нейроинтерфейсов. Его магия — тончайшее чувство резонанса, умение «услышать» частоту любой защиты и подобрать к ней ключ. В сорок лет он выглядел на пятьдесят, но его пальцы, обвешанные простыми кольцами-дешифраторами, всё ещё двигались с ювелирной точностью.

— Спам? — фыркнула женщина напротив. Вера, биомант-медик. Высокая, худая, с вечной сигаретой в уголке рта и взглядом, видевшим слишком много внутренностей. Её магия — тончайшее управление жизненными процессами. Она могла одной мыслью ускорить регенерацию или найти раковую клетку среди триллионов здоровых. — Привет, Ир. Выглядишь… будто тебя пропустили через гравитационный пресс души. Без анестезии.

— И я рада тебя видеть, Вера, — сухо парировала Ирина, занимая место во главе стола. Её взгляд скользнул по остальным.

Саша, иллюзионист. Молчаливый мужчина лет сорока, который мог сделать так, чтобы целый отряд не замечали камеры, патрули и даже свои собственные воспоминания на протяжении десяти минут. Его магия — работа с восприятием, создание бесшумных, идеальных миражей. Он лишь кивнул, его пальцы перебирали чётки из матовых чёрных бусин — фокусировщиков.

И Гром. Настоящее имя — Алексей, но его давно забыли. Бывший штурмовик, специалист по силовому подавлению и «грубому вскрытию». Магия — управление кинетической энергией в чистом виде. Удар его кулака, усиленный полем, мог деформировать броню лёгкого шаттла. В сорок он был массивным, как гора, с добрыми, уставшими глазами. Он первым встал и обнял Ирину, и в его объятиях не было грубой силы — была точная, сдерживаемая мощь, способная раздавить танк и не сломать хрустальный бокал.

— Соскучился, командир. Слышал, игрушки на аренах надоели. Пора снова за дело?

— Спасибо, что пришли, — сказала Ирина, отстраняясь. Её голос прозвучал формально. — Я не имела права вас вызывать. У всех есть жизнь. Контракты. Семьи у некоторых. У меня нет права вас тащить в это.

— Право? — Кирилл усмехнулся, постукивая пальцем по своему кибер-глазу. — У меня право выбора закончилось, когда ты вытащила меня из-под обломков того сгоревшего сервера на Марсе. Это приказ?

— Нет, — Ирина встретилась с каждым взглядом. — Личная просьба. От меня. «Альфа» вышла на «Предел» и не вернулась. Корвин предлагает нам. Последний вылет.

Тишина повисла тяжёлым одеялом. Вера затянулась электронной сигаретой, выпустила дым, который на миг сложился в миниатюрный череп, прежде чем рассыпаться.

— «Предел»? — спросила она просто, без интонации.

— «Предел», — подтвердила Ирина.

Гром тихо присвистнул, и стакан на столе рядом дрогнул, зазвенел. Саша сжал чётки так, что костяшки пальцев побелели.

— Ну что ж, — Кирилл потер руки, и по столу от его ладоней побежали мерцающие голограммы-паутинки, моделирующие схемы станции. — Скучно точно не будет. Но сначала — тост за встречу.

Их радость от встречи быстро натолкнулась на ледяную стену её отстранённости. Заказали еду, напитки. Вспоминали старые провалы и победы. Кирилл и Гром разгорячились, перебивая друг друга. Вера язвила. Даже Саша улыбался уголками губ.

Ирина сидела среди них, как инородное тело. Кивала. Отвечала односложно. Смеялась, когда нужно, — сухим, коротким звуком, лишённым тепла. Она видела, как взгляд Веры становился всё более пристальным, диагностирующим.

— Ир, — не выдержала наконец Вера, когда Гром отошёл за очередной порцией. Она пристально смотрела на Ирину, и её зрачки сузились, приняв вертикальную, кошачью форму — признак активного диагностического зрения. — Ты вся в… энергетических шрамах. Что случилось? Ты не просто устала. Ты будто уже вернулась оттуда. Мёртвой.

— Ничего не случилось, — отрезала Ирина. — Я просто сделала то, что должна была. Как и мы все. И сейчас мы сделаем то, что должны.

— Она права, — тихо сказал Саша. Все обернулись к нему — он говорил так редко. Его голос был беззвучным шёпотом, который слышен только им, благодаря старой групповой ментальной связи, которую они до сих пор подсознательно поддерживали. — На командире печать. Она уже приняла смерть. Нашу или свою. Неважно.

Неловкое молчание. Ирина не стала это отрицать. Она просто подняла бокал с водой.

— За старых друзей. И за последнюю миссию. Чтобы закончить красиво.

Они чокнулись. Гулкий стук стекла прозвучал как приговор. Веселья не просто не было — его смыло ледяной волной её тоста. Даже Гром потупил взгляд.

Час спустя они были в операционной комнате на верфи Корвина. Голографическая проекция «Предела» висела в центре, испещрённая маркерами.

— Данные слишком… чистые, — Кирилл парил перед интерфейсом, его пальцы летали по невидимым клавишам. — Вот логи взлома защищённого архива станции. Сделано нашими, с «Альфы». Идеально. Слишком идеально. Будто их ждали. Провели красной дорожкой прямо к сердцевине.

— Подстава? — хрипло спросил Гром.

— Не знаю, — Кирилл сморщился. — Но смотрите. Аномальное поле. Оно пульсирует с частотой, которая… — Он вывел график. — Она совпадает с базовой частотой человеческого магического резонанса. Но оно его не гасит. Оно настраивается на него. Усиливает в миллион раз, пока ядро не взорвётся от перенапряжения. Это не оружие. Это зеркало, которое показывает тебе твою же силу — и ты сгораешь от её вида.

— Значит, опасность реальна, — сказала Ирина.

— О, ещё какая! — Кирилл фыркнул. — Но чтобы создать такое… нужен доступ не просто к ядру станции. Нужен доступ к первичным протоколам Магического Поля, к тому, с чего всё началось в 2026-м! Этого не могла сделать кучка диссидентов в ржавой тюрьме. И почему… — Он переключил картинку. — За восемь месяцев не было ни одной случайной утечки?

— Ты хочешь сказать, это ловушка? — спросила Вера.

— Я хочу сказать, что нас посылают туда, где законы физики и магии ведут себя как им вздумается, с непроверенными данными, — мрачно ответил Кирилл. — И меня бесит эта лёгкость. Будто кто-то там играет с этой штукой. Отрабатывает управление, готовит сцену.

— Для нас, — тихо закончила Вера.

Их глаза встретились — команды, которую уже предали. Возможно, своими же.

— План остаётся прежним, — сказала она, и её голос вновь обрёл стальные нотки командира. — Тихий вход. Сектор «Дельта». Кирилл — на подавление систем. Ты создаешь для нас «тихую зону» в их сетях. Саша — полное облако невосприятия. Мы будем призраками. Гром — ты наша дверь, если придётся ломать. Вера — постоянный мониторинг нашего состояния. Любое колебание резонанса — немедленный отход. Цель — ядро управления. Нейтрализация угрозы. Уничтожение данных. Отход.