Натали Карамель – Истинная за Завесой (страница 38)
Элис лишь склонила голову в молчаливом согласии. Она не спорила. Она лишь передала волю своего начальника и получила ответ. Головная боль Ардена её не касалась – её задачей было – найти убийцу. Хотя в глубине души она понимала профессиональную досаду Ардена: присутствие такого магната, как Далин, действительно могло спугнуть осторожного преступника. Но спорить с драконом в таком состоянии было равносильно самоубийству.
Далин нехотя отдал приказ кучеру. Карета тронулась, но не в сторону его владений, а обратно, к особняку Вейлстоунов. Он сидел, смотря в окно, его пальцы барабанили по колену. Весь его вид кричал о неудовольствии, о готовности в любой момент взорваться, но он сдерживался. Ради неё. Ради их странной договоренности.
Карета остановилась у знакомых, но теперь чуждых ворот. Далин вышел первым, резко распахнул дверцу. Аккуратно, но быстро помог Кате выйти, поддерживая её за локоть. Его люди – двое неброских мужчин в простой одежде – растворились в сумерках, заняв позиции.
Катя кивнула, опираясь на его руку.
Он фыркнул, но в его глазах, прежде чем он отпустил её руку и резко шагнул назад к карете (которая теперь должна была уехать, чтобы не привлекать внимания), мелькнуло что-то теплое, почти нежное, приглушенное лишь тенью тревоги.
Далин твердым шагом направился к массивным дубовым дверям особняка Вейлстоунов. Его осанка была безупречной, но в каждом движении чувствовалась неукротимая сила дракона, вступающего в логово возможной угрозы. Катя шла рядом, ощущая его защитное прикосновение. Элис и Луиза, как верные тени, следовали за ними.
Далин не стал стучать. Он просто толкнул дверь. Тяжелое полотно подалось с низким, протяжным скрипом, нарушившим тишину ночи.
Их встретило...
...абсолютное, звенящее безмолвие.
Величественный холл был залит холодным, мерцающим светом магических свечей в хрустальных люстрах и канделябрах. Они горели ровно и ярко, отбрасывая длинные, пляшущие тени по стенам, увешанным мрачными портретами предков. Воздух пах воском и пылью забвения.
Но не было ни души.
Ни сонного лакея у двери, ни шуршания юбок горничных в дальних коридорах, ни потрескивания огня в огромном камине, который сейчас был черным и холодным. Даже тиканье старинных напольных часов, обычно слышное в любой точке холла, замерло. Казалось, сам дом затаил дыхание.
Далин замер на пороге. Драконьи зрачки сузились до тонких вертикальных щелочек, сканируя каждую тень, каждый угол. Гнев сменился мгновенной, первобытной настороженностью. Катя почувствовала, как по коже побежали ледяные мурашки. Эта тишина была не пустой – она была живой. Насыщенной, тяжелой, выжидающей. Как взведенная тетива.
Далин шагнул вперед, широким движением поставив себя между Катей и зловещей пустотой холла – живой щит из плоти и ярости. В тот же миг Элис, словно тень, сорвавшаяся с цепи, бесшумно юркнула перед ним, растворяясь в мерцающих свечных тенях, её глаза сканировали пространство с холодной точностью сокола. Рука Луизы вцепилась в Катину ладонь – не просто схватила, а замкнула в своем теплом, дрожащем от адреналина, но невероятно твердом пожатии, словно пытаясь передать:
Глава 38. Подвал, Цепи и Земные Истории
Глухой стук дубовой двери, прозвучавший как удар по гробу, не успел отзвучать, как мир опрокинулся.
Пол под ногами Кати стал зыбким, как болотная трясина. Стены холла с портретами предков поплыли, закрутились воронкой. Даже Далин, могучий Далин, чья рука только что была каменной опорой, вдруг пошатнулся. Катя увидела, как его глаза, еще секунду назад яростно-зоркие, помутнели от изумления и нарастающей слабости.
Элис, всегда невесомая, рухнула на колени. Луиза просто завизжала, ее пальцы судорожно сжали Катину руку. Катя почувствовала, как ноги стали ватными, невесомыми. Голова закружилась с невероятной силой. Это было не просто головокружение. Это было ощущение, что само пространство выворачивают наизнанку, что законы реальности трещат по швам. Даже магические свечи погасли не сразу – их свет растянулся в призрачные полосы, прежде чем поглотила абсолютная, сдавливающая темнота.
Катя не почувствовала удара о пол. Просто – щелчок выключателя сознания.
Очнулась она от пронизывающего холода и тупой боли в висках. Воздух был спертым, пахнул сыростью, плесенью и чем-то металлическим. Катя открыла глаза, но тьма была почти полной. Лишь слабый, мертвенный отсвет где-то сверху выхватывал из мрака очертания.
Она лежала на холодном каменном полу. И не могла пошевелиться.
Холодные, тяжелые манжеты сковывали запястья и щиколотки. От них тянулись тугие жгуты тускло мерцающей энергии, приковавшие ее к сырой, грубо обработанной стене. Рядом, в такой же позе пленника, сидел Далин. Его могучая фигура казалась неестественно скованной. Голова была низко опущена, волосы спадали на лицо. Катя услышала его прерывистое, тяжелое дыхание.
Он резко поднял голову. В слабом свете его глаза горели не яростью, а чистым, первобытным шоком. Он потянул руки – магические жгуты лишь ярче вспыхнули, с шипением впиваясь в кожу. Он попробовал упереться ногами, напрячь мышцы – цепи энергии вибрировали, но не поддались ни на йоту.
С другой стороны Кати завозилась Элис. Она уже была на ногах, вернее, в таком же полуприседе у стены, как и все. Ее пальцы быстро ощупывали мерцающий жгут на своей лодыжке, лицо было сосредоточенным, но бледным.
Тяжесть положения навалилась со всей силой. Сырой подвал. Непроглядный мрак. Цепи, сковывающие даже дракона. Темный маг, чье имя и цели были неизвестны. Луизин страх был заразителен. Катя почувствовала, как холодная волна паники подкатывает к горлу. Но где-то внутри, в том самом месте, откуда она когда-то спасала людей, вспыхнула искорка.
Луиза всхлипнула, но замолчала, прислушиваясь. Далин тоже поднял взгляд, его шок на мгновение сменился недоумением.
В подвале повисла тишина. Потом Луиза фыркнула. Еще раз. И вдруг засмеялась – коротко, нервно, но уже без слез.
Далин тихо фыркнул. Казалось, напряжение в его плечах чуть ослабло.
Катя замерла на секунду. В её памяти всплыл образ – болото, зловонная жижа, хлюпающая под ногами, отчаянный крик бабушки, и ее собственные последние мысли перед тем, как темнота поглотила. Горькая усмешка тронула ее губы.
«Ха! – выдохнула она с внезапной горечью, тут же пытаясь сгладить ее шуткой. – Да уж, урок был, вот только экзамен я завалила с треском. Представляешь, Далин? Повзрослела, стала спасателем, людей из беды вытаскивала… а сама шагнула прямиком в трясину. Спасала бабушку – и утонула. Вот тебе и «смотри под ноги»».