Натали Доусон – Тень в комнате с портретом (страница 36)

– Увы, мисс Лэмбон совершила две глупости подряд, за что и поплатилась. Ей не стоило болтать о том, что она заметила в приходском доме, и, уж тем более, не стоило шантажировать убийцу! – Миссис Дримлейн покачала головой.

– Боюсь, именно вторая ошибка стоила ей жизни, – заметил Хоуксли. – Если бы она ограничилась только своими намеками, она могла бы остаться жива, в конце концов, она могла видеть что-то, совсем не относящееся к смерти миссис Роуленд.

– Но преступник все равно тревожился бы, даже если б она не стала писать ему письмо с требованием денег! А если она и в самом деле видела именно то, что изобличило бы его? Этот человек не смог бы спать спокойно! – Кэтрин не хотела быть жестокосердной, но, как и миссис Пропсон, сердилась на мисс Лэмбон едва ли не больше, чем жалела ее. – Что ей стоило высказаться прямо там, в приходском доме? Ну, или хотя бы вчера за завтраком с другими леди? Убийца миссис Роуленд был бы тотчас же изобличен и схвачен констеблями, и сегодня мисс Лэмбон и ее подруги уже отправились бы обратно в Бат! Или же, если она заметила что-то совсем другое, ситуация бы благополучно разрешилась, и мисс Лэмбон была бы жива и здорова!

Агнес уронила ложечку и наклонилась подобрать ее. Кэтрин подумала, что мисс Беррингтон таким образом хочет скрыть овладевшие ею чувства, сходные с чувствами самой Кэтрин. Как Эммелине повезло с подругой! Агнес явно была готова поддерживать ее на внезапно возникшем под ногами миссис Хаддон тернистом пути, хотя сама должна была испытывать не меньшие по силе переживания. И надо же было Агнес встретиться с Гарри Райдингом! Что же было в записке, которую передали для мисс Беррингтон? Кэтрин была уверена, что это именно письмо молодого джентльмена едва не выпало из книги Агнес.

– Надеюсь, этот негодяй ни единой ночи не спит спокойно! – сердито заявила миссис Дримлейн. – Совершить два убийства за два дня! Неужели ему не снятся кошмары?

– Это зависит от того, добился ли он своей цели. О совести и морали здесь говорить не приходится. Устранить тех, кто знает его секрет, еще не значит получить желаемое. Если он ищет кольцо миссис Хаддон, он будет продолжать поиски! – произнес судья Хоуксли.

– Но кольцо может быть… где угодно, – краснея, пробормотала Эммелина. – Совсем необязательно в Бате.

– Если миссис Макнил подарила вашему супругу поддельное кольцо, то настоящее может находиться где угодно. А если оно сперва хранилось у вас, а затем преподобный Хаддон отдал его кому-то, то найти кольцо не так уж трудно. Достаточно просто спросить у вашего супруга. – Судья Хоуксли задумчиво покачал в пальцах чайную ложку. – Любопытно, почему этот человек не поступил именно так? Зачем выбирать такой сложный путь, если только ему не известно точно, что ваше кольцо – ненастоящее?

– Ах, боже мой, не означает ли все это, что и Джонатану грозит опасность? – Эммелина едва не подскочила на стуле. – Если убийца – человек, которому Джонатан подарил кольцо, то разоблачить его будет совсем нетрудно! Мой муж – единственный, кому известно имя этого человека! И, скорее всего, это женщина!

– Вы правы, миссис Хаддон! – Судья Хоуксли потемнел лицом от тревоги и огорчения. В своих рассуждениях они, как ни странно, не пришли к подобному выводу раньше. Пусть это предположение было не единственным, если оно окажется правдой, то преподобному Хаддону остается лишь назвать имя!

– Нужно немедленно телеграфировать в Бат и приставить полицию охранять Джонатана! – На сей раз Эммелина вскочила на ноги.

– Надеюсь, Грейтон очень скоро будет здесь и как только напишет текст своим коллегам в Бате, один из лакеев мистера Лофтли как можно скорее отнесет телеграмму на почту. В этой же телеграмме надо попросить кого-нибудь из полицейских в Бате получить ответ у вашего мужа – кому он отдал кольцо… – Хоуксли озабоченно посмотрел на молодую женщину. – Мы полагаем, что убийца все еще в Кромберри, миссис Хаддон. Вам не стоит так тревожиться, прямо сейчас с вашим супругом ничего не случится, а позже, когда он сообщит нужные сведения, мы или арестуем убийцу, или обнаружим у того человека поддельное кольцо!

– Здесь что-то не так… – пробормотала Кэтрин скорее про себя, нежели для собеседников.

Эммелина опустилась на стул, ее нетерпеливый взгляд сосредоточился на двери: когда же появится Грейтон?

– Что конкретно ты имеешь в виду, дорогая? – Миссис Дримлейн быстро обернулась к девушке.

– Я не знаю точно… Но мне кажется, человек, которому мой брат отдал кольцо, не может быть убийцей! Это так глупо!

– В этой истории все не так, мисс Хаддон! – вздохнул судья. – Если кольцо покойной миссис Макнил было ненастоящим, а потом ваш брат заказал другое, чтобы скрыть от своей супруги изъятие кольца, мы имеем уже две подделки! Если же оно не было фальшивым, тот, кто ищет перстень, мог ошибиться, увидев в шкатулке второе кольцо, в то время как преподобный Хаддон уже отдал кому-то подлинное! Если, конечно, мы можем предположить, что кто-то сумел проникнуть в дом Хаддонов, когда там постоянно находятся слуги, и найти в запертом ящике миссис Хаддон шкатулку! Я уж не говорю о том, что крайне мало шансов, что это был доктор Голдблюм или мистер Блантвилл!

– Этот человек мог нанять кого-то другого, вора, который умеет пробираться в чужие дома! – возразила Агнес. – А еще этот человек… или эта женщина может оказаться знакома с доктором или мистером Блантвиллом.

– Наличие сообщника вполне возможно, если допустить, что кольцо представляет ценность, связанную отнюдь не с легендой о помощи в деторождении! Не обязательно искать вора, подкупить можно лакея или горничную. – Судья вновь нахмурился, должно быть, соображая, не может ли этот сообщник навредить Джонатану Хаддону, пока они здесь пытаются решить несколько задач одновременно.

– Мне кажется, вы хотели сказать, что убийца – кто-то из тех, кто приехал из Бата и бывал в моем доме… – Слова дались Эммелине тяжело, но она прямо смотрела на Хоуксли.

– Мы уже решили, что не будем никого обвинять только из желания поскорее подставить неизвестное в наше уравнение, – медленно проговорил судья. – Но если рассматривать именно эту гипотезу, все указывает на кого-то из вашей компании, если, конечно, мисс Беррингтон не окажется права, и кто-то из Бата таинственным образом направляет руку убийцы здесь, в Кромберри. Прошу вас, скажите, как бы вам ни было тяжело обсуждать эту тему, но вы, возможно, подозревали кого-то в более тесной, нежели подобает, связи с вашим супругом?

Агнес приглушенно ахнула, а Кэтрин и миссис Дримлейн посмотрели друг на друга, как будто все они и надеялись, и боялись, что этот вопрос будет задан.

– До сих пор – нет, сэр… – Эммелина смотрела на свою чашку, не в силах встретиться взглядом с кем-либо из собеседников. В самом деле, как можно выносить подобные вещи на суд посторонних людей? Поделиться унизительным рассказом о вероломстве мужа с сестрой или лучшей подругой – это еще можно понять, хотя леди не подобает даже этого. Но ведь Эммелина – не истинная леди, она дочь владельца гостиниц и может позволить себе не быть безупречной, однако сегодняшний разговор – это слишком даже для нее!

– А теперь? – мягко подтолкнула ее миссис Дримлейн. – Любое полицейское расследование выносит на поверхность глубоко запрятанные тайны. Нет людей, у которых они отсутствуют. И эти разоблачения приносят боль, разрушают семьи, делают кого-то несчастными… Увы, так и обстоят дела, но вам придется рассказать, если не нам, то Грейтону. К тому же ваш муж может находиться в опасности…

– Я думаю, любовницей Джонатана могла быть миссис Уиллинг, – через силу выдавила из себя Эммелина.

– Невероятная женщина! – ахнула миссис Дримлейн. – Быть матерью троих детей и тайно встречаться с викарием! Ввязаться в интрижку здесь, когда кругом происходят убийства! Мистеру Грейтону нужно как можно скорее поговорить с ней и заставить признаться во всем, что она скрывает!

– Может быть, Эммелина напрасно плохо думает о Джонатане? – попыталась вступиться Агнес. – Муж миссис Уиллинг, кажется, очень богат. Не мог ли он купить у Джонатана кольцо для своей супруги, чтобы у них появился наследник?

Лицо Эммелины просветлело надеждой, но Кэтрин помнила, как невестка говорила о любовницах Джонатана. Значит, кроме миссис Уиллинг, были и другие…

– Я не удивлюсь, если все было именно так, – поспешно согласилась с подругой миссис Хаддон. – Бедняжка мисс Лэмбон говорила однажды, что мистер Уиллинг сильно сокрушался из-за отсутствия сына и наследника, ведь первой у них родилась девочка. А затем наконец появились близнецы, которые смогут унаследовать его состояние. И тогда оно не отойдет какой-то родне по боковой линии, которую мистер Уиллинг не жалует…

Договорить ей не дал главный констебль Грейтон, едва ли не вбежавший в комнату, несмотря на некоторую грузность своей фигуры.

– Дамы, Хоуксли, – не теряя время на долгие приветствия, он лишь кивнул, быстро оглядев компанию. – Лакей передал, что мне стоит немедленно явиться сюда, и я надеюсь, моя спешка была ненапрасной. Я чуть было не уехал к Райдингам, куда вскоре должна прибыть семья миссис Роуленд…

– Поверьте, мой друг, мы не позвали бы вас ради пустяка. Мы проделали за вас огромную работу, но для вас оставили еще больше. – Судья усмехнулся, заметив, как скривился Грейтон. – Наша сегодняшняя беседа поставила множество вопросов и почти не дала ответов, но нам, то есть вам, есть теперь, у кого их получить.