Натали Доусон – Тень в комнате с портретом (страница 32)

– Все-таки убийца здесь, среди нас? – Утвердительный ответ на этот вопрос Кэтрин хотелось услышать меньше всего на свете.

– Есть еще Райдинги и мистер Блантвилл. Давай немного передохнем, дорогая. Чай остыл, попроси Сару принести свежий. И Гилберту уже пора бы явиться!

– Кто это? – спросила Кэти.

– Мой старый друг, Гилберт Хоуксли, – улыбнулась миссис Дримлейн.

Кэтрин невольно хихикнула. До чего же она глупа, никогда не задумывалась, что у судьи Хоуксли должно быть какое-то имя!

– Эммелина просила позвать ее, когда придет судья Хоуксли, – сказала она, и ее старшая подруга кивнула.

С четверть часа они пили чай за разговорами на темы, не касающиеся убийств. Миссис Дримлейн поделилась впечатлениями об успехах ее внуков в науках и мнением о будущей невестке миссис Райдинг, которую обе дамы нашли красивой, но слишком заносчивой для того, чтобы им понравиться.

Потом Кэтрин рассказала о предложении младшего Блантвилла написать портрет его сестры, и миссис Дримлейн порадовалась такой возможности. Жаль только, что пока Кэти не до живописи. Но Лоренс Блантвилл должен все понять, ведь до него наверняка дошли слухи о смерти мисс Лэмбон в «Охотниках и свинье».

При упоминании мисс Лэмбон Кэтрин снова встрепенулась.

– Вы сказали, что половина дам из Бата лжет. Теперь, когда их осталось всего четверо и об Эммелине мы уже поговорили, скажите мне, кого еще вы имели в виду? Агнес? Она ведь живет в одном доме с моим братом и Эммелиной и могла как-то найти кольцо.

Как ни жаль было Кэтрин обвинять хорошенькую подругу Эммелины в ужасных преступлениях, у Агнес была наилучшая возможность разведать семейные тайны Хаддонов.

Но миссис Дримлейн покачала головой.

– Миссис Уиллинг. Если миссис Пропсон себя не помнит от гнева и призывает на голову убийцы всяческие кары небесные, миссис Хаддон и ее подруга опечалены и растеряны, то миссис Уиллинг явно напугана. Несколько раз я замечала, как она вздрагивает, когда открывается дверь и кто-то входит в комнату. Как будто боится, что убийца придет за ней. Или же кто-то разоблачит ее…

– Сегодня миссис Уиллинг ушла из гостиницы, не опасаясь ни журналистов, ни убийц, – возразила Кэтрин, воспоминание о кокетливо колышущемся пере на шляпке миссис Уиллинг снова всколыхнуло в ней возмущение.

– Вот как? Она как-то объяснила причину своего ухода? – Миссис Дримлейн села прямее и даже подалась вперед, словно ожидая услышать что-то важное.

– Она сказала, что в ее комнате слишком душно и ей захотелось прогуляться и навестить знакомых.

– В разговорах она ни разу не упоминала, что у нее в Кромберри есть друзья… – Пожилая леди явно была рада убедиться в своей правоте – миссис Уиллинг есть, что скрывать от всех. – Как жаль, что у нас не было возможности проследить за ней…

Об этом Кэтрин не подумала. Она была слишком удивлена цветущим видом миссис Уиллинг и озабочена своим предстоящим объяснением с Эммелиной, чтобы всерьез задуматься о том, куда направилась молодая женщина в чужом городе.

– Ты не заметила, что в ее поведении в день убийства миссис Роуленд не было ничего странного? Я имею в виду до того, как все узнали о гибели лондонской гостьи. К сожалению, мы с Розамунд нарочно приехали попозже, чтобы избежать пустой болтовни.

Увы, Кэти не могла тратить время на праздные прогулки по залу и наблюдения за гостями. Мисс Фридделл не допустила бы этого. А те несколько минут, что девушка позволила себе отдохнуть, оказались прелюдией к убийству. И все же, все же…

– Подол ее платья был в каких-то пятнах, грязных или просто влажных… – Кэтрин добросовестно пыталась вспомнить ту сценку. – Когда я подошла к дамам в первом ряду, чтобы сообщить о каком-то несчастье с миссис Роуленд, миссис Уиллинг разглядывала свое платье и, кажется, была так сосредоточена на этом занятии, что поднявшийся в зале шум ничуть не взволновал ее. Я тогда еще подумала что-то вроде того, что для этой леди важнее всего ее туалет…

– Как же ты не вспомнила это раньше, малиновка? – Миссис Дримлейн вскинула руки к лицу и тут же уронила их на колени. – Ты обратила внимание на мисс Лэмбон и свою невестку, явно выходивших под дождь, но, оказывается, еще одна дама из их компании побывала на улице в то же время! И мисс Лэмбон вполне могла иметь в виду какие-то странности в поведении миссис Уиллинг, когда так многозначительно говорила о своих наблюдениях, покидая приходской дом.

Кэти виновато опустила голову. Как требовательна к ней миссис Дримлейн, как будто она не сидит за конторкой в старой маленькой гостинице, а служит в полиции вместе с Грейтоном! А ведь она всего лишь молодая девушка, не так уж много повидавшая в своей жизни и не получившая приличного образования!

– Прости, дорогая, конечно же, ты не могла запомнить все, что видела в тот день, на это не способен даже сам Грейтон, – поспешила старая дама утешить подругу, как только заметила ее огорчение. – Главное, что теперь ты вспомнила. Если мы спросим о том же самом миссис Хаддон и мисс Беррингтон, они наверняка подтвердят твои слова и даже прибавят что-то относительно времени ухода и возвращения миссис Уиллинг. Не может быть, чтоб они ничего не заметили, сидя совсем рядом с нею! И миссис Пропсон, конечно же, могла что-то запомнить. Думаю, завтра Грейтону опять придется провести весь день в Зале герцогини, снова и снова беседуя с каждой из этих дам.

– И о чем же ему надлежит с ними беседовать? – раздался голос со стороны дверей, и обе собеседницы повернулись, чтобы приветствовать судью Хоуксли. – Я прав в своем предположении, что у вас появились какие-то важные новости? Вам уже известно, кто убийца?

– У нашей милой малиновки есть важные новости для вас и Грейтона, – с улыбкой сказала миссис Дримлейн, отмахнувшись от неудачной шутки судьи. – Она нашла для вас мотив убийства!

– И что же это за мотив? – Судья переместился к их чайному столику насколько возможно быстро, его глаза горели любопытством и нетерпением.

– Волшебное кольцо! – с легкой насмешкой ответила старая леди, наслаждаясь изумлением и растерянностью на лице Хоуксли. – Но прежде всех историй мы выпьем чаю. Этим пирожным идет во вред близость горящего камина!

После того как на столе воцарился новый чайник со свежим чаем, все трое на некоторое время сосредоточились на пирожных перед тем, как начать делиться мнениями и совместно пытаться обнаружить истину.

Пока Кэти допивала свой чай, ей в голову пришла неожиданная мысль. Несмотря на бесконечное количество разнообразных событий, происшествий и дел, которыми были наполнены ее дни в «Охотниках и свинье», Кэтрин казалось, что она живет настоящей жизнью именно в такие минуты, когда сидит со старшими друзьями за чайным столом и просто разговаривает. Набиралась ли она мудрости? Навряд ли, сами ее годы восставали против того, чтобы девушка обрела чужую мудрость, минуя собственный опыт. Были ли ей интересны истории миссис Дримлейн о прошлых годах? Несомненно, но не более, чем старые сказки интересуют юную особу, неспособную подолгу задумываться о чем-то, кроме сиюминутных переживаний. И все же, все же Кэтрин чувствовала, что случись ей уехать, ей будет более всего не хватать таких вот бесед, когда она слушала и взрослела, говорила и чувствовала себя юной и живой.

Глава 14

Судья Хоуксли не смог рассказать своим приятельницам ничего особенно интересного. Грейтон не слишком продвинулся в расследовании, хотя и уменьшил круг подозреваемых в преступлениях с целого Кромберри до нескольких человек.

– Пожалуй, лишь викарий Фридделл и его сестра продолжают верить, что убийства совершили приезжие, случайные грабители или даже разные люди, – говорил Хоуксли. – Грейтон же не представляет, как подобраться к вашим гостьям, а также Райдингам и Блантвеллу. Доктора Голдблюма и брата и сестру Фридделл тоже не следует сбрасывать со счетов, но их наш дорогой Грейтон старается попросту запугать, заставив выдать все тайны, даже не имеющие отношения к смерти миссис Роуленд.

Кэтрин слишком не любила всех троих, чтобы им посочувствовать, а миссис Дримлейн понимала, что худшее впереди. В завтрашних газетах появится множество статей о страшных преступлениях в Кромберри, а главный констебль Грейтон будет стремительно терять и без того небольшой запас хороших манер по мере того, как в Лондоне начнет усиливаться недовольство его работой.

– Уже сегодня вечером в Кромберри приедет супруг миссис Роуленд и еще кто-то из их родственников, скорее всего, жена мистера Макнила. А завтра, вероятно, прибудут гости из Бата, родственники мисс Лэмбон и мужья наших леди. Разумеется, все они будут скандалить, требовать скорейшего раскрытия преступления, разрешения их близким вернуться домой. И Грейтону придется тратить время на беседы с ними вместо того, чтобы сосредоточиться на поисках убийц или убийцы.

– Вам следовало бы взять все эти любезные и утешительные беседы на себя, друг мой, – заметила миссис Дримлейн, и судья кивнул.

– Я не могу отказать в этом старому другу, как бы ни тяжела была эта ноша.

– Тетушка Мэриан ничего не знает о новых гостях! – едва не подскочила на своем месте Кэтрин. – У нас почти нет свободных комнат!

– Мистер Роуленд и сопровождающие его остановятся у миссис Райдинг, туда же переедет и мистер Макнил, – успокоил девушку Хоуксли. – А мужья миссис Пропсон и миссис Уиллинг разместятся вместе с женами. Хотя, конечно, необходимо предупредить ваших тетушку и дядюшку, ведь будет еще кто-то от Лэмбонов. Я сам недавно узнал об этом от Грейтона, ему телеграфировал мистер Пропсон. Судя по тону телеграммы, джентльмен весьма разгневан происходящим в Кромберри.