Натаэль Зика – Брак по залёту Натаэль Зика (страница 52)
— Убери… это! — наконец, не выдержал свёкор.
Ситуация из страшной становилась трагикомической.
Видимо, от перенесенного испуга, нервы Жени не выдержали, и она, зажав рот рукой, принялась смеяться.
— Чего ржешь, идиотка? Сними кошку! Я же сейчас освобожусь, и ты пожалеешь, что на свет родилась!
— Я… ха-ха-ха! Я на вас… ха-ха-ха! Снова Кузьму натравлю, если продолжите меня оскорблять! Он же… ха-ха-ха! охранный обученный кот, в ЧОПе служит, по ночам… ха-ха! Обходы выполняет. А ну, сядьте на пол! — отсмеявшись, неожиданно для себя грубо скомандовала она. — Если не хотите, чтобы я сняла Кузю вместе с вашим скальпом!
Валерий Вадимович завис на секунду, но тут котенок издал утробное «Мяу» и сделал хватательное движение лапками, углубляя захват, и мужчина, сдавленно застонав, послушно плюхнулся на пол.
— Кузя! Ку-у-зенька!
Котенок вращал глазами и Женю не узнавал.
Правильно — сидел себе на полочке, никого не трогал, вдруг полочка покачнулась, и он упал на что-то странное, что принялось кричать и биться о стены. Причем, еще с головой тряпкой накрыло. Конечно, Кузьма испугался и сделал то, что ему велел инстинкт — как можно крепче вцепился в свой «насест».
— Кузя, кыс-кыс-кыс! Хочешь сметанки? Курочки?
Взгляд котенка принял осмысленное выражение — вот она, магия любимых блюд!
— Мя?
— Да, курочку, сметанки. И кусочки в соусе. Шебу. Хочешь?
— Мр-мя.
— Вот и умница. Иди-ка ко мне, — осторожно отцепила одну переднюю лапку, перехватила, проделала тоже самое со второй. А задними, мстительно улыбнувшись, позволила зверьку «прошагать» по волосистой части головы свёкра, отмечая, как тот дергается от каждого когтистого «шага».
А не будет врываться в чужой дом, оскорблять и руками махать! Чудо, что Кузьма так удачно упал, и она смогла увернуться от удара, иначе могла потерять малыша.
Прижав к себе рыжего друга, молодая женщина выпрямилась и отступила в сторону, широко распахнув дверь.
— Уходите, и больше никогда не возвращайтесь!
Валерий Вадимович встал и уже открыл рот, чтобы оставить последнее слово за собой, но тут ручеек крови из разорванного века дополз до его шеи, а Кузьма, испугавшись высокой фигуры незваного гостя, сердито зашипел, и мужчина молча покинул квартиру.
Силы оставили, Женя, как стояла, так и села на пол, прижимая к себе взъерошенного котенка и глотая градом посыпавшиеся слёзы. Кузя притих, а потом включил мурчалку, все громче и громче наращивая звук и вибрацию. Кто бы мог подумать, насколько хорошее успокоительное мурчащая кошка!
— Женя, что случилось? — Денис возник, будто из ниоткуда. Погруженная в свои переживания, она не слышала, как он поднимался по лестнице, только вздрогнула, возвращаясь в реальность.
— Женя, милая, что случилось? — Денис присел перед ней, обнял, мягко высвободив изрядно пожамканного котёнка. — Внизу встретил отца, всего в крови. Он от меня, как черт от ладана шарахнулся, бегом в машину и уехал, будто за ним инквизиция гонится. Я так испугался… С тобой все в порядке?
Женя кивнула, не в силах говорить.
— А с малышом?
На секунду замерев, прислушавшись, Женя кивнула еще раз.
— Пойдем-ка в комнату, нечего сидеть на пороге, — Денис поднял ее на руки, отнес в зал, бережно посадил на диван. — Или ты хочешь прилечь?
— Нет, — Евгения почти пришла в себя и обняла мужа, прижавшись щекой к его рубашке. — Я так соскучилась! Ты голодный?
— Очень, — мужчина слегка отстранился, внимательно рассматривая жену. — С тобой точно всё в порядке? Что у вас произошло?
— Твоему папе не понравилось, что мы продаем квартиру и переезжаем. А еще он почему-то уверен, что ребенок не от тебя, — криво улыбнулась Женя. — Он меня напугал, но ничего не сделал.
— Я его…
Денис стиснул кулаки.
— Не надо, — Женя мягко накрыла кулак мужа своей ладошкой. — Его уже Кузя наказал. Думаю, он ко мне больше не сунется! Пойдем ужинать?
— Только ты мне всё расскажешь! Подробно! Каждое слово!
— А ты — мне. Про Красногорьевск.
— Договорились!
Эпилог
— Мам, ты скоро? — сын от нетерпения приплясывал, переступив через порог только одной ногой, чтобы сподручнее было бежать дальше. — Ма-ам!
— Иду! — Евгения бросила взгляд в зеркало и подхватила небольшую сумку. — Никуда твой Аквапарк не денется, он тут построен, так что не переедет!
— Да, только ты так долго, что пока мы доедем, он уже закроется, — проныл Никита.
— Нам ехать полчаса! — возмутилась мать. — Воротник поправь. И штанину из носка вытащи. Никита, ты что, в эвакуацию собирался, оделся как попало? — она присела, поправляя одежду сына.
— Я спешил, — с укоризной ответил ребенок. — Уже когда утро было, а мы всё не едем и не едем!
— Просто кто-то вскочил ни свет ни заря — в семь! На улице темень, выходной, хотелось выспаться, а Никите не терпится. Будто в первый раз, будто мы не бываем там два-три раза в месяц! Он открывается в десять, между прочим! — с улицы в прихожую заглянул Денис. — Это у тебя всю неделю садик, а папа с мамой, между прочим, работают и в выходные хотели бы отоспаться.
Сын насупился.
— Беги, садись в машину, водоплавающее! Мы идем следом.
Мальчик рванул на улицу, скрипя сапожками по утоптанной тропинке.
— Опять снега навалило, — оглядела кусок двора Евгения. — Не всё успел расчистить?
— Только дорожку к воротам, у гаража и подъезд к дому немного — там трактор проходил, дорогу чистил, нам нагреб целый сугроб, пришлось раскидать, — пояснил Денис. — Вернемся, заведу снегоуборщик, и за полчаса весь двор приведу в порядок. Поехали, а то сын в сиденье дыру провертит, крутится, как пропеллер. И в кого он у нас такой неугомонный?
— А не в кого? — выгнула бровь жена.
И оба рассмеялись.
— Мама звонила, поэтому я задержалась, — пояснила Женя, уже сев в машину.
— Определились, наконец, где этот Новый год встречать будут?
— Да, в России. Мама говорит, когда Петр Гаврилович решил собрать на Новый год всю семью вместе, то быстро понял — проще им вдвоем приехать в Россию, чем тащить в Дрезден ораву взрослых и детей. Она просила нас ничего не планировать с тридцатого по седьмое включительно.
— Отлично! Никитку Вера Васильевна целый год не видела, а фото и видео не передает всего очарования нашего сына. Вот она удивится, насколько он быстро растет и учится! — Денис сына не просто любил, он его обожал и очень им гордился.
Женя вздохнула — увидеться с мамой, Петром Гавриловичем и остальными новоприобретенными родственниками она очень хотела. С невесткой и дочерью маминого мужа они дружили, постоянно перезванивались, в прошлом году даже отдыхать ездили все вместе, сняв на всех отличную виллу на Корфу. И праздник в большом и гостеприимном доме Петра Гавриловича обещал быть запоминающимся, полным веселых сюрпризов, веселья, вкусной еды и приятного времяпровождения. Вот только…
Да… Родители Дениса.
После того визита, когда Валерий Вадимович чуть её не ударил, они больше не виделись. Женя не рассказала мужу всего, рассудив, что в противном случае тот поедет к отцу разбираться. Ещё подерутся или того хуже. Ограничилась общими фразами, но муж и сам догадался, насколько несдержанным на язык был его отец.
И полностью разорвал с ним все отношения.
С матерью созванивался, но поскольку без разрешения мужа она ничего не могла, то звонки были редкими — на день рождения мамы, на восьмое марта, да на Новый год. Несколько дежурных фраз: у нас все в порядке. Поздравляем с праздником.
Полгода назад отец впервые за все время попытался связаться с сыном, но Денис не стал разговаривать и повторил то, что сказал ему почти пять лет назад: «Увижу тебя рядом с моей семьей — пеняй на себя».
Тогда Валерий Вадимович написал письмо.
Женя его читала, Денис дал.
Свёкор раскаивался, уверял, что хотел как лучше, что думал — Евгения обманывает Дениса. А новость о переезде его добила, вот и вспылил.
— Что скажешь? — спросил муж, пристально всматриваясь в ее лицо. — Можешь его простить?
Женя задумалась.
— Понимаешь, они — твои родители, я не могу и не хочу стоять между вами. Если тебе важно мое мнение — общайся, налаживай отношения, я не против. Единственно — я не хочу видеть твоего отца в нашем доме, как и категорически против того, чтобы он приближался к Никите.