Nata Zzika – Несовместимость (страница 33)
- Не понимаю. Мне кажется, вы рехнулись – рано или поздно правда неизбежно выплывет! Сколько людей видели, что твоя любовница ходила беременная, сколько знают, что она рожала? Ладно бы, в Москве или где-то подальше, но Воронеж – большая деревня, хоть и миллионник. Здесь все всех знают! Тем более, Гориных и Таловых. Стоит кому-то одному проговориться…
- В клинику Олёна поступила под другим именем, - отмахнулся Горин. – И почти всю беременность удачно от всех скрывалась. Даже собственные родители не знали, что она носит ребёнка. Кроме наших семей никто не в курсе, а мы будем молчать. Девочку запишем на тебя, подчистим документы...
- Но все знают, что у нас сын! Один сын! – вскричала Анна и схватилась за голову.
- Скажем, что дочка родилась слабенькой. У двойняшек так бывает, я узнавал. Один младенец крепкий, второй слабый. Мол, мы ждали, когда она окрепнет. Девочка так и так младше, значит долгое время будет заметно меньше брата. И никто не усомнится. Здорово я придумал?
Горин расплылся в довольной улыбке.
- Какой-то сюр, - Аня потрясла головой. – Егор, так нельзя! А меня даже не спросил, просто ставишь перед фактом!
- Что тут спрашивать? Агата – моя. И Миша – мой. Мы сразу получили и сына, и дочь, а двоих детей нам вполне достаточно. Тебе не надо будет второй раз проходить через беременность и роды!
- Но если я против? Вся нагрузка по уходу за младенцами падает на женщину, а ты даже не подумал спросить моего мнения – хочу ли я подписываться на такую афёру! Согласна ли я принять чужого ребёнка, как своего!
- У тебя будет несколько нянек, - возмутился Горин. – Ань, ну ты чего?! Надо привезти Агашу, ты покормишь её, покачаешь, и сразу привяжешься. Чужих детей не бывает, тем более что она сестра Мишутки. Родная!
- Нет, Гоша, так не пойдёт! - Аня на мгновение прикрыла глаза, пытаясь переждать пульсирующую боль в виске.- Может быть если бы ты заранее всё рассказал и предложил такой вариант… Как-то иначе поднял тему… Возможно, я не испытала бы такого отторжения. Но теперь не согласна!
- На что ты не согласна? – поинтересовался Горин.
- На всё! Ты не аннулируешь наш развод – на таких условиях я не хочу обратно замуж! Также я не желаю считаться матерью Агаты. Ты обещал ничего не предпринимать, не посоветовавшись, а сам продолжаешь строить планы за моей спиной. И это мы ещё не расписаны! Боюсь представить, что будет, если это произойдёт… В доме запрёшь, если посмею ослушаться? На хлеб и воду посадишь?
Аня снова прикрыла глаза – висок продолжал стрелять болью. Из-за этого она не заметила изменившегося выражения лица Егора.
- Анюта, видит бог, я хотел по-хорошему…
От голоса Егора у неё пошли мурашки. Анна подняла голову и встретилась с потемневшим взглядом бывшего мужа.
Колючим, злым, чужим.
- Выбор у тебя небольшой, - еле сдерживая злость, продолжил Горин. – Или ты соглашаешься на все мои предложения: принимаешь Агашу, кормишь её грудью вместе с Мишей, одинаково заботишься о детях, любишь их обоих. И тогда я положу весь мир к твоим ногам.
- Или… что? – непослушными губами, еле слышно.
Но Егор уловил.
- Или ты оставляешь сына и уходишь из моего дома такой же, какой пришла. То есть без ничего. Даю тебе три дня, чтобы принять правильное решение.
Глава 16
Горин ушёл, хлопнув дверью, а она осталась.
Растерянная. Униженная. Испуганная. Не понимающая, что делать дальше.
Минут пять Аня пребывала в ступоре, а потом резко вскочила на ноги.
«В каком это смысле – оставляй сына? Не каменный век, не Домострой, а я не рабыня и не крепостная. Даже не жена! И Миша по документам Егору никто. Пусть попробуют меня удержать!»
И она бросилась в детскую.
- Спит ещё, - улыбкой встретила Мария. – Чистый херувим! Анна Сергеевна, что-то случилось? На вас лица нет…
- Да. Нет. Ничего, это я… Голова разболелась, - на ходу придумала отговорку.
Няня не из болтливых и уже выручала её, но что-то внутри останавливало, запрещая делиться планами. И рассказывать о непростом разговоре с бывшим мужем и выдвинутом им ультиматуме.
- Так прилягте! – участливо посоветовала Мария. – Мишутка проголодается ещё не скоро. А проснётся – я его займу. Или ещё лучше – прямо сейчас сцедите молока, и идите отдыхать. Как только наш богатырь запросит есть, я его покормлю. Потом мы с ним погуляем, поиграем. У вас будет минимум четыре часа, чтобы поспать.
- Да, - она вымученно улыбнулась няне, - так и сделаю. Бутылочку поставлю в холодильник и уйду к себе. Спасибо, Мария!
- Не за что, это моя работа.
Аня только что закончила сцеживаться и собралась отнести бутылочки в детский холодильник, как дверь распахнулась, явив полностью одетого Егора.
- Успокоилась? – мужчина окинул её внимательным взглядом. – Что это у тебя?
- Молоко, - пробормотала Анна и зачем-то продолжила, словно оправдываясь. – Лишнее, я сцедила, чтобы не застаивалось…
- Вот видишь – даже природа подсказывает – ты спокойно выкормишь двоих, - назидательно заметил Горин. – Зашёл предупредить, что сейчас я на работу, а вечером поеду к родителям. Хочу повидать дочку.
Аня вздохнула, но не произнесла ни слова.
- Привезти Агашу сюда? Анюта, не молчи!
- Ты дал мне три дня, - напомнила она и Егор фыркнул.
- Ладно, три так три. Ты же умная девочка, Анна…
- Это вопрос или утверждение?
- Гм… Пытаешься кусаться? Прекрасно! Я боялся, что перестарался.
Неожиданно Егор стремительно шагнул ближе, сгрёб её в охапку, уткнулся носом ей в волосы и забормотал:
- Анька, чудо моё невозможное! Я же люблю тебя, глупая! Прости, что давил, у меня не было другого выхода, понимаешь? Агашу необходимо легализовать. Но сделать это безболезненно и так, чтобы ни у кого никогда не возникло вопросов, можно только одним способом – записав тебя её матерью. Да, виноват – не посоветовался с тобой. Но, положа руку на сердце, ответь – а ты согласилась бы?
Аня молчала.
- Я так и думал – ревность и обида не позволяют тебе взглянуть на ситуацию трезво. Анют, облажался я, но ты собираешься наказать ни в чём не виноватого ребёнка. Подумай на досуге, насколько тебе самой выгодно, чтобы Агата считалась твоей дочерью! Во-первых, Таловы не будут иметь на неё никаких прав.
- Они же не собирались, - не выдержала она.
И мысленно заметила, что лично ей всё равно, заявят бабушка с дедушкой права на внучку или нет.
- Сейчас – да. Но кто знает, что будет через десять лет? Или через двадцать? Олька что-то по-женски себе повредила. Если не сможет родить отцу правильного внука, то Макар вспомнит про внебрачную девочку. Или у самой Олёны вдруг проснётся материнская любовь. В общем, на всякий случай нужно отрезать все ниточки.
Аня повела плечами, намекая, что хочет освободиться. И Егор покладисто разжал руки, но далеко не отступил.
- Во-вторых, растить двоих младенцев проще, чем одного. Нет, физически тяжелее, но у тебя будет куча нянь, плюс мои родители и я на подхвате. А как только дети подрастут, то они начнут играть друг с другом, то есть им понадобится меньше внимания. Я читал про это в Интернете.
- Ну да, мне для полного счастья только «подхвата» Риммы Евгеньевны и не хватало! - Анна скептически хмыкнула. – От одной мысли, что твоя мама начнёт тут заправлять, мне хочется бежать, куда глаза глядят!
- Уверяю, мама не доставит тебе проблем! Больше не доставит. Мы с отцом – а он обещал внимательно за этим следить – об этом позаботимся. И, в-третьих, ты воспитаешь дочку «под себя». В том смысле, что вы станете друг другу настоящими подругами. Будете делиться секретами, обсуждать нас с Мишей, ездить на шопинг и в СПА. Представляешь, как здорово?
- Да уж… Представляю, - вздохнула Анна. – Егор, мне кажется, ты куда-то собирался?
- Уже ухожу. Подумай над тем, что я сказал, - произнёс Горин. – Тогда я сегодня останусь у родителей, вернусь завтра после работы. Надеюсь, ты не воспользуешься моим отсутствием, чтобы сотворить какую-нибудь глупость?
Он поднял пальцами за подбородок её голову и заглянул в глаза.
- Я люблю тебя, Анюта, но это не значит, что прощу предательство. Помни об этом! И ещё – ты не взаперти и не под арестом! Можешь идти или ехать куда угодно – я выделил для тебя машину. Единственно, кроме водителя, тебя будет сопровождать Леонид. Он сегодня переезжает к нам в дом, так что будет в круглосуточном доступе. Это ради твоей безопасности – к сожалению, тот пьяница, что сбил коляску Миши, в Воронеже не единственный.
- Да? Спасибо. Но мне кажется, что есть какое-то «но»?
- Есть. Ты свободна, но Миша покинет этот дом только с моего разрешения. С моим сыном на руках за ворота тебя не выпустят.
- По документам он не твой сын, - буркнула Аня и прикусила себе язык.
Поздно!
- Спасибо, что напомнила. Дай-ка мне телефон!
- Зачем?! Как я без него, Гоша?! А если мне нужно будет позвонить? В Скорую, например или ещё куда-то? – она пыталась воспротивиться, но бывший муж оказался проворнее и сильнее.
- Если что-то срочное, ты всегда можешь воспользоваться сотовым Леонида, - Егор покрутил в руках её телефон и опустил его в карман пиджака. – В конце концов, внизу есть стационарный аппарат. И, Ань, это временно! Согласись на моё предложение, поставь подписи, где я укажу, и к тебе вернётся не только айфон, но и полная свобода действий и возможностей.
После чего он собственнически притянул её к себе, чмокнул и тут же вышел.