Nata Zzika – Несовместимость (страница 32)
Егор на самом деле едва стоял на ногах, и отложить беседу на завтра было единственно верным решением.
Разумеется, сразу уснуть у неё не получилось. В голове роились разные мысли, не давали расслабиться и погрузиться в царство Морфея.
Она ворочалась почти час, прикидывая так и этак, что с ними будет дальше. А потом проснулся сын, и переключил на себя всё внимание матери.
То ли он почувствовал, что она нервничает, то ли просто так совпало, но Миша в эту ночь решил покапризничать и громко протестовал, стоило его положить в кроватку.
Если бы не Мария, то утром вместо счастливой мамы по дому ходил бы свеженький зомби.
Няня вошла в детскую, когда малыш уже наелся, отрыгнул воздух и просто лежал на руках.
- Анна Сергеевна, дайте мне Мишеньку, я сама его уложу. Покушал, солнышко?
Мальчик сонно улыбнулся.
- Во-от, серединка сыта и края улыбаются. Умаялся, бедненький, за ночь, - Мария бережно взяла мальчика на руки и перешла с ним к кроватке. – Пять, много, десять минут, и мы уснём. Да, мой хороший?
И, понизив голос, обратилась к Ане:
- Когда я поднималась, встретила Егора Андреевича. Он передал, что ждёт вас в кабинете.
Ну вот…
Утихшие было тревожные мысли тут же вернулись обратно и устроили чехарду, пугая разными предположениями.
- Доброе утро! – Егор встретил её, как ни в чём не бывало. – Проходи и присаживайся. Я распорядился, чтобы завтрак нам подали сюда. Поговорим без лишних ушей и глаз.
Сон пошёл ему на пользу – Горин выглядел свежим и вполне довольным жизнью.
Он двинулся навстречу Ане, по-хозяйски приобнял её, поцеловал и подвёл к столу, предварительно отодвинув стул.
- Что тебе положить? Омлет? Творог? Кашу? Я велел принести всё, что ты обычно ешь на завтрак. А себе мяса… Вчера был сумасшедший день, я толком не пообедал, а ужина и вовсе не случилось.
Он снял с блюд колпаки и приглашающим жестом показал на кушанья.
- Кашу, - решила Аня и сама потянулась за тарелкой.
Несколько минут они ели молча. Она не выдержала первая.
- Гош, расскажи уже, что с нами будет дальше?
- С нами? Ничего плохого, только хорошее, улыбнулся Горин. – Всё-таки напридумывала себе страхов, глупенькая? Я же сказал, что никому не позволю вас обидеть! Сначала доешь до крошки, потом поговорим.
И ей пришлось подчиниться – Егор прав, она не имеет права голодать. А разговор, судя по всему, её ждёт не самый простой. Такой, что отобьёт напрочь любой аппетит…
Наконец, она отставила пустую тарелку, допила чай и выжидательно посмотрела на бывшего мужа.
- Больше ничего не хочешь? – словно издеваясь, он совсем не торопился. – Точно наелась?
- Точно. Гоша, не тяни…
- Нечего тянуть, Анюта! Проблема выеденного яйца не стоит! Да, я надеялся, что Олёна залетела от кого-то другого, но наличие ещё одного ребёнка ничего между нами не изменит. Мы с тобой в самое ближайшее время снова станем супругами, нашему сыну вернут его законные фамилию и отчество.
- А Олёна?
- А Олёна, как только её выпишут из больницы, уедет в Европу – восстанавливать здоровье.
- Уедет?
- Да! Если ты боялась, что она станет мозолить нам глаза, то, как видишь, этого не произойдёт. Я переговорил с Таловым, Макар меня услышал и мою позицию принял. Он увезёт дочь и проследит, чтобы она не наделала глупостей.
- Когда ей глупости совершать, - пробормотала Аня, - у неё грудной ребёнок. И подорванное здоровье. Вспомни Мишины колики – там ни о чём не думаешь, пляшешь сутками возле ребёнка.
Тугая пружина страха постепенно разжималась – Талова уедет! Господи, это лучший выход из возможных… Значит можно не опасаться, что Олёна начнёт тянуть одеяло на себя и по десять раз на дню звонить Егору, требуя, чтобы он немедленно мчался ей на помощь! Им с Мишей не придётся делить с Таловой и её дочерью внимание отца и мужа! Да и Римма Евгеньевна перестанет выживать жену сына из города. Наверное.
Во всяком случае, Горин больше никому не позволит третировать его семью!
Анна осторожно выдохнула, но следующие слова Егора мгновенно опустили её на землю.
- При чём тут девочка? Олёна уедет одна. Вернее, в сопровождении родителей. А ребёнок остаётся здесь, со своим отцом.
- Здесь? Она что, - от страшной догадки сердце едва не остановилось, - смертельно больна?
- Олёна? Да, есть некоторые проблемы по-женски, но её жизни ничто не угрожает, - поморщившись, ответил Горин.
- Тогда почему она уезжает, а малышка остаётся? Боже, Гоша… Она что, отказалась от дочери?!
- Можно сказать и так.
Аня охнула, прикрыв ладонью рот.
- Не нужно её осуждать, - Егор снова поморщился, – ты не всё понимаешь. Олёне в принципе не до младенца, себя бы вытянуть. Макар в бешенстве – мало того, что дочь, как раньше говорили, в подоле принесла, так она почти до самых родов скрывала своё состояние, лишив его возможности вмешаться и исправить ситуацию. А ещё отец ребёнка, то есть, я, категорически отказался вступать с ней в брак, и никаких рычагов воздействия у Таловых на меня нет… И, ко всему, Олёна родила девочку!
- Какая разница? Главное, здоровый малыш, пол не принципиален, - машинально отреагировала Аня.
- Кому как! Макар мечтал о сыне, но у него родился только один ребёнок, и тот – дочь. Талов надеялся, что Олёна удачно выйдет замуж и родит ему внука, а уж он воспитает из него наследника. Но и тут облом. Дочка его крепко разочаровала, поэтому он и увозит её отсюда подальше.
- Если у неё такой строгий отец, а ты не давал обещаний жениться, зачем она тогда всё подстроила? Зачем соблазняла тебя и всё такое? Чёрт, как всё сложно-то!
- Она рассчитывала, что как только узнаю о беременности, то сразу на ней женюсь, - правильно истолковал невысказанный вопрос Горин. – Там ещё моя мать подсуетилась… Олька просто поддалась на её уговоры и вместо того, чтобы по-тихому избавиться, решила рожать. А теперь ей «прицеп» не нужен. Да я и сам не оставлю дочку – ну, какая из Олёны мать?! К счастью, Макар Гаврилович и Меланья Павловна в этом меня полностью поддержали.
- И… где сейчас ребёнок?
- В доме моих родителей, разумеется. Они забрали девочку сразу, как только ту выписали из роддома, - невозмутимо ответил Горин. – Мать накупила ей одёжки – на пять младенцев хватит. Наняли трёх нянь, все с рекомендациями и медицинским образованием. Носятся там с ней.
И Егор улыбнулся.
- Кто бы подумал, что неприступная Римма Евгеньевна окажется такой трепетной бабушкой?! А мой отец?! Видела бы ты его, когда он держит на руках Агашу! Они влюбились в Агату без памяти!
- И забрали малышку ещё до теста, я правильно понимаю?
- Мама никогда не сомневалась, что малыш от меня, - фыркнул Егор. – Говорит, ещё когда Олёна была беременна, это чувствовала. Только вот с полом мы все ошиблись.
- Интересно! – хмыкнула Анна. – Про Мишу она тоже много что говорила. Дескать, всем сердцем чувствую – чужой. Оказалось – показалось.
- Но ДНК показал наше родство. Причём, результаты Воронежской лаборатории и Московской совпадают. Я подстраховался – помнишь? Агаша моя дочка, поэтому она сейчас живёт у бабушки с дедушкой. Временно, конечно.
Временно? - эхом переспросила Анна. – А… Куда потом?
- Об этом я и собирался с тобой поговорить – как думаешь, почему я всё ещё на тебе не женат и до сих пор не вернул Мишутке его фамилию и отчество?
Аня молчала, боясь озвучить то, что крутилось у неё в голове.
- Потому что это надо сделать одновременно, - не дождавшись от неё реакции, продолжил Горин. – Как только мы аннулируем развод, то сразу выправим обоим детям свидетельства о рождении. Я уже договорился, заплатил, кому надо, и всё сделают чисто.
- Гоша, ты меня пугаешь… Что ты задумал?
- Ничего плохого, наоборот! Мы поправим дату рождения обоим детям – Мишутке сдвинем на месяц вперёд, а Агаше – на месяц назад. После года этой разницы уже никто не заметит.
- Я против!!!
- Скажем, что у нас родились двойняшки, - не слушая её, продолжил объяснения Горин. – Нет, а что ты хочешь? Агата не должна узнать, что она только моя дочь, для девочки это будет настоящей травмой.
- А… А Таловы? – она просто не знала, что ещё сказать.
Услышанное в голове не укладывалось – Горин сошёл с ума?!
- Согласны и будут молчать. Огласка не в их интересах, внебрачная внучка, как я уже говорил, им не нужна. И Олёне без хвоста в виде ребёнка будет проще сделать хорошую партию, понимаешь?