Nata Zzika – Любовь до востребования (страница 34)
Кухлянка оказалась теплой, женщине даже жарко стало. То есть, насмерть её заморозить не собирались? Если бы она догадалась, как ей выбраться из свёртка.
Умка согласно рыкнула и оскалилась, показывая, что тоже непрочь поквитаться. Физически они в порядке, пострадала только их гордость. Пока пострадала только их гордость…
Женщина выпрямилась и внимательно осмотрела окрестности – тундра, как тундра. С двух сторон темнеют сопки, справа ближе, слева значительно дальше. Пятнистая поверхность, россыпи камней. И ни души.
Сколько идти до посёлка – она не знает. В какую сторону – тоже. Что-то подсказывает ей, что можно до темноты не успеть. Светлое время длится тут едва шесть часов, сколько она пролежала, и когда рассвело – неизвестно. А это значит, что ей, возможно, придётся заночевать прямо под открытым небом. Шкуры и верёвку берём, пригодятся!
Попробовав так и этак, женщина сложила мех и туго перетянула получившийся свёрток арканом.
Зверь скорее найдёт дорогу, да и бегает быстрее, поэтому, Умка, твой выход!
Волчица не заставила себя ждать. Ещё раз со вкусом потянулась, напоследок лязгнув зубами, подхватила свёрток и побежала, делая круг, пытаясь уловить запахи.
Бесполезно, волчицы очень хорошо скрыли свои следы, так ей направление не определить.
Посмотрев направо-налево, зверь принял решение и бодрой рысью направился к ближайшей сопке.
Возможно, она отдаляется от посёлка, но с вершины ей будет проще привязаться к местности. Ирина недаром водила её на экскурсию и рассказывала про достопримечательности, наверное, пыталась завуалировано рассказать, что её ждёт, и на что волчице стоит обратить внимание, когда та будет искать дорогу. Если бы она знала про испытание, то постаралась бы к сторонам света привязаться, а так – слушать-то она слушала и всё помнит, но не настолько разобралась, чтобы сходу определить направление.
Пробежав пару километров, Умка подняла свёрток повыше и прибавила ходу – по ощущениям, день уверенно катился к завершению, а у неё еще не было даже приблизительного плана.
Ничего, в самом густом и диком лесу Ольга прекрасно ориентировалась, неужели растеряется здесь, где всё видно на десятки километров?
Отсутствие опыта в переходах по тундре сказалось почти сразу. Волчица так торопилась к сопке, что почти не смотрела под ноги, тем более, что обзор закрывал свёрток со шкурами. И поняла, что попала на кочки только тогда, когда несколько раз основательно споткнулась и нырнула в жижу прямо свёртком и мордой. Фыркая и отплевываясь, зверь выудил ношу и, разбрызгивая грязь, бросился кратчайшим путём вон с коварного участка.
Выбравшись на каменную россыпь, волчица несколько раз яростно потрясла шкуры, будто расправлялась с врагом, а потом отошла в сторону и хорошенько отряхнулась сама. Из-за кочек пришлось отклониться от прямого пути к сопке, но возвращаться Умка не собиралась. Ещё раз встряхнувшись, она продолжила движение, теперь уже присматриваясь, куда идёт – снова окунуться в смесь воды, грязи и льда совершенно не хотелось.
Расстояния выглядели обманчиво – казалось бы, сопка – вот она. Три, ну, пять километров, не больше! Зверь бежал и бежал, но возвышенность приближалась крайне медленно.
Наконец, Умка остановилась у подножия сопки и оценила крутизну подъема. Покрутила головой и решительно сунула между двух камней свёрток – шкуры наверху ей не понадобятся, а без ноши она сможет быстрее подняться.
После подъема Умка поменялась местами с Ольгой. У волков отличный слух, уникальное обоняние, но зрение не самое острое, уступая даже человеческим глазам. Конечно же, в другой ипостаси ей будет проще изучить окрестности.
Оглядываясь, женщина заметила какое-то движение справа, а слева опознала вершины сопок, на которые ей указывала Ирина. Значит, посёлок, примерно во-он в том направлении! Это хорошо. Плохо – солнце коснулось горизонта, скоро спустится ночь, она никак не успеет сегодня вернуться. Если по условиям испытания она должна была добраться до посёлка до ночи, то она его провалила. Да и Луна с ним!
Ольгу накрыла волна негодования и раздражения: она им кто – шавка подзаборная – одурманили дымом трав, фактически, украли, связали, выбросили? А если бы её нашёл медведь? Она могла не успеть выбраться… Может быть, этому клану она не настолько и нужна? Что ж, не напрашивалась. И альфа… Как он позволил так обходиться со своей женой? Да, временной. Да, не парой, но волки-то этого не знают! Ещё и пометил… кобель!
Женщина пальцами потрогала припухшие ранки – не метка, как таковая, она не ощущает в себе изменений, не тянет к волку, нет желания вернуться именно к нему. Значит, просто сделал обманку – внешне, насколько она поняла, шрамы выглядят вполне правдоподобно. Правда, запаха альфы на ней почти не осталось – после оборотов и купания в грязи, но это неважно. Если станут спать вместе – спать в одной кровати, а не то, что он проделывал с ней в яранге! – запах Максима прочно к ней прикрепится, и оборотни не будут разбираться – это фонит метка или просто запах от кожи и одежды.
Определившись с направлением, женщина ещё несколько секунд смотрела в ту сторону, запоминая дорогу.
Обида не хотела уходить, нашептывала – раз её оставили на произвол судьбы, то, может быть – вот он, шанс сбежать?
Голова сама собой повернулась назад. Если она не ошибается, то в ту сторону должен быть Северный Ледовитый океан. Далеко, правда, но не это важно. Важно, что где-то на его берегу есть город Певек, из которого, она помнит это точно, летают самолёты на Москву. Если ей уходить, то только туда. До родных мест она не добежит, Максим здесь, как рыба в воде. Нагонит, только опозорится перед оборотнями – где это видано – пара сбежала?! Да и Илья рванет искать, вся их конспирация пойдет прахом, а дядя своего не упустит. Нет, придется возвращаться, хотя соблазнительно – уйти, спрятаться где-нибудь подальше от Севера и Приморья, переждать эти пять лет, а потом послать весточку Илье.
Движение справа опять привлекло внимание – что же там такое? Наблюдатель от стаи? Кстати, вполне возможно.
Оля напрягла зрение, но глаз отмечал только неясное движение, не детали – солнце скрылось за горизонтом уже наполовину, стремительно надвигались сумерки. Необходимо поспешить!
Спуск занял больше времени, чем подъём. Ноги скользили, приходилось искать более пологое место, камни сыпались, увлекая за собой и другие – пока она очутилась внизу, натерпелась страху. Хорошо еще, догадалась не оборачиваться. Волки – не кошки. Катилась бы Умка кубарем с самой вершины.
Пока она спускалась, солнце окончательно скрылось. С пугающей скоростью наползала темнота и ощутимо похолодало.
Женщина поёжилась и торопливо сменила облик. В волчьей шкуре и теплее, и надёжнее!
Сориентировавшись, зверь подхватил зубами за верёвку и направился в сторону, где с сопки ему показалось какое-то движение.
Инстинктивно двигаясь с наветренной стороны, волчица достаточно быстро преодолела расстояние в пару километров, пока её ноздри не уловили запах - это же олени! Зверь положил на землю ношу и облизнулся, сглатывая слюну, только сейчас поняв, насколько проголодался.
Где олени, там могут быть и люди!
Собаки, кстати, тоже.
С последними оборотни не дружили, стараясь избегать любых контактов. Пса невозможно обмануть, он чует вторую ипостась и, в зависимости от силы своего духа, или с визгом убегает, или с отчаяньем смертника пытается напасть. Всё это очень привлекает внимание, поэтому, ну их, дальних родственников! Но ей встреча с людьми сейчас не помешала бы.
Осторожно переместившись, Ольга с грустью констатировала – только олени. Четверо взрослых и один олененок. Наверное, от стада отбились. Или дикие?
Запах животных раздражал и усиливал голод. Последний раз она ела… да, на свадьбе. Волновалась, аппетита особого не было, так, поклевала. Получается, прошли целые сутки, как у неё во рту макового зёрнышка не было, а добавить сюда ещё и обороты, которые весьма энергозатратны и марш-бросок по тундре – не удивительно, что у неё живот к спине прилип.
Умка повела носом – мясо! Оно даст силы, поможет пережить холодную ночь.
Конечно, она уже убивала и не раз, причём, и молодых изюбрей, и косуль. Однажды даже полакомилась кабаном. Северные олени несколько отличаются от дальневосточных, они меньше ростом, но имеют сильные ноги с крепкими копытами, а рога есть даже у самок. Не хотелось бы травмироваться, тем более что в одиночку Умка раньше охотилась на более мелкую добычу.
Изучение запаха принесло информацию – впереди три самки, один телёнок, похоже, тоже самочка. И взрослый, полный сил самец.
И кого выбрать? Причём, решать нужно достаточно быстро, пока окончательно не стемнело.
Умка ещё раз внимательно принюхалась – телёнок мал, месяца два, ей на один укус, даже не наестся, значит, нужен взрослый олень. С самцом будет много возни, потом, она не съест столько. Жалко губить целого оленя ради одного плотного обеда. Судя по запаху, две из трёх взрослых самок в самом расцвете лет, одна ещё и кормящая. Эти тоже отпадают. Остаётся третья самка – меньше, чем другие, но достаточно крупная, чтобы волчица насытилась и не переживала, что вынуждена бросить почти половину туши.
Приняв решение, зверь замер, оценивая направление ветра и путь медленно бредущих оленей.