Ната Дымская – Временный контракт (страница 6)
Но этого почему-то достаточно.
У него тёплая кожа.
И абсолютно спокойная реакция.
Как будто только у меня внутри мгновенно случился кратковременный сбой системы.
Прекрасно.
Теперь я ещё и реагирую на прикосновения как героиня подростковой мелодрамы.
Северов продолжает говорить, будто ничего не произошло:
– И ещё. В переговорах вы вчера несколько раз уходили от дословного перевода.
Я замираю.
Всё.
Вот теперь меня точно раскроют.
– Простите?
– Это не претензия, – спокойно отвечает он. – Вы правильно адаптировали смысл. Инвесторы это оценили.
Пауза.
– Нестандартный подход. Но рабочий.
И всё.
Никакой похвалы в голосе.
Никакого «вы молодец».
Только констатация факта.
Но почему-то именно от этого у меня внутри что-то предательски сжимается.
Потому что он не пытается впечатлить.
Не флиртует.
Не заигрывает.
Он просто воспринимает меня всерьёз.
И, кажется, это действует на меня гораздо хуже красивых слов.
Глава 5. Что-то не так
Илья не любил сюрпризы.
Особенно в работе.
Особенно – во время сделок.
Особенно – в виде временных переводчиков, которые появляются за минуту до переговоров с инвесторами и ведут себя так, будто одновременно понимают, что делают, понятия не имеют, что делают.
Это раздражало.
Потому что не вписывалось.
А Илья привык, что всё вписывается.
Люди обычно были предсказуемыми.
Компетентные специалисты – собранными.
Некомпетентные – заметными почти сразу.
Тревожные люди начинали суетиться.
Самоуверенные – слишком много говорить.
Желающие понравиться – улыбаться чаще, чем нужно.
Маша Воронова не попадала ни в одну категорию.
Это мешало.
Илья смотрел в экран ноутбука, пока за стеклом переговорной кто-то из юристов пытался объяснить финансовому отделу, почему «срочно» не равно «вчера».
Обычный рабочий шум.
Нормальный.
Понятный.
В отличие от мыслей, которые последние два дня почему-то снова возвращались к временной переводчице.
Что-то с ней было не так.
Не в плохом смысле.
Хуже.
Неясно.
Он помнил момент, когда увидел ее в переговорной.
Растрёпанная. С кофе.
С папкой, которую держала как щит.
И с выражением лица человека, который явно не должен был там оказаться.
Первые минуты он был почти уверен, что Дима в панике нашёл кого попало.
Потом она начала переводить.
Не идеально.
Профессиональные переводчики обычно держались иначе: ровнее, нейтральнее, без эмоциональной реакции на происходящее.
Маша иногда слишком быстро отвечала.
Иногда перестраивала фразы на ходу.
Один раз вообще перевела не слова, а интонацию.
И это было неожиданно… правильно.
Она чувствовала разговор.
Это редкий навык.
Ещё более редкий – не мешать переговорам собственной личностью.