Ната Дымская – Карта иллюзий (страница 7)

Изображение фокусируется на мужчине средних лет, склонившемся над какими-то чертежами. Виктор Немиров, её отец, выглядит уставшим, но воодушевлённым. Рядом стоит девочка-подросток – сама Кира, лет шестнадцати. Её волосы тогда были длиннее, а в глазах больше непосредственности.

– Смотри, Кирюша, – говорит отец на записи, указывая на схему. – Вот так устроено наше защищённое помещение. Обычные стены поглощают звук, но пропускают определённые частоты. А наша система – нет. Полная изоляция. Ничто не проникает внутрь, ничто не выходит наружу без нашего желания.

Молодая Кира на записи кивает, не слишком впечатлённая.

– Но зачем комнате помнить, что в ней происходило? – спрашивает она, указывая на какую-то деталь чертежа.

Отец улыбается – тепло, гордо.

– Это не просто память, родная. Это… осознание. Система, которая учится на опыте, адаптируется. Представь дом, который знает тебя, заботится о тебе. Который становится продолжением твоего сознания.

– Как в фантастических фильмах? Живой дом? – На лице девочки скептицизм.

– Нет, не живой, – смеётся отец. – Но очень, очень умный. Умнее всего, что мы создавали раньше. И самое главное – безопасный. Дом, который никогда не предаст своих хозяев.

Проекция внезапно мерцает, изображение искажается. Слышится треск, потом тишина. Свет проектора гаснет, оставляя Киру в полутьме маленькой секретной комнаты.

Она стоит, не в силах пошевелиться. Что это было? Откуда в системе дома запись с её отцом? Запись, которой почти двадцать лет? Запись, о существовании которой она даже не подозревала?

В последовавшей тишине слышно только её прерывистое дыхание. А потом раздаётся тот же женский голос:

– Протокол Наследия запущен. Частичный доступ предоставлен. Ожидаю дальнейших инструкций, Кира Викторовна.

Кира таращится в пустоту, пытаясь осознать происходящее. Система дома знает её. Не просто как архитектора – она знает её отчество, знает её прошлое. И каким-то образом хранит записи, которые должны были исчезнуть при взрыве лаборатории её родителей.

– Кто… – её голос дрожит, она откашливается и пробует снова. – Кто запрограммировал тебя на это?

Секунда тишины, потом ответ:

– Протокол Наследия создан Виктором Немировым в 2005 году. Последние модификации внесены Глебом Ольховским в 2023 году. Цель протокола: сохранение и передача.

– Передача чего? – выдавливает Кира.

– Данная информация доступна только при полной активации протокола, – отвечает система. – Требуется ключ безопасности.

Кира прислоняется к стене, чувствуя головокружение. Ольховский. Её родители. Проект, который она считала давно похороненным. Всё связано, всё ведёт к этой комнате, к этому дому.

– Как активировать полный доступ? – спрашивает она.

– Полный доступ активируется при предъявлении физического ключа, – отвечает система. – Местоположение: личное хранилище Глеба Ольховского. Внимание: обнаружено приближение несанкционированного персонала. Рекомендуется немедленная эвакуация.

Кира вздрагивает. Охрана или полиция? Неважно – попадаться нельзя.

– Как мне выйти отсюда? – торопливо спрашивает она.

– Активирую аварийный выход, – отвечает система.

Стена справа от Киры бесшумно раздвигается, открывая узкий проход. Она не раздумывает – пригнувшись, быстро проскальзывает внутрь. Проход оказывается коротким, выводящим прямо на террасу с задней стороны дома.

Дождь снаружи усилился, превратившись в настоящий ливень. Кира выскакивает под его холодные струи, моментально промокая до нитки. Вдалеке слышны голоса – кто-то вошёл в дом с парадного входа.

Она бежит через сад, под защиту деревьев. Сердце колотится где-то в горле. Но физический страх быть пойманной отступает перед потрясением от увиденного.

Дом знает её. Дом хранит память её отца.

И этот дом только что разговаривал с ней.

Глава 6: Преследование

Кира просыпается от резкого звука шуршащего пакета. Глаза открываются мгновенно, тело напрягается. Мгновение дезориентации – где она? Потом память возвращается. Квартира Полины. Диван в гостиной, пахнущий цитрусовыми духами подруги.

– Прости, не хотела тебя будить, – Полина стоит у кухонной стойки, распаковывая продукты. – Хотя уже почти одиннадцать. Ты спала как убитая.

Кира садится, растирая затекшую шею. Волосы спутались, во рту неприятный привкус. Она переночевала здесь после возвращения из «Лазури» – не рискнула ехать домой в таком состоянии.

– Кофе? – предлагает Полина.

– Пару литров, пожалуйста, – хрипит Кира, пытаясь пригладить взъерошенные волосы.

Полина с привычной энергичностью двигается по кухне, словно выполняя хореографически выверенный танец. Достаёт турку, засыпает кофе, не измеряя – на глаз. Зажигает газ свободной рукой, одновременно выкладывая на стол свежие круассаны. Ярко-желтая юбка кружится вокруг колен, подчеркивая контраст с Кириной измятой футболкой и джинсами.

– Ты выглядишь как студентка после вечеринки, – замечает Полина, бросая взгляд на подругу. – Если бы я не знала, что ты пробиралась в дом миллионера посреди ночи, решила бы, что ты связалась с плохой компанией.

Кира слабо улыбается, вспоминая, как рассказала Полине обо всём, вернувшись промокшей и потрясённой. О тайной комнате. О проекции. О голосе дома.

– Не могу поверить, что ты это сделала, – добавляет Полина, снимая закипающую турку с огня. – Проникновение со взломом? Серьезно? Ты, которая паркуется строго параллельно бордюру?

– Я, которая теперь подозреваемая в убийстве, – отвечает Кира, принимая чашку с ароматным кофе. – Спасибо, что не выгнала меня вчера. И за то, что не думаешь, будто я сошла с ума, когда рассказала про… про дом.

Полина присаживается напротив, задумчиво помешивая свой кофе. Утреннее солнце окрашивает её медные волосы, делая их почти огненными.

– Я журналист, помнишь? Слышала истории и постраннее, – она делает глоток. – Но связь с твоими родителями? Это что-то новенькое.

– Я до сих пор не могу осмыслить это, – Кира трёт висок, где пульсирует тупая боль. – Ольховский знал моих родителей. Или, по крайней мере, знал об их работе. Выбрал меня специально. Но зачем?

– И кто убил его, если не ты? И как это связано с проектом твоих родителей? – подхватывает Полина. – Вопросов больше, чем ответов.

Кира открывает рот, чтобы ответить, но её прерывает звонок телефона. Номер незнакомый.

– Кира Немирова? – голос Демина в трубке звучит сухо и официально.

– Да, это я.

– Следователь Демин. Прошу вас явиться в отделение для дачи дополнительных показаний. Немедленно.

Кира чувствует, как холодок пробегает по спине.

– В чём дело? Я уже дала все показания.

– У следствия появились новые вопросы, – отрезает Демин. – Советую не усложнять ситуацию и прибыть добровольно.

Звонок обрывается. Кира медленно опускает телефон.

– Что случилось? – Полина наклоняется вперёд, встревоженная выражением лица подруги.

– Полиция. Демин вызывает на допрос, – Кира смотрит на часы. – «Немедленно». Думаешь, они знают о моём вчерашнем визите в «Лазурь»?

Полина морщит лоб.

– Не обязательно. Может, действительно новые вопросы. В любом случае, тебе лучше пойти. Но сначала заедь домой, приведи себя в порядок. Нельзя появляться в полиции в таком виде.

Кира кивает, допивает кофе одним глотком и поднимается с дивана.

– Спасибо за ночлег. И за то, что выслушала мою безумную историю.

Через час Кира выходит из такси у своей квартиры. Ей нужно привести себя в порядок, прежде чем отправляться в полицию. Взять документы, возможно, связаться с адвокатом, как советовал Сергей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.