Настя О – Сердце шести стихий (Академия Познаний - 2) (страница 1)
Настя О
Сердце шести стихий (Академия Познаний - 2)
ПРОЛОГ
Когда в тишине раздались звуки женских каблучков, цокающих по черному мрамору, демон был погружен в глубокую задумчивость. Он был невероятно красив — и столь же хитер. Ваал, покровитель обмана, заслуженно носил свое звание. Сидя на месте последнего Владыки, мужчина размышлял о превратностях судьбы и роли случая в них. Его холодные голубые глаза подернулись дымкой воспоминаний.
Он, один из прекраснейших демонов Дальних Пределов, оказался парой простой, невзрачной человечки без рода и племени. Он случайно оказался на территории людей, а она… Язык не поворачивался назвать ее женщиной. Всего одна ночь с ней, и спустя месяц он почувствовал зов крови. Человечка понесла.
Грязная человечка с юга понесла от демона Дальних Пределов!
Ваал знал непреложный закон: потомство, единственный ребенок, должен родиться от одной женщины, которую нужно держать рядом на протяжении всей беременности. Иначе плод погибнет или убьет мать. Демоны были единственной расой, на которую этот закон не распространялся. Даже драконы рождали полукровок от людей. Демоны гордились тем, что их семя давало только мальчиков, способных продолжить великое дело отцов.
Но в этом законе был скрыт и главный подводный камень. Чтобы сын окончательно стал демоном, его мать во время беременности должна была находиться рядом с отцом. Как бы ни противна была человечка демону, ее нельзя было отпускать. Так случилось и с Ваалом. Мать Эсхаала была обычной и ничем не примечательной. Единственное, что осталось в памяти, — это расплавленное золото ее волос. Почему одна простая девушка смогла сделать то, что не удавалось десяткам красавиц до нее?
Ту ночь он помнил в деталях. Приходилось помнить все, чтобы женщина была счастлива. Он поддерживал плод своей силой, но внутри морщился от того, с кем приходилось иметь дело. Такова была участь демонов. В будущем родильницу можно было отослать, ребенка поручить кормилице, а самому забыть о том, что пришлось терпеть ради выживания рода.
Ваал ненавидел человечку. Ненавидел за стоны и крики наслаждения, когда хотел причинить ей только боль. За заплаканные глаза, когда он говорил, что она больше не нужна. Он не убил ее за эти слова, но и спокойной жизни не позволил. Она закончила свои дни в темнице под дворцом.
— Размышляешь о своей судьбе, обманщик? — насмешливый голос Силь вывел его из задумчивости.
Девчонка, магиня, одевалась вызывающе: обтягивающие штаны, тесная рубашка, которая нисколько не скрывала высокую грудь. Ее цоканье раздражало, но Ваал пока позволял ей это. Она была менталисткой, иллюзионисткой с большим магическим резервом. Красивая: яркая блондинка с бронзовой кожей и зелеными глазами. У Силь была лишь одна беда: она была влюблена в отпрыска драконов, который отказался от ее чувств.
Ваал скривился. Ему были чужды страсти человеческих магов. Силь могла бы оказаться приемлемой спутницей жизни, если бы не человечка, уже родившая ему любимого сына. Силь была сломана, пусть и казалась идеальной внешне. Маги глупы. Они не умели ценить моменты драгоценной жизни. Они мало отличались от чистокровных людей.
— Как обстоят дела на границе? — холодно спросил Ваал, не считая нужным реагировать на выходки девчонки.
Успешная выпускница Академии Познаний — и такое невеселое будущее. Очень, очень жаль.
— Демоны под мороком, для драконов недоступны, но регулярно видят Повелителя, — пожала плечами Силь.
Ваал знал: помимо мести, она согласилась создать иллюзию Владыки еще и по собственному желанию. Ей нравилось применять свои силы, чтобы вводить других в заблуждение.
Пятьсот лет назад он учел почти все. Почти. Яд, который он дал Повелителю, действовал так же, как и тот, что скормили Алькору: удушье, потеря сознания и расслабление мышц. Однако отрубить демону голову не удалось. А это было единственным способом убедиться, что Повелитель больше не очнется. Этот мужчина долго управлял Дальними Пределами мудрой и справедливой рукой. И даже в состоянии, близком к смерти, он успел поставить на себя непроницаемый физический щит, устойчивый к любым видам воздействия. Обещание встречи, которое Ваал дал Алькору Верному, не удавалось выполнить уже полтысячелетия. Господин не хотел присоединяться к своему рабу. Ваал не мог найти канал подпитки Повелителя. Значит, все еще оставался шанс возрождения Владыки из летаргического сна.
Мог ли подумать мальчик Закарион, дракон Айдаран, эльф Сейфиэль и оборотень Мируту, что из-за найденного ими семечка в будущем разразится целая кровопролитная война? Эльфам и оборотням пока все было нипочем — их защищали драконы, но демоны намеревались добраться и до них. Дальний Предел создал иллюзию спокойствия, пока армии демонов тихо и незаметно продолжали сокращать владения драконов. Они не отступали. Благодаря Силь и ее иллюзии, показывающей воинам Повелителя и заставляющей их верить, что они идут на благое дело, среди демонов не возникало даже мысли о бунте. Демоны знали, что их ведет Владыка, и верили в победу. У Ваала имелась собственная цель.
Академия Познаний. Сад вокруг Древа. Договориться с ним мог только друид. Магия иного мира навсегда могла бы решить проблему демонов с выбором второй половины. Правило единственного чада было бы разрушено. Девочкам позволили бы рождаться. Ваал не хотел сыну своей судьбы. Проклятие человечки все еще всплывало в его памяти.
Нет, мать никогда не прокляла бы свое дитя. Расплачиваться придется ему самому. Но Ваал никогда не пожалеет и не попытается повернуть время вспять. Повелитель, подружившийся с драконами, ему не помешает — с хозяином он разобрался окончательно.
Кто сказал, что источник магии должен находиться на землях огнедышащих? Кто установил это правило? Закарион, первый из династии правителей? Он был глупцом! Демоны сильны и лучше выживают. Они несут знамя своей силы даже в генах. Демоны станут полноправными правителями Пределов, завладев Древом Познаний.
За ними — будущее.
ГЛАВА 1
Мама, только бы успеть! Иначе мне будет плохо. Как же я жалела, что согласилась остаться с Маем и деревом. Мой язык, наверное, был проклят, раз я решила потягаться в терпении с древним друидом. Я хотела увидеть, как Древо выпускает своих светлячков наяву, а не во время медитации. И зря не заподозрила подвоха, когда Май в ответ на это коварно улыбнулся. Я, наивная, до последнего стояла на своем. Когда на горизонте, который друид открыл по моей просьбе, начал заниматься рассвет, я сообщила, что мне нужно возвращаться, чтобы меня успела разбудить Амина. Май проводил до комнаты, пожелал не проспать и ушел. Растения ведь не спят, им достаточно искупаться в энергетической ванне — и они снова полны сил и бодрости. А я сплоховала. Хотя, положа руку на сердце, после того сна проспать было совершенно не стыдно!
Смутно помню, как Амина будила меня, убеждая, что опоздать на пару Златоглазого будет самой большой ошибкой в моей жизни. Я даже встала с постели и бодро сказала, что сейчас пойду умываться. Но как только дверь закрылась, голова решила, что встреча с подушкой важнее. Теперь я бежала, чтобы не опоздать на занятие к дракону.
За два месяца я хорошо успела изучить расписание. Из-за отсутствия Златоглазого и других преподавателей занятия были однообразными, но я привыкла к тому, что условный четверг — это время, когда я сплю на первой паре.
Сегодня четверг был у Златоглазого!
Самое смешное, что накануне вечером я даже изучила самый короткий маршрут до аудитории, где намеревался вести занятие дракон. Но и это не смогло спасти мои опаздывающие кости.
Дверь аудитории была открыта. Я осторожно заглянула внутрь. Все сидели тихо, но счастливые лица Эланиэля и Мая почему-то вселили в меня уверенность, что Златоглазый еще не пришел. Я уже собиралась подняться к ним, но услышала насмешливый голос:
— Так-так-так, нас решила почтить своим присутствием сама Валентия Сазонова?
Я думала, никто больше не будет произносить мое имя с ошибкой. А тут — на тебе! Вздохнув и поборов раздражение, я выпрямилась и вежливо проговорила:
— Меня зовут Ва-лен-ти-на. Доброе утро, милорд Златоглазый. Прошу прощения за опоздание.
Мне было искренне жаль. Тем более что сегодня Арегван выглядел гораздо лучше, чем при нашей первой встрече. Здоровый румянец вернулся на его лицо, а глаза весело блестели. Я невольно залюбовалась им.
Арегван Златоглазый стоял перед студентами, высокий, широкоплечий и внушительный. Пиджак, отличный от обычной формы преподавателей, придавал мужчине неформальный вид. Темная майка с V-образным вырезом выгодно подчеркивала мускулистую грудь. Кажется, я начинала понимать, почему девчонки поголовно сходили по нему с ума.
— А жаль, — задумчиво сказал Златоглазый, не теряя веселости. — Жаль, что вас зовут не Валентия. У этого имени очень красивое значение.
— Какое? — поинтересовалась я.
— «Предназначенная», — улыбнулся дракон.
Меня неприятно кольнуло от его слов. Просто совсем недавно я поняла, что никому больше не предназначена.
— Мое имя означает «здоровая», милорд Златоглазый, — сказала я, стараясь не выдать своих эмоций.