Настя Кравченко – Кукла. Я не была твоей - Настя Кравченко (страница 25)

— О чем?

— Ну ты же с ним поговорить пошел.

— Не бери в голову.

— У тебя проблемы?

— Не бывает у меня проблем, так неприятности.

— Ясно. Разговор у нас с тобой не получается.

— А я тебя не для разговоров позвал.

Мужчина резким движением развернул мена и закинул себе на плечо. Одной рукой он держал меня за ноги, а другой слегка шлепнул по попе.

— Ты чего?

— Не кричи. Тома спать уже наверно пошла.

— Поставь меня на пол.

— Или что?

— Получишь.

— Что получу?

— Богдан…

Но он не послушал. Занес меня на второй этаж, в свою спальню, а оттуда в ванную.

— В душ? — Предложил он и слегка приподнял бровь.

— С тобой? Нет. Я на работе помылась. Ноги сейчас помою только.

— Давай.

Я зашла в душевую. Включила кран. Настроила воду. Богдан в это время снял с себя джинсы, футболку.

— Ну подожди немного. Я сейчас уже закончу.

Но он не слушал. Зашел в душевую и переключил душ. Я и среагировать не успела, как струя теплой воды полилась мне на голову.

— Ну ты что? Я же в одежде.

— Снимай, — сказал Богдан и закрыл дверь в душевую. Вода медленно лилась из тропического душа, но моя одежда все равно стала насквозь мокрой.

— Сам снимай.

Вызов был принят сразу. Богдан взял края моей майки и потянул вверх, я послушно подняла руки. Он развернул меня спиной к себе и подошел ближе.

Волосы мои со спины убирает, в плечо целует, а я назад голову закидываю, на него облокачиваюсь. Чувствую его силу, тепло.

Руками по спине проводит, юбку в низ стягивает, вместе с трусиками. С себя трусы стянул и ближе ко мне прижался. Не поворачиваюсь, стесняюсь. Хотя, чего уже?

Щелчок. Крышка от геля. А я в предвкушении. Гель для душа на руки себе наливает и по мне размазывать начинает. Приятно. Очень.

То же самое делаю, в ладошки геля налила и на грудь его руки положила. Мышцы задергались, шрам от ранения обвожу. Зажил уже. По рукам пену размазываю, по животу.

Богдан возбужден, а у меня напрочь стеснение пропало. Руки вниз опускаю, трогать его начинаю там, о чем и думать раньше не могла. Он губы мои жадно хватает, целует, за талию держит. Чувствую, как мыльная пена по телу сползает.

Пену с тела смываем. Он первый выходит, а я вещи с пола подбираю, выжимаю и на сушилку.

Халат на меня накидывает, огромный. К себе притягивает, словно не может ни секунды без губ моих существовать. И я не могу. Без поцелуев его не могу больше.

К постели меня ведет, а я уже давно в подчинении. Напрочь обо всём забываю. Только в его объятиях мне хорошо, безопасно.

Халат с себя сбросил, и мой стянул следом. Мгновение и я уже на руках у него. На постель положил, нежно, бережно. Сверху навис, а я за плечи его держу, мощные, сильные. Такие от всех невзгод защитят, закроют.

Целовать продолжает. По шее моей двигается медленно, и снова темп набирает. Пока языком мочку уха облизывал, за сосок меня ущипнул, взвизгнула от неожиданности, но ещё больше прилив возбуждения ощутила.

Руку все ниже и ниже спускает, а я будто ожоги чувствую, так тепло его на меня влияет. Пальцами меня касается и на реакцию мою смотрит. Глаза темно-зелеными стали, устрашающими, опасными. А меня эта опасность так манит.

Пальцы его ощущаю и бедрами на встречу двигаться начинаю. Еще и ещё хочу. Темп мой ловит, в унисон начинаем двигаться. А я внутри хочу его ощутить, прям сводит все внизу от желания.

Богдан словно чувствует или мысли мои читает. Пальцем двигается ниже и желание моё исполняет. Аккуратно. Медленно. А я сжимаюсь вся. Чувствую, как энергия меня наполняет.

Палец его внутри чувствую и распыляюсь сильнее. Тяжелое дыхание переходит в стоны.

Еще ближе меня прижимает, мои губы его поцелуями заняты. Ощущаю давление. Куда мощнее чем раньше. Не спеша в меня входит. Не больно. Лишь чувство мне не знакомое, но приятное, долгожданное.

Медлит. Почему? К нему прижимаюсь ближе, только ближе уже не куда, словно слились в одно целое. Двигаться продолжает, а я буквально на электрическом стуле оказываюсь. Вся энергия, что копилась двадцать лет во мне, готова вот-вот наружу выскочить. Освободить меня.

Стоны его слышу и совсем забываюсь. В каком-то трансе оказываюсь. А он во мне уже всецело. Двигаться продолжает, но от губ не отстраняется. Чувствую, как жжет уже лицо от щетины, но и жжение это приятное.

Чувствую, как по телу тепло растекается. В одной точке концентрируется и к взрыву готовится. И он чувствует. Все чувствует. Пальцами мне помогает. Секунда и на части меня разрывает. Сжимаюсь, ногтями в спину его впиваюсь. Не сдерживаюсь. Наслаждаюсь мгновеньем.

ОН

Губы её целую, а она уже обмякла вся. Слышу стук сердца. Мой? Её? Похер. Щас злиться начнет, как отойдет. Не сдержал я свое обещание. Да и она сама все позволила. Так что и вины моей нет.

Как там говорят мозгоправы? Гештальт закрыть? Сделал. Теперь перестану о кукле думать. Отпустит. Делами займусь. Дохера всего накопилось. А я за бабой бегаю как сопляк какой-то.

Завтра ещё разочек закрепим и по разным дорожкам разбежимся.

В ванну сходил, полотенцем её вытер. И в койку рухнул. К себе прижал.

— Я в душ хочу.

— Щас пойдем. Пять минут полежим.

Полежали. Глаза открыл солнце в шары долбит. Утро. А куклы рядом нет.

В душ плетусь. Прохладную воду врубаю, проснуться никак не могу. Минут пять постоял, вроде очухался.

Штаны натянул и вниз спускаюсь.

Кукла с Томкой за столом сидят. Хохот на весь дом слышно. Спелись.

— Доброе утро.

— Доброе, ты че свалила?

— Я рано проснулась. Будить не хотела.

— Есть хочу. Чем так вкусно пахнет?

— Дашенька тут с утра колдовала. Оладушек нажарила.

— Колдовала? Я че после твоей стряпни в кого-то превращусь?

— Перестань что попало говорить. Садись уже за стол.

Томка меня строит как в детстве. Никак не может понять, что вырос я уже давно. На оладьи накинулся. Вот как так готовит вкусно? Только закидывать и успеваю. А Дашка на меня не смотрит, щеки покраснели.

— Доем и поедем.

— Куда опять?