Настя Чацкая – Платина и шоколад (страница 24)

­— Беги, беги. Всё как обычно, грязнокровка. ­

­— Я не бегу. ­

­— Ты не можешь находиться со мной в одной комнате.­

­Она услышала самодовольную ухмылку в глухом голосе, перекладывая книги со стола на книжную полку. ­

­— Мне всё равно, здесь ты или тебя вообще нет. В Хогвартсе, в Англии, на этом свете... — Гермиона пожала плечами. — Я бегу не от тебя. Мне нужно заниматься.­

­— Конечно. ­

­— Я могу заниматься здесь.­

­— Ну уж нет. ­

­— Почему? — Гермиона повернулась к нему, складывая руки на груди. — Может, это ты не можешь находиться со мной в одной комнате? А я «бегу, как обычно».­

­— Ты права, — вдруг сказал он, — у меня голова раскалывается, когда ты рядом.­

­— Причём. Здесь. Я?­

­— То, как ты выглядишь. Мои глаза этого не выдерживают.­

­Она вздохнула так, будто другого ответа и не ожидала. Вновь отвернулась, перекидывая копну волос набок, чтобы не мешали, а он смотрел на её напряжённые плечи и позвонки, выступающие на шее, когда грязнокровка наклоняла голову. Хрупкие косточки притягивали. Хотелось коснуться их кончиками пальцев, ощущая их мягкие, тёплые волны под кожей. ­

­Сознание тут же подкинуло ощущение тонких рук, которые он вчера стискивал, удерживая на месте. А затем — мягкого подбородка под кончиками пальцев. Это чертовски не нужно ему в голове.­

­Драко отвёл глаза, сжимая зубы. Пусть просто проваливает в свою нору. Он не хотел уподобляться ей, наблюдая, пока она не видит.­

­Это гадко.­

­— Поторапливайся, чёрт возьми.­

­— Что такое? — невинно поинтересовалась она, наклоняясь над столом и ища что-то в ящике. ­

­Мантия обрисовала линии бедер и округлой попки. Тонкую, едва заметно выступающую полоску хребта. ­

­Провести по нему рукой, слегка нагибая и надавливая на шею...­

­Его челюсти почти заскрежетали. ­

­— Ты жуть, как бесишь меня, грязнокровка.­

­Она обернулась через плечо, заметив его выражение лица и выпрямляясь. Тонкие брови приподнялись.­

­— Проблемы, Малфой?­

­Она. Она была проблемой. ­

­Драко приблизился к Грейнджер и почувствовал, как напрягается верхняя губа, а под кожей покалывает от раздражения.­

­— Пошла. Вон. ­

­Горячий взгляд карих глаз буром вошёл в его ледяные зрачки, плавя сетчатку. ­

­— Нет, — её голос дрогнул, и стоило ему наклониться ниже, дыхание замерло в груди грязнокровки. ­

­— Я уничтожу тебя. ­

­Её выдох. Он ощутил его на языке. Тревожный звон в голове оповестил о том, что лучше бы ему убираться отсюда.­

­Мятный вкус с откликом корицы. Малфой перекатывал его на языке, пока она упрямо сверлила его глазами. ­

­— Ты хочешь доказать мне что-то? — его голос был густым и низким, он сам не узнавал его, лишь жадно вдыхая её запах, который вблизи окутывал его с головы до ног. ­

­— Только лишь то, что это твоя слабость, а не моя.­

­Он засмеялся. Получился слишком резкий и ненастоящий звук. ­

­— У меня нет слабостей, херова ты дура.­

­Гермиона опустила длинные ресницы и коснулась взглядом его губ, будто соизмеряя расстояние между ними.­

­— Почему тогда ты в нескольких сантиметрах от меня? Снова.­

­Последнее слово она произнесла еле слышно.­

­Он мазнул взглядом по гриффиндорскому галстуку, затянутому вокруг её шеи, будто надеясь, что это приведет его в чувство, а затем снова поднял на неё глаза. Губы Грейнджер были слишком близко, чтобы не думать о них. ­

­Красный и золотой цвета потерялись в какофонии запахов и ощущений.­

­— Малфой.­

­Он знал: она скажет что-то, что заставит его ощутить ярость. Снова ярость. Но сейчас, так близко от неё, он не ощущал. Лишь внезапное, накатывающее желание проникнуть в грязный рот. Двигать в нём своим языком. Такой тугой, такой влажный. Такой отвечающий. Ему, а не какому-то грёбаному Курту Миллеру. Ему. ­

­Она бы вцепилась пальцами в его плечи или зарылась в волосы. Прижалась бы к нему, ощущая его адский стояк, который уже топорщил штаны. От мыслей. Всего лишь от мыслей о том, как она выдохнет в его рот. И выгнется. А он позволит.­

­Я, блядь, свихнулся. ­

­Яхочугрязнокровку.­

­— Ты сам сказал, чтобы я забыла о вчерашнем, — дрожащий голос. Она шумно, глубоко дышала. Драко хотел, чтобы ей нравился его запах. ­

­Он знал, что нравился.­

­Ее слова проникли в мозг. На секунду вернулась злость.­

­— Ты думаешь, я собираюсь целовать тебя? Чтобы я потом выхаркал все свои внутренности? ­

­Она молча сжала зубы, но промолчала. ­

­— Он хорош, да? ­

­— Кто? ­

­— Миллер.­

­— Что ты несёшь?­

­— Ответь мне, блядь. Хорош? Он засовывал свой язык в твой грязный рот? Или, может быть, еще куда-нибудь? — прорычал он ей в лицо.­

­Гермиона растерянно смотрела на него, не понимая, зачем он говорит эти гадкие вещи. Почему его это хоть как-то заботит и зачем она вообще пригласила Курта пройти в гостиную старост.­

­А когда смысл слов дошёл до неё, она прошептала:­

­— Ты, чёртов козёл, не смей говорить подобные вещи обо мне.­

­— Я забыл, сучка, что ты фригидна как...­

­Тонкие руки толкнули его в грудь, и он от неожиданности сделал шаг назад, а она метнулась к лестнице. Дикий серых глаз словил её за секунду раньше, чем сомкнувшиеся на её тонком локте пальцы. ­

­«Зачем ты остановил её?!» — заорало подсознание.­

­И тот же вопрос кричали её горящие глаза, когда она повернула к нему голову, отчаянно дыша приоткрытым ртом.­

­Я не знаю. Я не знаю.­

­— ...не знаю. ­