Настасья Райс – Отпуск с бывшим мужем (страница 24)

38 глава. Милена

— Милая, прости, — в тысячный раз говорит Дамир, прижимая меня ближе к себе и целуя в щеку. — Я был в бешенстве, не знал, что и думать, — касается губ в нежном поцелуе. Я слышу искренность в его голосе, вижу искру понимания в глазах.

Дамир не раз извинился после того, как я рассказала правду. Я тоже попросила прощения за то, что решила действовать в одиночку, не посоветовалась с ним. После разговора мы вернулись в номер и уснули в обнимку.

А утро у меня начинается снова с извинений, только мне не по себе. Ведь вся эта ситуация произошла из-за меня.

— Я сама виновата, — поворачиваюсь к нему лицом и шепчу, чтобы не разбудить Яну.

Она спит на соседней кровати, которую попросил принести в комнату Дамир.

— Я думаю, мы поговорим с отцом и будет все нормально. Тем более у нас есть дочь, и ты мне не изменял.

— Даже если он будет против, Милен, я не отпущу тебя, — искренне произносит Дамир, глядя в глаза.

Сердце сжимается от его слов. Я знаю, что он готов идти на все, ради нашей любви. Взгляд Дамира наполняется решимостью, его голос звучит убедительно и твердо. Это передается и мне, внутри просыпается непоколебимая уверенность в нас.

— Я сама никуда не уйду, — целую его в губы, закрепляя свое обещание.

Дамир обнимает меня крепко, словно хочет защитить от всего зла в этом мире. Его тепло успокаивает. Мы лежим, обнявшись, словно две половинки, снова объединенные в целое.

— Ближайший рейс, на который еще остались билеты, будет послезавтра, — заявляет Дамир, закрывая ноутбук.

— Хорошо, давай это время не будем думать о предстоящем разговоре, а просто будем наслаждаться друг другом, — предлагаю Дамиру, на что он игриво улыбается. Подхожу к нему и протягиваю буклет с экскурсией. — Яна хотела съездить на водопады.

— Яна? — усмехается Дамир, понимая, что это совсем не дочка просится туда.

— Да, — сдерживаю улыбку, — кнопка, иди-ка сюда, — подзываю дочку, она подбегает и запрыгивает Дамиру на колени. — Поедем сюда? — открываю буклет и показываю красочные фотографии.

— Да-а-а, — радостно кричит, — а Рома с нами? — с любопытством спрашивает Яна, а Дамир в этот момент меняется в лице.

— Я с вами, — из своей комнаты выходит Катя, — мы с тобой не раскрасили динозавра, побежали скорее, — говорит она Яне, та спрыгивает с Дамира и идет к тете.

Беркут сидит мрачнее тучи, даже сказать что-то ему страшно. Я его понимаю. Он безумно бесится от упоминаний о Тихонове, а тут Яна часто про него спрашивает. Я в шоке, как она до сих пор не разболтала о нашем походе в парк аттракционов.

— Любимый, не нервничай, — сажусь на Дамира, обнимаю за шею. Он напряженно смотрит на меня, словно в его душе бушует буря.

— Я еле сдерживаюсь, но дождусь того времени, когда Яна о нем навсегда забудет, — он говорит серьезно и решительно. Не знаю, что он собирается предпринять, но спросить не осмеливаюсь.

Вместо этого касаюсь губами его шеи, оставляю нежные поцелуи, от которых Дамир начинает таять. Не может долго сердиться на меня, а я, зная его слабые места, пользуюсь этим. Одной рукой он сжимает мою талию, а второй зарывается в волосах, не сильно оттягивая их у корней. Смотрю ему в глаза и вижу в них пламя похоти, которое разгорается все сильнее.

Но сейчас совсем не место и не время для страсти. Невесомо касаюсь его губ своими и шепчу:

— Поехали на набережную? — еще раз коротко целую и встаю с Дамира.

— Конечно, — отвечает хриплым голосом от возбуждения.

Так хочется, чтобы все проблемы сами собой разрешились. Нет сил кому-то что-то доказывать, объяснять и ругаться. Желание только одно, чтобы приняли мой выбор быть с Дамиром без ссор.

Хочу быть счастлива.

Но увы. Послезавтра ожидается серьезный разговор, но, а пока у меня есть несколько дней, наслаждаться отпуском.

39 глава. Дамир

Наше утро начинается рано, с поездки на водопады. Мы приехали на место, там нас уже ждет девушка, которая покажет нужное место. Катя с Кириллом уходят вперед, о чем-то беседуя. На самом деле, я бы в жизни не подумал, что друг когда-нибудь согласится на такой ранний подъем, чтобы просто посмотреть на водопад, а он проснулся раньше меня. И такое поведение мы обязательно обсудим, чувствует моя интуиция, что виной всему старшая из сестер.

Беру Милену за руку, а Яну сажаю на шею и веду их вдоль живописной тропы, окруженной зелеными деревьями и кустами. Запах свежей листвы проникает в ноздри, наполняя легкие утренним воздухом. Цвета природы кажутся особенно яркими и насыщенными — от зелени листвы, до ярко-голубого неба, которое отражается в кристально чистой воде.

Мои девочки с восторженным взглядом разглядывают все вокруг, а я, глядя на них, просто радуюсь. Чувствую себя самым счастливым человеком на земле.

Тут особая атмосфера.

Доходим до основания водопадов, останавливаемся, чтобы насладиться этими могучими струями воды, падающими с высоты. Звук воды громкий, но в то же время успокаивающий. Снимаю Янку с шеи, беру на руки и обнимаю Милену, ощущая их тепло и любовь. Понимаю, что этот момент навсегда останется в памяти.

— Дамир, это прекрасно, — шепчет Милена, любуясь красотой природы, а я любуюсь ей.

— Согласен, — смотрю на любимую.

Девушка, которая привела нас, уходит, но обещает вернуться за нами ближе к вечеру. А мы проведем весь день тут. Проходим на полянку, усыпанную цветами, достаем все необходимое. Раскладной стол и стулья, сборный мангал, ставим в тень под большое дерево. Милена стелет плед для Яны, а на него высыпает игрушки. Но мелкой совсем это не интересно, она бегает по полянке и собирает букет.

Катя с Кириллом берутся за готовку еды, а нас отпускают погулять.

— Мне перед сном мама писала, — говорит Милена, делая венок из цветов, которые приносит ей Яна.

— Что? — мне очень интересно, неужели тоже хочет отговорить дочь от отношений со мной.

Наши отношения с Ларисой Витальевной никогда не были идеальны, скорее она относилась ко мне никак, будто меня не существует. Ее холодное равнодушие к моему существованию казалось непреодолимым. Я чувствовал, что она меня просто не признавала, не видела во мне достойного внимания человека. Возможно, это поведение было из-за мужа, который отвернулся от меня с самого начала. Его неприязнь ко мне отразилась и на ее отношении. Милена пыталась достучаться до матери, но все безрезультатно и мы оставили мои попытки понравиться ей.

— Особо ничего, предупредила, что папа в ярости, рвет и мечет, — с грустью отвечает Милена.

Обнимаю ее крепко, целую в макушку, тем самым показывая, что я рядом. Если бы мог, то избавил бы любимую от всех невзгод. Она улыбается, глядя на меня, но я то знаю, что в ее душе полный раздрай. Мне самому от этого тошно.

— Ладно, давай будем веселиться, мы же приехали сюда не для того, чтобы грустить, — Милена подскакивает с пенька, на котором мы сидели, — пошли купаться, — неожиданно говорит.

— Серьезно? — переспрашиваю, потому что знаю, Милена — мерзлячка, а вода тут холодная.

— Да, — кивает, стягивая с себя топ, оставаясь в лифчике от купальника, — Яна пока с Катей побудет.

— Хорошо, — соглашаюсь. Отказать ей просто не могу. Что же она со мной делает?

— Кнопка, пошли к тете, покажем ей веночек.

С разбега прыгаю в прохладную воду, которая мгновенно обволакивает меня, освежая и оживляя каждую клеточку тела. Это чудесное ощущение прикосновения природы, заставляет сердце биться быстрее, наполняя меня эйфорией и свободой.

И вот, мои глаза устремляются к ней — к Милене. Она медленно входит в воду, окруженная лучами солнца, которые играют на коже, делая ее еще более прекрасной. Я не могу отвести от нее взгляда, залипая на каждой черте лица, словно это первый раз, когда я вижу Лебедеву.

Милена обворожительна и непостижима. Сердце пропускает сильный удар, а дыхание учащается, когда она подплывает ко мне. Лебедева — воплощение моих самых заветных мечтаний. Она не просто красива — она прекрасна. Она моя порция вдохновения, моя искра, которая разгорается в душе.

— Вот мы и остались одни, — Милена обхватывает меня руками за шею, а ногами за талию.

Подхватываю ее под ягодицы, кружусь в воде. Лебедева заливисто смеется и я хочу, чтобы она постоянно радовалась. Одно знаю: я сделаю все, что в моих силах, чтобы Милена была счастлива.

— Я люблю тебя, — говорю ей, глядя в глаза.

Милена замолкает, замирает, словно впервые слышит от меня признание. Ее взгляд становится серьезный, проникающий в самую душу. Я даже начинаю напрягаться, от гнетущей тишины.

— А я люблю тебя, — произносит со всей решительностью в голосе.

После расплывается в улыбке и впивается в губы, словно жажда зажигает в ней пламя страсти. Я отвечаю, перехватываю инициативу, толкаясь языком в рот. Сжимаю ягодицы, ощущаю, как Милена сильнее обнимает меня ногами, вжимаясь в мое тело. Это прикосновение вызывает внутреннее дрожание, кожа моментально реагирует на все ее действия. От возбуждения учащается пульс.

Но приходится сохранять спокойствие и не поддаваться нахлынувшей страсти. Снова не место и не время для секса. Мы оба это осознаем.

— Как вернемся, я хорошенько трахну тебя, милая, — хриплю от возбуждения ей в рот, прикусываю нижнюю губу.

— Я очень жду этого момента.

40 глава. Милена

Захожу в номер Дамира без стука, он сам дал мне карту-ключ и сказал приходить когда вздумается. Изначально он вообще хотел, чтобы мы перебрались к нему, но я отказалась.