Настасья Карпинская – На грани (страница 50)

***

Меня «выбила из колеи» реакция Лаврова. Я растерялась. Не ожидала, да что уж там, я попросту охренела. И если быть до конца честной с самой собой, то мне стало легче. Словно камень с души свалился. От его слов тепло растекалось по каждой клеточке в моем теле. Как можно быть таким? Отъявленной сволочью и таким заботливым одновременно? Из размышлений меня вырывает звонок Ники.

– Ксюх, привет!

– Привет!

– Ты что-то совсем пропала ото всех. Сегодня Игорь уехал за город на объект. Будет только завтра к обеду. Приезжай в гости. Посидим, поболтаем. У меня есть бутылка мартини в холодильнике.

– Предложение, конечно, заманчивое, но уже поздновато. Пока до тебя доберусь, уже часов шесть будет.

– Ну не двенадцать же, Нестерова! Детское время. Ну так что?

– Хорошо, сейчас приеду. И приготовь что-нибудь, я есть хочу дико, – все же надо было когда-то поговорить с подругой. Пусть уже сегодня будет «день откровений».

– Без проблем. Жду.

Через час я сидела у Ники на кухне.

– Оху*ть, – выдала подруга в конце моего рассказа, смотря на меня во все глаза. – Нестерова, я, конечно, знала, что ты та еще партизанка, но не думала, что настолько. Охр*неть… Ты беременна от Лаврова. Ты, конечно, извини, но после твоих признаний мне точно надо выпить, – я рассмеялась, а Ника, вытащив бутылку коньяка, капнула себе несколько капель в кофе. – Ну, вы даете, конечно… Блин, вот как чувствовала, что надо этому козлу по его пустой голове настучать. Жаль, не знала, за что.

– Ник…

– Что, Ник? Как понимаю, ты еще о многом умолчала, – она была права. Конечно, умолчала. Про финал нашего разрыва умолчала. Многие углы сгладила, не вдаваясь в подробности.

– Это уже не важно, сама понимаешь.

– Так что делать будешь? Как понимаю, Лавров там на седьмом небе от счастья. А ты его прощать не собираешься?

– Да не знаю я, Ник. Запуталась совсем. Не думала я, что он будет рад ребенку. Считала, что открестится от него и исчезнет из моей жизни навсегда. А он, вот…. Совсем все наоборот воспринял.

– Блин, ты и Лавров … охр*неть… – Ника все не могла прийти в себя. – А вы умеете удивлять. Нет, я, конечно, знала, что у вас интрижка. Но не думала, что все настолько серьезно.

Наш разговор прервал звонок моего телефона.

– Слушаю, – я не посмотрела на дисплей и подняла трубку.

– Ксюш, ты где? – раздался голос Дениса.

– Не твое дело.

– Не скажешь?

– Нет.

– Хорошо, сам узнаю, – с этими словами он сбросил вызов. Вот же…

– Лавров? – спросила Ника, кивком указывая на мой телефон.

– Ага.

Мы поужинали и уже убирали со стола, когда раздался еще один звонок уже на телефон Ники.

– Привет, Лавров! – подруга подняла трубку. – Да… да… хорошо… – я слышала лишь обрывки разговора. Ника положила телефон на стол и повернулась ко мне. – Сейчас приедет.

– Блин. Ты не могла сказать, что меня тут нет?

– Не могла. Извини. Ему уже Игорь сказал, что ты у меня. Прости.

– А-а-а-а, – я со стоном уронила голову на стол.

Не знаю, с какой скоростью гнал Лавров, но через тридцать минут он уже был в доме Воковых. Зашел на кухню, поздоровался с Никой и, сжав меня в своих медвежьих объятиях, поцеловал в щеку.

– Лавров, свои лапы держи при себе, пожалуйста!

– Ксюх, ты прекрасна, – после этих слов Ника поперхнулась кофе так, что брызги полетели на столешницу. Она кинулась за полотенцем. – Ник, а у тебя есть что пожрать? Голодный, как черт.

– Пельмени будешь? Игорь уехал, а я ничего не готовила.

– Хоть слона, только накорми.

– Что, Лавров, теперь без домашних харчей страдаешь? – подколола его подруга.

– Нет, без харчей не страдаю. А вот без одной рыжеволосой упрямицы очень, – Ника сверкнула удивленным взглядом, но от комментариев воздержалась. Я молча отпивала из кружки чай и делала вид, что ничего не слышала. А если и слышала, то не ничего не поняла. – Любимая моя, ты чего надулась, как хомяк? – выдала эта скотина, смотря с хитрым прищуром. Я уставилась на него гневным взглядом, а Ника, поставив перед ним тарелку с пельменями, не выдержала.

– Ксюх, а ты чего ему подсыпала в еду? Поделишься рецептиком? Я Волкову подсыпать буду. Когда рычать начинает, самое то. Уж если на такого мудака подействовало, то на Игоря уж точно подействует.

– Это, Ник, у него крыша поехала на почве грядущего отцовства. Не обращай внимания. Надеюсь, скоро отпустит.

– Нестерова, вот все же ты сучка. Любимая, но сучка, – произнес Денис, уплетая пельмени за обе щеки.

– Так, все! Я домой, – встала из-за стола и пошла в прихожую. – Блин, где мои ключи от машины? – я точно помню, что положила их на тумбочку. Тут же раздался звон связки ключей из кухни. Вот же скотина безрогая.

– Ксюшенька, я сейчас покушаю, и мы поедем. Присядь, – с абсолютным спокойствием проговорил Денис.

– Лавров, ты совсем охренел! Отдай мне ключи, сейчас же! – на мое возмущение этот мудак просто убрал их в карман брюк и продолжил ужинать.

– Ксюш, не нервничай. Тебе нельзя. Допей пока чай, – наблюдавшая за всем этим Ника начала смеяться.

– Ксюш, похоже, без вариантов. Чаю подлить? – спросила подруга.

– Вы сговорились, что ли?!

– Ксюш, я все, доел. Можем ехать, – Лавров, отодвинув тарелку, встал из-за стола и протянул мне мои ключи. – Держи. Ник, спасибо, – как же мне хотелось его стукнуть в этот момент. Что, в общем-то, я и сделала, припечатав свой кулачок в его плечо, и не один раз.

– Как же ты меня достал, Лавров. Какая же ты сволочь, придурок, скотина безрогая, кретин, идиот последний…

– Все сказала? – он поймал мои руки, зажав их одной своей ладонью и при этом по-дурацки улыбаясь.

– Нет! Могу хоть вечность продолжать!

– Дома продолжишь, – с этими словами притянул меня к себе, перемещая руку на спину, и впился в мои губы. Все мои бряканья и мычание были полностью им проигнорированы. Удерживая второй рукой мою голову, он не давал и шанса на сопротивление. Он ласкал мои губы до тех пор, пока я не уступила. Голова шла кругом. Сердце выдало очередной кульбит и рухнуло вниз… Как же я скучала по нему… Но ему об этом знать необязательно. Поэтому, воспользовавшись моментом, я резко сделала шаг назад и влепила ему пощечину. Вылетев из кухни со скоростью метеора и не обращая внимания на Лаврова, оделась, попрощалась с Никой и вышла во двор к машине.

– Вот знаешь, Лавров, я даже не знаю: то ли и мне тебе леща отвесить в довесок, то ли пожалеть, – улыбаясь, произнесла Ника, наблюдая, как Денис обувается.

– Ник, я скорее себе руки вырву, чем еще раз позволю себе ее обидеть. Не переживай.

– Иди уже, Отелло. А то твоя Дездемона улетит и габаритами не мигнет на прощание.

Как же я была зла на него. Зла и взволнована…

– Да чтоб тебе пусто было, Лавров! – произнесла, садясь в машину. Вся эта буря эмоций, что он снова пробудил во мне, не помешала мне улыбнуться, увидев его машину в зеркало заднего вида. Немного погодя раздался звонок на телефон. Включив громкую связь, подняла трубку.

– Слушаю.

– Ксюш, будь благоразумной. Сбавь, пожалуйста, скорость, – в салоне раздался напряженный голос Дениса. Я скинула вызов, но скорость все же сбавила до 60 км/ч, наблюдая знакомую Мазду «на хвосте».

Глава 37

Утром, выйдя из подъезда, уже готовая к тому чтобы, вооружившись щеткой и варежками, очищать свою машину от снега, была приятно удивлена. Ниссан стоял чистенький, даже «дворники» были подняты, чтобы не примерзли.

Но машины Лаврова поблизости не было. Когда только он успевает все? Невозможно было не улыбнуться. На работу я приехала в отличном настроении.

– Петр Александрович, – я вошла в кабинет к начальнику, – можно на минутку?

– Конечно, проходите, Ксения Викторовна.

– Петр Александрович, я месяца через четыре уйду в декрет.