Настасья Карпинская – На грани (страница 49)

А я стою у стола, как истукан, вырванный из реальности ее словами. Беременна… ребенок… мой ребенок… Меня впервые в жизни накрыло так, что и слова выдавить из себя не мог. Эмоции смешались в таком вихре, что шестеренки в моем мозгу работали с бешеной скоростью. двенадцать недель… Наверное, я сейчас был похож на полоумного. Безумно счастливого полоумного. Но в голове, не смотря на гору эндорфинов, пульсировал один вопрос…

– Ксюш, – в несколько шагов преграждаю ей путь. – Почему раньше не сказала? Ведь не сегодня же узнала?

– А зачем, Лавров? Чтобы ты имел возможность оттащить меня на аборт? Я бы не позволила тебе. Даже если бы пришлось уехать из города, не позволила. Это, в первую очередь, мой ребенок. И я готова его защищать от всего, даже от тебя, – ее слова хуже пощечины, хуже удара.

– Неужели ты могла подумать, что я настолько ничтожен, что попрошу убить собственного ребенка?

– Я не знаю, что от тебя можно ожидать. И это уже бессмысленный разговор. Пропусти.

– Ксюх, какая же дура. Моя маленькая глупая дурочка, – я привлекаю ее к себе и сжимаю в объятиях.

– Лавров, ты охренел совсем. Отпусти меня.

– Хрена с два, Нестерова. Я тебя никуда не отпущу. Никогда.

– Между нами ничего не поменялось. Не обольщайся, – недовольно ворчит Ксюша, пытаясь освободиться из моих рук. Глупая. Моя маленькая глупая девочка. Мое рыжее наказание и мое самое большое счастье. Я выпускаю ее из своих рук лишь для того, чтобы взять ее ладони в свои. Целую каждый ее пальчик.

– Ты меня пугаешь сейчас, Денис… – напряженно произносит Ксюша, а я смеюсь от ее слов.

– Ксюх, ты даже не представляешь, что ты сделала. Девочка моя любимая …

– Лавров, ты придурок, – она пытается вырвать свои ладони из моих рук, и я замечаю, как по ее щеке скатывается слезинка. Бл*ть, я – кретин. Я снова заставил ее плакать.

– Согласен. Придурок, гад, поддонок, сволочь, – говорю, стирая ее слезы. – Но самая счастливая на свете сволочь. И все благодаря тебе. Я и на шаг не отойду от тебя, слышишь, – я повернул ее лицо к себе, смотрю в ее глаза. – Никуда не уйду, даже если придется спать у твоей двери каждую ночь. Можешь спускать меня с лестницы по несколько раз в день. Можешь бить, кричать и орать матом. На здоровье. Пофигу. Я не уйду никуда. Можешь пытаться сбежать, я найду. Верх дном все перерою, но найду. Я люблю тебя, Ксюх. Да, я слишком поздно это понял, но я жить нормально не могу без тебя, дышать не могу. Я поступил, как еб*нутый мудак, не разобравшись. Я каждый божий день себя ненавижу за это. Ксюх, а сейчас….

– Отпусти меня, – она сделала шаг в сторону дивана.

– Ксюш…

– Лавров, меня тошнит, придурок. Дай мне воды, – она присев расстегнула шубку, и откинулась на спинку дивана. Плеснул в стакан воды из графина и протянул ей. Ксюша сделала пару глотков и отставила бокал в сторону.

– За двенадцать недель ни разу не мутило. Это ты виноват.

– Конечно, я. И что снег идет на улице, тоже я виноват. Как пожелаешь, – я присел перед ней, снова взяв ее ладони в свои руки и покрывая ее запястья поцелуями.

– Кретин.

– Согласен.

– Боже. Как чувствовала, не надо было ничего тебе говорить.

– Ксюх, ты такая красивая.

– А-а-а-а, – она закатила глаза. – Ненавижу тебя.

– На здоровье. Я не против.

– У тебя мозг расплавился?

– От счастья.

– Ой, придурок. Все, я пошла. Мне домой надо, – она поднялась с дивана и направилась к выходу.

– Я отвезу тебя.

– Лавров, я на машине. Отстань. Просто отвали. Андестенд? Ты меня понимать? – Нестерова даже помахала перед моим лицом рукой, проверяя, насколько хорошо я ее расслышал.

– Будь аккуратна за рулем, пожалуйста, – в ответ я лишь услышал сдавленный стон и что-то похожее на «идиот».

Да, я идиот. Но самый счастливый на свете идиот. Проведя рукой по волосам, взлохматив их, я расхаживал по кабинету, улыбаясь, как душевно больной. Но мне было на это плевать.

Глубоко фиолетово на то, что могли обо мне подумать другие. Плевать на все, что было до нее. Срать на весь этот хреновый мир, потому что ничего больше не имело для меня значения. Важны были только они – Ксюша и наш ребенок.

Глава 36

Уже прошло больше получаса после ухода Ксюши я все еще не мог прийти в себя. Сидел оглушенный и улыбался, как дебил. Не было ни сил, ни желания возвращаться к делам. Но звонок телефона напомнил, что вернуться все же стоит.

– Добрый день, Денис Анатольевич! – раздался голос Валентины, риэлтора, к которому я обратился со своим вопросом. – Та квартира, что вам понравилась, на Вельского, освободится на днях. Можете подъехать, подписать все документы.

– Замечательно. Через двадцать минут буду. Что там с продажей моей квартиры?

– Сегодня вечером еще два просмотра будет. Как только найдется покупатель, я вам сообщу.

– Хорошо, – я положил трубку. Готовься, Ксюша. Будем жить по соседству. Я купил квартиру в ее районе: большую, просторную, светлую в новом, недавно отстроенном доме.

– Денис, там Семенов пришел. Снова его контракт не устраивает. За*бал в корень, – Вадим прошел в мой кабинет и устало развалился в кресле.

– Нах*й пошли его, – посоветовал я другу, а сам начал собираться.

– В смысле? Мы этого контракта полгода ждали. Сказал, если его пункты не добавим, то он у Трубина закажет поставку, – сейчас это меня волновало в самую последнюю очередь. Я метался по кабинету в поисках ключей от машины.

– Да пусть хоть в тридевятое царство гусей кормить идет, по-х*й.

– Так что ему сказать?

– Так и скажи. Можешь слово в слово передать и сказать, что от меня. Бл*ть, да где ключи от машины?

– На столе лежат, – ответил Вадим, приподняв бровь.

– Вади-ик, сегодня ох**нный день, а все остальные пусть пизд**т лесом темным, – ответил я, подхватывая ключи.

– Псих ненормальный, – раздалось мне в спину, когда я покидал свой кабинет. Псих, а кто спорит?

Подписав все необходимые документы, я отправился к Ксюше. Но ни света в ее окнах, ни машины у дома не оказалось.

– Ксюш, ты где? – к моему удивлению Нестерова подняла трубку почти сразу.

– Не твое дело.

– Не скажешь?

– Нет.

– Хорошо, сам узнаю, – ой, с*чка вредная. Прокатившись до ее матери, синего Ниссана на парковке у дома тоже не увидел. Набрал Игоря.

– Привет! Ксюха не у вас?

– Привет! Ну, у нас или нет, я точно не знаю. Ника говорила, что они вроде планировали встретиться сегодня. Я на объекте, не дома.

– Ясно, понял.

– Опять свою рыжую потерял?

– Ага, – положив трубку, тут же набрал Нику.

– Привет! Ксюха у тебя?

– Привет, Лавров! Да, – нагло протянула уже-Волкова.

– Она рядом сейчас? И слышит нас разговор?

– Да.

– Можешь сделать так, чтобы она не сбежала до моего приезда?

– Хорошо.

– Скоро буду.