Наре Абгарян – Падшие: Грань Забвения (страница 8)

– Идиот! – выдохнул Дэмиен, и неизвестно кому было адресовано это оскорбление: Асмодею за излишнюю прямоту или себе, за вспыльчивость.

– А вот оскорблять не стоит, мой дорогой! – Асмодей театрально раскланялся, – Ну-с, самую ответственную работу я выполнил, Дэмиен, осталось дело за малым. Я удаляюсь.

Гнев, отрицание, торг, а уж потом принятие… Или нет

Асмодей исчез так же внезапно, как появился, оставив Дэмиена расхлебывать заваренную им кашу.

А Дэмиен, а что Дэмиен? Он, вернувшись в человеческое обличие отошел к стене, где сидел до прихода демона и сел, не обронив ни слова.

– Так и будем делать вид, что ничего не было? – не выдержала Талина.

– Ну, а что ты предлагаешь, – Дэмиен закатил глаза и перевел меланхоличный взгляд на нее.

– Возможно, ты удивишься, – в тон ему ответила девушка, – Но мне, и наверное всем здесь, хотелось бы услышать объяснения.

– Дорогуша, – вздохнул Дэмиен, – Возможно, ты удивишься еще больше, но я нЕ НАНИМАЛСЯ ВАМ РАБОТНИКОМ КОЛЛ-ЦЕНТРА!!! – убедившись, что произвел впечатление, демон продолжил, – Так жаждешь объяснений, подожди немного. По-любому скоро сюда явится разъяренный до предела герцог Сатанакия. Вот у него и спросишь все, что душе угодно.

– Нет! Это какой-то розыгрыш! – не унималась девушка, – С навороченными спецэффектами и все такое. Где-то тут должна быть камера.

Демон на это громко засмеялся.

– Талина, – начал он, – Ты ведь Талина? – девушка кивнула, – Это не розыгрыш, и тем более, в Аду не может быть камеры. К тому же, здесь сигнал плохой, просто ужасный. Однажды я притащил сюда телефон, но увы, не смог пользоваться.

Взгляд девушки напротив потупился.

– О-о, да брось! Вам же всем с детства твердят, что нельзя делать плохие вещи, а то умрете и попадете в Ад, на вечные муки. Вы все так искренне удивляетесь, я не могу с вас…

С каждым словом демона, глаза его наливались кровью, просвечивали клыки и в целом, демоническая сущность отображалась на лице.

– Взгляни на мое лицо! Тоже спецэффекты? – он склонил голову в бок, – Хм, не думаю! – демон тряхнул плечами, расправив крылья, – Тоже спецэффекты? Не-а… Вы все! – он повернулся к остальным, – Смиритесь с тем, что мертвы! – взгляд вновь устремился к Талине, – Кстати, скажи мне, дочь моя, – демон издал нервный смешок, – Какой твой грех? Хотя стой! Не говори! – он отпустил руку, которую в какой-то момент успел схватить, – Этого и добивается мой дед! Я не собираюсь больше идти у него на поводу. Мне абсолютно до фени, что вы сделали и за что оказались тут! – парень глубоко вдохнул и спрятал крылья, – Да, я и правда проводник душ! Вернее, я помощник проводника и заместитель, по наставлению своего деда, герцога Сатанакия. И я действительно могу залезть к вам в голову и выудить все ваши грехи. НО мы с дедом, как бы вам сказать, не в ладах, – возникало ощущение, что Дэмиен выступает на очередной встрече клуба анонимных кого-то там, – Поэтому, вам, как приятный бонус, выдается отсрочка! Пока за мной не заявится мой дед, или еще хуже, Махаллат, можете быть спокойны. Считайте меня таким же «заложником», как и вы. Я не собираюсь причинять вам вред, хотя в вашем положении, боюсь, хуже уже не будет.

Девушка осталась стоять столбом, когда демон отошел на свое излюбленное место и сел опершись о стену. Вся его поза говорила, что он не намерен более общаться с кем бы то ни было. Парень облокотился на согнутые в коленях ноги и, зарывшись пальцами в густые, черные волосы, закрыл лицо. Не хотелось думать ни о чем, пускай эти люди переваривают информация, осознают ее, принимают, короче проходят через все эти стадии и оставят его в покое. Как же хотелось вернуться… А еще больше хотелось покурить, ощутить горьковатый привкус сигаретного дыма, растекающегося внутри, окутывающего легкие, выдохнуть колечко дыма и затянуться снова… Но увы, стервятники деда вытрясли из его карманов все что было, до последней сигаретки.

Оставалось восстанавливать в памяти это несравнимое чувство и довольствоваться этим.

А тем временем остальные находившиеся в помещении силились понять, а главное принять тот факт, что все они мертвы, насколько бы это не было сложно.

Оставался один вопрос: вопрос Дэмиена, который, если захочет, отправит их всех в самое пекло. Правда никто не знал, как демон это сделает, но все по какой-то причине даже и не сомневались в этом.

– Я не верю… – прервала затянувшееся молчание Лунара, – Это что, конец?

– Похоже, что он лжет? – указав головой на Дэмиена, спросила Талина. Когда как девушки тихо лили слезы, не желая признавать смерть, парни вели себя более рассудительно и холодно. А до Нану только дошло, что она отправиться в Ад, так и не вспомнив ни себя ни своих друзей, ни жизнь которую прожила…

– НЕТ! – вскрикнула она так, что даже Дэмиен в дальнем углу вскинул голову.

– Что-о случилось? Наконец-то дошло?! – проигнорировав саркастический настрой демона, девушка резко встала и подошла к нему, – Чем могу, дорог..ая? – почему-то демон воздержался от использования прошлого обращения.

– Ты сказал, что можешь залезть в голову к нам всем, – голос дрожал, выдавая страх, но взгляд был полон решительности.

– Все так! – ухмыльнулся парень.

– Я говорила, что потеряла память, и…

– Ну слушай, об этом тебе надо было раньше думать! Не думаю, что в Аду тебе понадобиться память.

– Нет, ты не понял!

– Во всяком случае, – перебил ее демон, – Я ничем не смогу тебе помочь! Воспоминания не мой профиль. Вот герцог Мельхом, возможно, смог бы чем-нибудь подсобить. А я, увы…

– Ты не поможешь мне вернуть память?

– Нет! – ответил парень, – Я не компетентен, да и если бы даже был…, – он взглянул на девушку, и пожалел. По щекам без остановки текли слезы, а саму ее била дрожь. Она была в шаге от истерики, – Цербер…, – парень поднялся, – Послушай! Успокойся, ладно, не нужны тебе эти воспоминания.

– Но я не помню ничего, я себя даже не помню.

– Странно, – за всю практику проводника, Дэмиен не встречал таких случаев. Да еще и эти воспоминания цветные.

Девушка уже вовсю рыдала, а молчавшие и следившие за происходящим люди вдруг оживились. Веко подойдя ближе, обнял подругу в попытке успокоить и увел подальше. К ним подошла Лунара. Дэмиен устало потер переносицу и сел на место.

Остальные же разделились на два лагеря: одни были уверены, что Дэмиен для них опасен, а другие твердили, что раз они все мертвы и в конечном счете попадут-таки в Ад, Дэмиен последний, кого стоит бояться. Во вторую группу входили непосредственно Нану с друзьями и Иви. Ее позицию все узнали, когда она захотела подойти и пообщаться с Дэмиеном после случившегося с Нану. Ее тут же начал отговаривать Адан, твердя, что парень один из них и точно что-то задумал, что не стоит ему вообще доверять и все в это духе. Его поддержали остальные, кроме Адриана. Последний придерживался нейтралитета. Разразился крупный спор, очевидцем чего был и сам Дэмиен. Его весьма удивила их реакция, и вообще сегодня его много чего удивляет. Что-то было не так, но что именно парень понять не мог, как бы не старался. Да и кого винить в сложившейся ситуации понять тоже было сложно.

Веко

Каждый встречает рассвет по-разному. Кто-то встает до восхода солнца и встречает первые солнечные лучи по дороге на работу. Кто-то с восходом только-только возвращается домой, а кто-то всю ночь доделывал проект по биологии и так и не заметил, как к нему медленно подкрались самые первые и самые яркие солнечные зайчики. Но все мы, хоть раз в жизни были-таки разбужены тем самым, нахальным лучиком, единственным, преодолевшим преграду, в виде ночных штор или жалюзи и, самым бесцеремонным образом, попавшим прямо в лицо.

Веко мирно сопел на своей кровати раскинувшись в форме звездочки, когда был застигнут врасплох надоедливым лучом только-только взошедшего солнца. Кровать располагалась напротив окна и лучик, не встретив на своем пути никаких препятствий, благополучно попал бедному прямо на глаза. Парень лежал на спине, свесив левую ногу с кровати, а правую руку закинув за голову. Просыпаться не было никакого желания, кроме того уснул он вчера очень поздно, можно сказать он уснул уже сегодня. Но вернуться в объятья Морфея уже не получится; раздосадованный таким стечением обстоятельств, парень еще крепче зажмурился и сморщил нос. Подумав, что оставить окно открытым на ночь было плохой идее, он вяло приподнялся на локтях и перевернувшись, плюхнулся на живот. На прикроватной тумбе завибрировал телефон, но было принято решение игнорировать надоедливый девайс – еще слишком рано для телефонных разговоров. Спустя каких-то полчаса, уже вся комната была пропитана солнцем; маленькие солнечные зайчики прыгали из угла в угол, заливая все пространство светом и теплом. Веко улыбнулся, про себя отметив, что сегодня погода солнечная, следовательно, сегодня он наконец закончит скульптуру.

Да, Веко – человек искусства, творец, скульптор. С самого детства он чувствовал свою связь с творчеством, но никак не мог поймать стезю. Успел опробовать себя в роли художника – три года художественной школы не прошли даром, ведь сейчас он знает пропорции человеческого тела и у него весьма неплохо получаются карикатурные человечки. Танцора – от стрит-дэнса до балета; он теперь может станцевать под любой ритм и стал королем вечеринок. Музыканта – игра на гитаре впечатляет, но все же не то. И вот, после десятка лет поисков себя и своего предназначения, парень наконец нашел то, что действительно вдохновляет его и заставляет вставать по утрам – лепка. Лепка из глины, пластилина, воска – из чего угодно. Лепить можно что угодно и это дает огромный простор воображению, дает свободу мысли и вдохновению. Именно это привлекло внимание юноши, когда силы были на исходе и он был в растерянности. Невероятно тяжело быть в постоянном поиске себя, постоянно желать расправить крылья и взлететь, поддавшись лишь порыву ветра, но осознавать, что заперт в клетке. Понимать, что не желал ничего так искренне и неистово – это бежать, очень долго, но никак не достигать цели, биться об стену головой от осознания безысходности. И глина стала спасательным кругом, вытянувшим тонущего в болоте этой самой безысходности парня.