Наоми Новик – Последний выпуск (страница 63)

– Назад! Все назад! Освободите место перед воротами!

От толпы отделилась компания мастеров – они тащили несколько больших квадратных приспособлений, которые я раньше не видела; из них вылетали тонкие разноцветные ленты, которые падали наземь, прилипали и начинали светиться, как взлетная полоса. Перекрещиваясь, они делили пол на маленькие сектора разных цветов, помеченные номерами, которые Лизель присвоила разным командам. Все тут же разбежались по местам.

Алхимики рисовали полосы пошире там, где должна была выстроиться очередь, насыщая их защитными заклинаниями и возводя блестящие магические стены. Цзы-Сюань со своей командой проверял провода, спущенные с потолка, испытывал микрофон и убеждался, что из массивного первого динамика, висящего перед воротами, исправно идет звук. Еще одна группа возилась с огромной баррикадой вокруг второй шахты – той, что вела вниз, – и Орион стоял там, беззаботно вращая в руке магический меч.

Он поднял голову, увидел, что я за ним наблюдаю, и так радостно улыбнулся, что мне тут же захотелось подбежать и дать ему в нос, ну или поцеловать его напоследок, но, прежде чем я успела определиться, Моя Прелесть выглянула из защитного кармашка и настойчиво пискнула. Я обернулась и увидела, что Аадхья и Лю энергично машут мне с платформы у ворот. Там установили большую колонку. Лю что-то говорила своему фамильяру Сяо Циню, сидевшему в кармашке у нее на груди. Вероятно, «вели Моей Прелести подозвать сюда свою дуру-хозяйку».

Я подбежала к ним, огибая ребят, которые носились по залу во всех направлениях, и, как только я достигла платформы, тело включилось само собой, и мы принялись за дело, точно так же, как делали это неделю за неделей. Аадхья быстро настроила лютню, мы с Лю вместе пропели несколько гамм. Хлоя присоединилась к нам с тремя заранее приготовленными флаконами в маленькой шкатулке, выстланной бархатом; я распевалась, а она составляла в маленькой серебряной чашке зелье, помешивая его тонкой алмазной палочкой, которая светилась от маны. Хлоя подала мне блестящую розовую жидкость. Я дважды прополоскала ею горло и проглотила, и тут же трахея перестала судорожно сжиматься, а легкие наполнились воздухом, словно его накачали мехами. Я взяла еще несколько нот – они эхом разлетелись по залу, зловеще звеня, и все шарахнулись от платформы. Вот и хорошо – на тот случай, если кто-то думал в последнюю минуту ринуться к воротам.

– Готова? – спросила я у Лю.

Та кивнула, и мы вместе шагнули к динамику. Аадхья и Хлоя торопливо заняли свои места в очереди; остальные уже были там. Я сделала глубокий вдох и запела, как только Лю сыграла вступительные аккорды.

И тут же я страшно обрадовалась тому, что мы потратили столько времени на репетиции: до сих пор я не сознавала, что мы не будем слышать сами себя. Динамики забирали звук, полностью его поглощали и несли по многокилометровому кабелю, растянутому по всей школе.

Конечно, именно этого мы и хотели – если бы песня явственно исходила от меня, злыдни никуда не пошли бы, они сразу бросились бы ко мне. Нам было нужно, чтобы звук доносился из динамика, стоявшего прямо у входа, и заставлял злыдней следовать за ним по цепочке, чтобы они заполонили школу и, сделав круг, вернулись к воротам, которые охранял Орион. К счастью, слова намертво запечатлелись у меня в мозгу, в горле, в легких, потому что иначе я бы сбилась и спутала заклинание, как только первые ноты, пропетые мной, наконец раздались из динамика, установленного перед воротами.

Младшие заорали, когда личинки злыдней посыпались с потолка и полезли из трещин и из-под куч мусора, следуя волнующему призыву. Но настоящие крики ужаса раздались, когда сдвинулась одна из панелей в полу и из отверстия выглянул дряхлого вида пожиратель, расправляя длинные тонкие руки. Этой твари, наверно, было лет двести, не меньше; скрипучее дерево и древние, испачканные кровью железные шестеренки держались вместе благодаря комкам плоти. Вероятно, чудовище таилось здесь, пожирая учеников и злыдней, с тех пор как открылась школа.

Пожиратель вылез неподалеку от головы очереди, прямо посреди толпы младшеклассников. Но паника и беготня не успели толком начаться, потому что пожиратель ни на кого не обратил внимания – он устремил дюжину глаз на цепочку динамиков, свисавших с потолка, и бодро пополз вдоль нее. Вероятно, он бы спустился в шахту и углубился в недра школы, но шанса ему не дали – Орион набросился на него и нанес удар, прежде чем пожиратель успел пересечь половину зала.

Вновь послышались вопли, но это просто кричали те, кого забрызгало; и тут же их заглушили другие голоса, гораздо более многочисленные – ребята кричали, указывали пальцами и ахали. Ворота у меня за спиной приоткрылись. Заклинание забрезжило, как свет на дне бассейна, послышался легкий электрический треск, по полу протянулись тонкие щупальца дыма, словно нас посетил зловещий мистик. Я перестала злиться на Мирт – мне и самой больше всего хотелось повернуться и выбежать за ворота. Я зажала уши руками и продолжала беззвучно петь, сосредоточившись на знакомых движениях связок.

Прежде чем ворота успели полностью открыться, Лизель крикнула: «Первая группа!» Трое ребят – младшеклассники из Парижа – взбежали по ступенькам, держась за руки, и исчезли из виду. Все тихонько вздохнули и подались вперед – и тут же вновь отпрянули, когда из-за ворот в зал впрыгнул церберон, бешено мотая головами (интересно, что он забыл в Париже). Боковые головы попытались кого-нибудь укусить, однако зубы лязгнули по защитной магической стене, возведенной алхимиками. Средняя голова и туловище, казалось, не обращали внимания ни на что, кроме кабеля с динамиками. Тварь бежала так быстро, что Орион не успел ее достать – она прыгнула в шахту и исчезла.

Но это было неважно, потому что явились новые злыдни, целая толпа – с них капало, и на полу оставались вонючие следы. Нельзя установить портал там, где его могут увидеть зауряды; если они тебя заметят, в школу ты не попадешь. Шоломанча не станет тратить безумное количество маны, чтобы открыть дверь в присутствии зауряда, не верящего своим глазам. А значит, порталы приходится устраивать в неприятных укромных местах, где, как вы понимаете, толкутся голодные злыдни. Они не рискнут напасть на группу опытных взрослых волшебников, но им очень хочется просочиться в школу.

Все это, конечно, было частью плана, но до сих пор я, честно говоря, сомневалась, что он сработает. Однако он работал. Целая сотня злыдней уже пролезла внутрь, когда Лизель крикнула: «Вторая группа!» – и одинокий младшеклассник из какого-то австралийского захолустья, побежал к воротам. Парню пришлось миновать ворота прыжком, чтобы перемахнуть через поток живых костей, которые гремели себе по полу, даже не удосуживаясь собраться в скелеты.

Как только он ушел, в зал проникла огромная собака динго – очевидно, она охраняла портал, поскольку на ней был магический ошейник. Зачарованные животные – довольно опасная тактика защиты от злыдней. Большая часть шерсти со зверюги слезла, так что были видны клубившиеся внутри пары; вряд ли родителям младшеклассника удалось бы держать ее под контролем дольше трех лет. Но в помощи они явно нуждались: целая орда пятнистых красных грельпауков хлынула следом за собакой; лязгая когтями по мраморному полу, они заспешили вдоль цепочки динамиков. По пути они нагнали одну из парижских хищных кошек и сожрали ее, не останавливаясь. Остался пустой меховой мешок с костями, который тут же раздавила в лепешку радрига, ввалившаяся в зал, после того как за ворота выскочили двое ребят из Панамы.

Лучшие математики школы рассчитали порядок отбытия, чтобы максимально увеличить приток злыдней в школу. Когда я в первый и последний раз попросила объяснений, на меня вывалили груду непонятных графиков и схем, но основную мысль я уловила: все возвращались врассыпную, в самые разные точки мира – главное, чтоб две следующих друг за другом точки были максимально удалены друг от друга. Не знаю, как мастерам удавалось удерживать порталы открытыми, но они своего добились: характерные австралийские злыдни продолжали поступать полторы минуты.

Все шло по плану. Мне казалось, что я могу петь, не замолкая, целую неделю. Я больше не слышала музыку даже с отсрочкой – все заглушал ревущий поток прибывающих злыдней, но мана втекала в меня и вытекала, вливаясь в заклинания. Моя песнь должна была служить призывом, соблазнительным приглашением – придите, о, пожалуйста, придите, вас ожидает пир – но я не желала просто держать открытой гостеприимно распахнутую дверь. Я хотела собрать всех злыдней на свете – и не то чтобы я сознательно начала петь что-то другое, но, когда процесс пошел как следует, заклинание, которого я не слышала, как будто зазвучало жестче, превратившись в моих устах в неумолимый приказ: «Идите сюда, идите вы все». То ли я изменила слова, то ли вообще стала петь без слов, но злыдни откликнулись – появлялось все больше и больше тварей, сплошной поток тел струился в школу. Орион уже даже не сражался с ними – он лишь время от времени тыкал мечом или швырял огнем в сплошную массу злыдней, и они валились мертвыми. Остальные упорно бежали вдоль линии динамиков и ныряли в шахту.