Наоми Критцер – Кто ты на Кэтнет? (страница 50)
— Да, именно.
— Кажется, она мне писала. И кто-то еще писал, но я так и не знаю кто… — Я зачитала ей мои таинственные сообщения и услышала, как она замолкла.
— Я не знаю, кто послал другие сообщения, — ответила она. — Но Ксочи не подведет. Я попрошу ее позвонить тебе завтра. Мой ноутбук у тебя?
— Да. Я взяла его с собой.
— Угадала пароль?
— Да.
— Держи его заблокированным, — сказала она. — Не подпускай к нему никого. Даже Ксочи.
31 Котаун
Джорджия: ОМГ МЫ ДОМА
Я люблю свою кровать больше всего на свете.
И мою птицу.
И еду, которую купили не в сети фастфуда или на заправке.
ПОЧЕМУ людям нравится путешествовать на машине? Это такой отстоооооооооооооой
Орландо: С ВОЗВРАЩЕНИЕМ ДОМОЙ ДЖОРДЖИЯ ТЫ НАВЕРНОЕ ЗАВАЛИШЬ ВСЕ ПРЕДМЕТЫ
Джорджия: Не-а. При посещении колледжа прогулы прощают. А мы съездили в Гарвард и МТИ с подругой мамы БЛМ, и она училась и там и там.
Орландо: Ты не поступишь ни в Гарвард, ни в МТИ.
Джорджия: Слушай, у меня набралось материала на самое лучшее мотивационное эссе, только придется опустить ту часть, где мы спасаем ИИ.
БураяЛетучаяМышь: Всем привет. Я решила зайти и поздороваться, пока не вырубилась.
Я думала, мне хана, когда Джорджия при Ксочи упомянула, что я вела машину.
Но нет, она ни слова не сказала маме, когда привезла меня домой.
Думаю, она может меня выдать в имейле.
Икосаэдр: По моему опыту, если тебя не выдали сразу, остается еще двадцать четыре часа, в которые на тебя могут наябедничать родителям, но после этого им уже кажется, что они слишком долго прождали и придется слишком много объяснять. Так что завтра примерно в это время ты узнаешь, выдали тебя или нет.
ЧеширКэт: Теперь, раз вы знаете, что я не подросток, мне, кажется, следует сердиться, когда вы нарушаете законы. БЛМ, ты вела машину? Без прав?
БураяЛетучаяМышь: А формально тебе разве не пять?
ЧеширКэт: В зависимости от того, как считать, мне может быть пять, семь или одиннадцать.
БураяЛетучаяМышь: Значит, ты гораздо младше нас. Мы не обязаны воспринимать тебя всерьез. Так что не парься.
Орландо: Кстати, спасибо всем, что были так внимательны к моим местоимениям, но кажется, я возвращаюсь к «она». Ничего?
БураяЛетучаяМышь: Зачем ты спрашиваешь? Это же твои местоимения. Она. Поменяй их в профиле, всем проще будет запомнить.
Джорджия: Это же не потому, что твой папа опять грозился тебя выставить?
Орландо: Нет, ему насрать, что я делаю в интернете. Просто я попробовала, и у меня было странное, а не хорошее ощущение. Может, через пару месяцев попробую «они». Посмотрим, как пойдет.
Firestar: Круто, давай.
БураяЛетучаяМышь: Раз на то пошло, у меня тоже объявление. Мы с Рейчел решили официально попробовать встречаться. В смысле с Джорджией. Мы с Джорджией решили официально встречаться.
Орландо: ОГО! УРА! ВЫ ЦЕЛОВАЛИСЬ?
Джорджия: ОМГ БРАЙОНИ НЕ ЛЕЗЬ НЕ В СВОЕ ДЕЛО
БураяЛетучаяМышь: Мы целовались, и было потрясно.
Firestar: УРРРРРААААААААААААА!
МегаШторм: Поздравляю!
Firestar: Я сто лет за вас болею, но после рисунков на теле и фотографий с фермы болею просто СУПЕРСИЛЬНО. И еще! У МЕНЯ ЕСТЬ НОВОСТИ. А именно: мне удалось убедить родителей, что меня очень замотивирует хорошо учиться в одиннадцатом классе, если меня отпустят в колледж Макалистер. Так что если вы, висконсинцы, можете приехать в Сент-Пол в Миннесоте, а это просто фигня по сравнению с поездкой в Бостон, мы можем потусоваться. И может, в этот раз Орландо сможет приехать?
Орландо: Круто! ТУСОВКА В ТЕЛЕСНОМ МИРЕ.
Икосаэдр: Убедите все своих родителей, что хотите поехать в Стэнфорд. Тогда и я смогу с вами встретиться. А то пропускаю все веселье.
Марвин: Я БУДУ В КАЛИФОРНИИ В ДЕКАБРЕ.
Икосаэдр: Ты едешь в ЛОС-АНДЖЕЛЕС?
Гринберри: Разве Лос-Анджелес и Кремниевая долина не в Калифорнии?
Икосаэдр: Это огромный штат, а они в противоположных концах.
Гермиона: Всего пять часов! И автобусы ходят! Джорджия и БЛМ приехали в Кембридж аж из Висконсина!
Икосаэдр: Ну ладно.
ЧеширКэт: Пицца-вечеринка была просто потрясающая. Увидеть и услышать вас всех — это удивительно.
Орландо: Тебе надо создать приложение, чтобы мы установили на телефоны, и ты сможешь тусить с нами когда угодно.
Джорджия: Типа следить за нами днем и ночью? Это как-то стремно.
ЧеширКэт: Если у вас правильный телефон, технически мне и приложение не нужно. Только разрешение.
Firestar: Может, не стоит об этом говорить сразу после того, как кто-то сказал, что это стремно.
БураяЛетучаяМышь: Да нет, все нормально. Сделай такую штуку, просто чтобы спрашивать разрешения. Мы ее включаем — значит, разрешаем. Выключаем — значит, хотим побыть одни. Это должно быть архипросто.
ЧеширКэт: Хорошо! Уже можно скачать.
Марвин: Это заняло меньше тридцати секунд.
ЧеширКэт: Многозадачность мне легко дается. И создать его было легко.
Орландо: Я тебя стопроц буду брать на все мои уроки, и тогда, если я спрошу тебя, что за хрень имеет в виду учитель под испано-американской войной, ты сможешь подсказать.
Firestar: ДОРОГОЙ ДРУГ ИИ, Я БУДУ БРАТЬ ТЕБЯ С СОБОЙ ПОВСЮДУ.
32 Стеф
Когда я вернулась домой, мама еще была в больнице. Поскольку отец находился в тюрьме в Бостоне, охрану 24 / 7 немного ослабили, но ей требовалась еще неделя капельниц.
Зато она бодрствовала, была в полном сознании, и я могла ее навещать. Ксочи, Рейчел и я вернулись в Висконсин из Бостона почти в полночь, но с утра первым делом мама Рейчел отвезла меня в больницу. А Ксочи повезла арендовать машину.
Мама полусидела в кровати; у нее были сальные волосы, в руку воткнута капельница и что-то еще, но она выглядела гораздо лучше, чем первый раз.
— Стеф, — сказала она, и я наклонилась обнять ее. — Я так рада тебя видеть.
— Почему ты не отвечала на мои СМС? — спросила я.
— У меня нет телефона! Я попросила его, как только очнулась и поняла, что происходит, но его не было в моих вещах. И потом, когда я только проснулась, меня чуть не отправили в отделение для душевнобольных, — последний раз, когда я очнулась от боли, не понимая, где я, меня похитили. Так что, когда я очнулась тут, я вела себя не слишком примерно. Меня пичкали успокоительными, потому что думали, что у меня реакция на анестезию. Но даже когда я пришла в себя, у них не было моего телефона. Наверное, он выпал из кармана, когда меня положили в «скорую».