Нани Кроноцкая – Ласковый Май (страница 3)
Он прав. Приведя его в дом накануне, я рисковала. Один на один с незнакомцем в пустом доме. Даже сильные маги в постели теряют своё главное оружие, пусть и на мгновения, но становясь слабыми и беззащитными. Это все знают. Об этом я предпочла этой ночью забыть. Если бы он хотел сделать что-то дурное, возможностей вчера было достаточно. Эта мысль странным образом успокоила. Страх отступил. Но не все остальное. Тихий голос мужчины творил со мной жуткие вещи. Он словно бы поднимал со дна тёмного омута вязкую взвесь совершенно животных желаний и чувств.
– Ты приворожил меня… – прошептала, не сводя с него взгляд. Похоже, мой бой с ведуном был проигран ещё до начала большого сражения.
– А скажите-ка мне, артефактор Шарлотта Моин, – ещё шаг, и я ощущала всей кожей тепло сильного тела. Молодой, возбуждённый мужчина. Его острый запах пьянил, кружил голову, – разве может носитель ведической силы приворожить мага земли? Задачка для первого уровня обучения в Академии.
И горячие пальцы коснулись вдруг моего подбородка, настойчиво поднимая навстречу пепельно-серому взгляду мое полыхнувшее краской лицо. Я смотрела в глаза своей скорой погибели. Я понимала, какую сейчас совершаю ошибку. И всё равно потянулась за лаской, потёршись щекой о мужскую ладонь, немедленно получив в ответ нежное прикосновение большим пальцем по самому краю губы.
– Откуда мне знать?
С огромным трудом удержалась и ртом не поймала его. Мне ужасно хотелось.
– Нет, не может, – приподняв кончики губ и так обозначив улыбку, ведун отстранился и бережно подхватил мою руку. – О! Да ты совершенно продрогла! – погладив ладонь больши́м пальцем, он неожиданно поднёс её к губам и, не сводя с меня взгляда, медленно поцеловал тыльную сторону запястья.
Короткое, влажное прикосновение, и я дрогнула, ошарашено понимая, что ничего более чувственного не ощущала ещё никогда. Вторая мужская рука уже отпустила мой подбородок и ловко расстёгивала пуговицы пальто.
Мне почему-то казалось, что вместе с его тёплым покровом с меня осторожно снимают накопившуюся за последние годы тяжесть усталости, непомерный груз острых разочарований и бремя проблем.
– Ты заплатила вчера за такси и дважды накормила несчастного путника, – теперь он уже широко улыбнулся. – Кажется, я – твой должник.
– Взломал мою дверь ты только ради этого? – окончательно сдавшись, я позволила ему усадить себя в старое кресло.
Он всё равно уже здесь, и признаться, я этому рада. Страх окончательно отступил, уступив место какой-то растерянной радости. Неужели мне, наконец, повезло, и я подцепила наследника Кимберли? Совершенно случайно поймала того единственного, кто мог бы…
Кто присел возле кресла на корточки и с подчеркнуто-сосредоточенным видом расшнуровывал мою высокую (и грязную!) обувь.
– Весь этот год я пытался добиться аудиенции у одной весьма занятой дамы… – задумчиво проговорил вдруг ведун, аккуратно отставив ботинок и тут же взявшись за второй. – Я писал даме письма, пытался назначать ей встречи, – с видом ценителя женских лодыжек он потянул за завязку шнурка и вздохнул. – Я присылал ей подарки с намёком, цветы… – Ботинок послушно открыл свою тёмную пасть, выпуская мою холодную ногу прямо в тёплые руки мужчины. Он замер, словно о чём-то раздумывая, потом осторожно погладил стопу, и волна его согревающей магии мягко скользнула по пальцам и выше. По щиколоткам, под колени и нырнула под юбку, погладила спину, окутала плечи. – Представляешь, мне даже пришлось сфотографироваться для благотворительного календаря с “Самыми перспективными холостяками”!
Я купалась в тепле его магии и со всё возрастающим недоумением смотрела на сидевшего у моих ног молодого мужчину. Цветы? Что-то такое я помнила. Были цветы. Но я почему-то решила, что посыльный ошибся, и вытолкнула его на крыльцо, посоветовав обратиться в дом напротив, к ведунье Олейле. У её сквера вечно крутились поклонники.
Письма? Подарки? Почту я не проверяла давно… Вот уже год, как я не принимала сторонних заказов. К счастью, наследства, полученного от покойного мужа, мне хватит ещё на пять жизней вперёд.
Вот календарь – да. Его я прекрасно запомнила.
– Пришлось мне отбрасывать ложную скромность и похищать тебя прямо с вечера в чёртовой Гильдии Артефакторов, – Мей опять широко улыбнулся, но в его улыбке я заметила тень тревоги.
– Так, ты соблазнил меня, чтобы…
– О, нет! – отставляя ботинки с ковра, ведун вдруг стремительно встал и подхватил меня на руки. – Извини, дорогая Шарли, но тут ты не права. – Мир вокруг меня совершил быстрый кульбит. В возникшем вдруг водовороте, ища точку опоры, я схватилась руками за шею мужчины. – Это ты меня соблазнила.
Глава 6. Глинтвейн
Что я творю? Сидя на собственной кухне в компании Мея, пью
Но глаза его совершенно серьёзны.
За дубовым столом словно сидят четыре разных человека. Два взрослых мага, напряжённо раздумывающих о возможных последствиях грядущего разговора и опасливо подбирающих каждое слово, и два пьяных подростка.
Я так точно себя ощущаю влюблённой девицей. Восемнадцатилетней героиней бульварных романов. Той самой простушкой, которую соблазнит злой герой.
Что чувствует Мей? Из-под маски лукавого соблазнителя и покорителя женских сердец на меня напряжённо смотрел кто-то смутно знакомый. Это должно было насторожить. Меня, умную, прагматичную, осмотрительную Шарлотту. Но её не желала услышать Шарли, опьянённая пряным напитком и горячими взглядами молодого мужчины.
– Так зачем ты искал со мной встречи? – вдруг тихо спросила я, поставив тяжёлую чашку на стол.
Оба пьяных подростка взглянули на нас с укоризной и вышли из кухни. Остались лишь двое взрослых. Сразу стало вдруг холоднее. Огонь в круглой печи приуныл, его тёплые блики на стенах погасли.
– Пообещай, что не выгонишь сразу? – Мей ощутимо напрягся. Сейчас он не выглядел парнем-сорвиголовой, искателем приключений и прожигателем семейного состояния. На крепком резном стуле передо мной сидел взрослый, серьёзный и сильный мужчина… Совершенно истерзанный жизнью. Горькая складка между бровей, неожиданно заострившийся нос, усталые тени на скулах и под глазами. Тёмная зелень волос оттеняла его болезненную бледность.
– Чтобы ты влез в окно? – попыталась шутить, но ведун посмотрел так серьёзно, что я осеклась.
– Чтобы мы не наделали глупостей? – рвано выдохнув, он отвернулся.
– Похвальная и своевременная предусмотрительность… – залпом допив свой напиток, я потянулась к крохотной пряной колбаске на блюде.
Мей явился в мой дом не с пустыми руками. С ним прибыли корзина разнообразных закусок, коллекционное красное полусухое вино, набор редких пряностей.
– Мне нужна твоя помощь в одном щекотливом вопросе… – начал Мей, и внезапно я ощутила укол острого разочарования. Ведун тут же почувствовал это. Оглянувшись на меня, поднял тёмную бровь и себя оборвал. – Шарли… – он позвал меня тихо. – Ты меня вынуждаешь напомнить одну не слишком приятную для мужского самолюбия вещь. Уверяю тебя, в моих планах вчера точно не было ночи в объятиях артефактора. Это всё усложнило.
Было больно, но справедливо. Прошлым вечером я сама позвала его.
Сама заперла за ним дверь, сама взяла за руку и повела в свою в спальню. Играя ведомую роль, ведун предоставил мне власть над собой. В амплуа восторженного мальчишки он был убедителен и органичен. Каждый раз меня спрашивал разрешения жестами, взглядами.
Да. Приходилось признать: Мей действительно знал обо мне очень многое. Испугалась ли я? Нет, нисколько. Предпочитаю умных противников. Противостояние с ними похоже на партию в шахматы.
– А почему ты решил, что я буду тебе помогать? – мой вопрос прозвучал очень резко. И глупо. Потому что Мей снова всё правильно понял.
– Я прошу тебя выслушать, – ответил он просто, снова мне улыбнувшись уголками губ.
Красавец, ведун, холостяк, наследник огромного состояния сидел на моей кухне за старым столом и нервно терзал свою чашку, прося меня “просто выслушать”. Я судорожно сглотнула, с трудом заставляя себя оторваться от чеканного профиля ведуна. Засранка Шарли тут же выглянула из-за двери, словно решив осмотреть все открывающиеся перспективы.
– Хорошо, обещаю. Надеюсь, твоя страшная исповедь позволит мне после уснуть? – прозвучало настолько двусмысленно, что ведун удивлённо взглянул на меня, и я прикусила язык.
– Исповеди не будет, – он поспешил успокоить меня. – Не имею привычки перекладывать свои беды на чьи-либо плечи. Тем более, женские. – Мей взглядом скользнул по моим плечам, шее, спустился на грудь, и глаза его потемнели…
Кажется, не одна я здесь терзаюсь борьбой с собственным безрассудством.
– Кхм! – мы с Шарлоттой строго прервали полёт его мысли. Шарли только громко вздохнула за дверью.
– Я хочу научиться всем тонкостям ювелирной артефакторики, – выпалил вдруг нам обеим ведун. Всем троим.
– Это же глупо? – просила я неуверенно и прищурилась. – Зачем тебе?
Ювелирную артефакторику действительно не пропадают в академиях. Секреты старых мастеров семьи берегут многими поколениями. Я осталась последним хранителем тайн рода Мойн. Но зачем единственному наследнику колоссального состояния эти секреты? Он же может купить что угодно.