Наиль Выборнов – Полиция нравов (страница 25)

— Сорок пять долларов, — сказал он. — Полный доступ к залу, раздевалки, душ. Полотенца за отдельную плату, закуски и протеиновые коктейли в торговых автоматах.

Я расплатился, получил карточку и пошел в раздевалку. Вошел и усмехнулся — тут пахло очень своеобразно, сквозь запах пота отчетливо пробивался запах кое-чего запрещенного. Но арестовывать людей и портить свою репутацию мне не хотелось совершенно. Пусть делают, что хотят, это все равно не мой участок.

Переоделся в тренировочные шорты и майку, натянул на ноги кроссовки и вышел в зал. Он был большой, даже очень — по меркам того, к чему я привык в прошлой жизни. Ряды штанг и стоек для гантелей вдоль одной стены, тренажеры вдоль другой, свободные зоны в центре. Высокий потолок, под которым лениво крутились несколько вентиляторов. А на стенах были фотографии, очень много фотографий. Арнольд, Лу Ферриньо, Фрэнк Зейн и другие лица. Хотя я узнал не очень многих.

Народу было человек тридцать, может чуть больше. Большинство работали молча, сосредоточенно. И я тут же понял, что кажется мне непривычным. В мое время люди делали подход, а потом залипали в телефоны. А тут телефонов ни у кого не было. Смартфонов вообще еще не изобрели.

И впервые, пожалуй, я подумал о том, что мне это нравится.

Я огляделся, выбрал место и начал разминаться, посматривая на людей. Правильно, до первого пота. А минут через десять заметил его.

Он стоял у стойки для приседаний в дальнем конце зала. Не заметить его было невозможно — ноги у него были такие, что казалось, они принадлежат другому существу. Четырехглавые мышцы размером с голову нормального мужчины, покрытые венами и разделенные на пучки так отчетливо, что это выглядело почти неестественно.

Том Платц. Его еще называли «Квадзиллой» за самые накачанные ноги в истории бодибилдинга. Говорят, что он перед соревнованиями даже специально забивал на них, чтобы они не выделялись настолько. Я видел его фотографии, видел видео. Но одно дело — на экране, а совсем другое вот так вот — живой человек. Он нагружал штангу на стойке для приседаний каким-то безумным количеством блинов.

Я продолжил разминку, стараясь не пялиться. Сегодня у меня по плану были грудь, бицепсы и спина. Так что я взял гантели и принялся поднимать попеременно.

Зал работал в своем ритме, но я все равно засматривался — тут ведь и девушки были, очень спортивные. Пока что в Америке еще в почете культуризм, а не бодипозитив, и люди больше времени проводят в спортзалах, а не в «Бургер Кинге».

Сделал подход, потом еще и еще. И так до пяти. А потом стал тянуть гантели в наклоне. И краем глаза увидел еще одного.

Он стоял у стойки с гантелями спиной ко мне, выбирал вес. Небольшого роста совсем, компактный, но с такой плотностью мышц на спине, что она казалась настоящим горным хребтом. Он обернулся, чтобы взять другую гантель, и я увидел его лицо.

Я знал его, очень хорошо знал. Потому что видел его в кино, в своем самом любимом фильме. В первом «Терминаторе». У него даже слов в роли не было, но я запомнил, потому что он играл терминатора Т-800. Не той же модели, что и Шварценеггер, другой, он появился там всего на несколько секунд. И уничтожил укрытие Сопротивления.

Это был Франко Коломбо.

Двукратный обладатель титула «Мистер Олимпия», лучший друг Арнольда Шварценеггера, человек, который на спор гнул монеты пальцами и надувал автомобильные шины ртом. Правда, последнее мне казалось байкой. Но сейчас, посмотрев на него вживую, я начал верить в это.

У меня перехватило дыхание — так же, как когда я увидел Сталлоне на красной дорожке. Это ведь легенда, настоящая легенда. Жаль только, что самого Арнольда тут нет. Да и я из его биографии знал, что он не так регулярно тут тренируется, заезжает иногда на велике, но редко. Да и понятно, у него другая жизнь. Но я про себя еще надеялся, что когда-нибудь его увижу. Поэтому и пошел сюда.

Я вернулся к своей программе. Дальше планировал жать на грудь на блочном тренажере. Подошел к нему, настроил вес, взялся за рукояти, толкнул один раз, второй, третий и услышал за спиной:

— Стоп.

Я обернулся. Коломбо стоял в полутора метрах от меня и смотрел на мои руки. Не на меня самого даже, а на то, как я взялся за рукоятки.

— Локти слишком высоко, — сказал он. — Так ты будешь передними дельтами работать, а не грудью. Опусти локти.

Голос у него звучал с итальянским акцентом, достаточно мягким, но при этом отчетливым. Я сразу же послушался и опустил локти — перечить «Мистеру Вселенная» мне не хотелось.

— Лучше, — кивнул он. — Но блочный — это не то, на чем ты массу можешь накачать. Со свободными весами результат будет лучше.

— Меня подстраховать некому, — ответил я. — А без страховки опасно.

— Без страховки и не надо, — сказал он и кивнул в сторону скамьи. — Пошли, я подстрахую.

Я посмотрел на него. Франко Коломбо предлагал подстраховать меня на жиме. В «Голдс Джим» в Венеции. В тысяча девятьсот восемьдесят девятом году. Да, только ради этого сюда стоило приехать.

— Спасибо, — сказал я, стараясь не выдать голосом волнения.

Я встал с тренажера, и мы подошли к свободной скамье. Я надел на штангу блины — взял вес, примерно прикинув свои возможности, но чуть меньше. Потому что страховщик страховщиком, но мне не хотелось порвать себе мышцы на первой же тренировке в новом зале. Лег, схватился за штангу. Коломбо встал за головой, положил руки под гриф.

Я сделал подход. Восемь повторений, нормально получилось. Не зря все это время отжимался и гантели тягал.

— Хорошо, — сказал Коломбо. — Только в нижней точке не останавливайся. Сразу же дави, но плавно. И пауз не делай.

Я немного отдохнул, сделал второй подход. Получилось лучше, правда на восьмом повторении ему пришлось немного помочь мне.

— Откуда ты? — спросил он, пока я отдыхал между подходами.

— Русский, — ответил я. — Но живу тут давно, уже семь лет.

— Русский, — он кивнул с таким видом, будто это что-то ему дало. А потом вдруг спросил: — Полицейский или военный?

— Откуда вы знаете? — не понял я.

— Ты вошел и сразу осмотрел зал. Всех вокруг, потом входы и выходы. Так делают полицейские и военные. Ну так, кто же ты?

— Сперва в армии служил, воевал в Гренаде, — ответил я. — Потом да, полиция. Сейчас — детектив, работаю в Южном бюро.

— Понятно, — он чуть улыбнулся, едва заметно подняв уголки рта. — Хорошо, что полицейский следит за собой. И зал выбрал хороший. Обычно копы только пончики едят.

— Это стереотип, — мне стало обидно. Хотя я в действительности частенько ел пончики с кофе — быстрые углеводы, чтобы хоть как-то продержаться на ногах во время смены.

— Стереотипы существуют не на пустом месте, — заметил он.

Мы перешли к следующему подходу. Потом к еще одному.

— Хорошо стараешься, — заметил Коломбо. — Как часто планируешь ходить?

— Три раза в неделю, — ответил я. — Если работа позволит.

— Работа всегда мешает, — кивнул он. — Вот один мой друг, он раньше ходил два раза в день, торчал тут по двенадцать часов. А теперь снимается в кино, и хорошо если пару раз в месяц заглядывает. Но тебе не надо так много. Три раза достаточно — больше новичку не надо. Мышцам надо восстанавливаться.

Он помог мне со следующим подходом, поправил пару деталей — угол хвата и положение ног. Говорил коротко и по делу. Я слушал внимательно, потому что когда тебе советы дает двукратный «Мистер Олимпия», то лучше послушать. Умный человек будет слушать и запоминать.

Когда я закончил упражнение, он взял свои гантели и пошел дальше по своим делам. Я продолжил тренировку. Работал еще минут сорок с теми же группами мышц, стараясь, выполняя буквально на убой, стараясь прочувствовать каждое повторение. Коломбо даже посмотрел на это и показал мне большой палец. Похоже, что я ему понравился. Неплохо было бы задружиться с ним.

К финалу тренировки я чувствовал себя так, словно по мне асфальтоукладчик прокатился, но это была приятная боль. Тупая ломота, которая означает, что мышцы получили нагрузку.

Потом пошел в душ, постоял под ледяной водой — я так предпочитаю, не под горячей, как делают все. Она еще и помогает жир лучше сжигать, а мне надо от лишнего жира избавляться. Хотя немного грустно, что такую форму, как Коломбо, я уже никогда не наберу.

Вышел и увидел, что Тома Платца уже нет. Коломбо тоже куда-то пропал. Зал продолжал работать в своем ритме. Я вспомнил график работы — с четырех утра до полуночи. Это хорошо, в крайнем случае можно будет приезжать после работы. Было бы еще кому собаку кормить.

Переоделся в уличное, забрал сумку и вышел обратно к машине.

— Понравилось? — спросил администратор.

— Очень круто, — вполне себе искренне сказал я. — Буду приходить.

— Три раза в неделю лучше всего, — сказал он. — Чередуйте дни.

— Мне уже сказали, — ответил я.

Отправился в магазин при зале. Там продавали разные товары для качков, а я взял пятифунтовую банку «Вейдера». Дорого — семьдесят долларов, но я прочитал инструкцию, и по ней выходило, что ее хватит на пять месяцев. Думаю, не будет ничего страшного, если буду принимать по двойной три раза в неделю. Тогда получается на три месяца — не очень много.

А вот креатина не было, и на мой вопрос консультант только недоуменно посмотрел на меня. Значит, он еще не вошел в обиход. Это в наше время все качки стабильно сидели не только на протеине, но и на креатине, а тут его пока что не было.