Наиль Выборнов – Лето, пляж, зомби 10 (страница 4)

Я промолчал. Мне в общем-то без разницы, если не довезут, то мне же лучше. Мне же потом с ними воевать. Теперь… Теперь оставалось, чтобы меня представили Мансуру. А потом нанести удар. И тогда все закончится.

Он сделал еще несколько глотков из фляжки, после чего опять протянул мне. Я тоже приложился.

Наверное, он чувствовал меня своим товарищем, вместе с которым сделал дело. Может быть и так. Я же знал, что Сергеев — это еще одна цель. Но пока что рано. Пока что.

— Ну в целом все как будто хорошо прошло? — спросил я.

— Хорошо-то оно хорошо, но недостаточно, — проговорил мент. — Наградят, конечно. Но… Если бы Часового взяли, то все о чем ты говорил, сбылось бы. Нас подняли бы. Уже послезавтра поехали бы в Кировское. Я — старшим, ты вместо Кононова. И дом у тебя был бы, и жен сколько угодно.

Он ухмыльнулся. Надо же, запомнил.

— А так…

— Командир! — послышался из-за угла какой-то возбужденный голос. — Командир, смотри кто!

Я повернул голову, и увидел, что еще трое в полицейской форме ведут в нашу сторону двоих. Конвоируют жестко, руки заломали, наручники надели, разве что на ствол не посадили. И одного из них я узнал. Тот самый высокий, в очках. Часовой.

— А жизнь налаживается, а? — спросил я, улыбнувшись Сергееву и поднялся. Сделал еще несколько глотков из фляжки, после чего вернул ее ему.

И мы вместе двинулись навстречу конвоирам и их подопечным. Я остался чуть позади — все-таки это работа Сергеева. А я тут так. Несмотря на то, что успех операции полностью зависел от меня.

— Какие люди! — крикнул Сергеев. — Надо же, собственно персоной. И как вы его взяли-то?

— Он свалить попытался, — сказал один из полицейских. — Колонин приказал людей отправить, расставить вокруг базы. Вот мы и пошли, а потом смотрим — едут. На мотоцикле прорваться пытались, прикинь. Мы не узнали сперва, чуть не положили сгоряча. А потом смотрим — Часовой.

— Вот и хорошо…

Сергеев разве что не засветился от радости. Ну да, такая-то пруха. Кто ж мог подумать, что вот так вот жизнь повернется? Уже подумали, что все пропало, а теперь вот так вот.

Мент повернулся, взъерошил мне волосы, которые не были прикрыты повязкой. Шлем-то я снял. И радостным голосом крикнул:

— Вот теперь и будет у тебя домик! И командирская должность!

Разве что не расцеловал.

А сам подошел к Часовому и врезал ему в живот кулаком. Тот согнулся, но не закричал, не застонал, только посмотрел на нас злобными взглядами. Причем отдельно смерил меня. Узнал? Может быть и так.

— Внутрь его, — приказал мент. — Мы с ним поговорим сейчас как следует. И второго тоже. Сейчас я только перекурю.

Он вытащил из кармана пачку сигарет, закурил, после чего протянул мне, а потом махнул рукой. Вспомнил, что я не курю.

— Расспросим? — спросил у меня мент. — Ты ж умеешь. А я нам нужно еще узнать, кто на керченской базе ему помогал.

Я подумал немного, а потом покачал головой.

— Не, Серег, не хочу я этим заниматься сейчас. Если честно, то я бы лег и поспал просто. Потому что сперва раком ползал, потом стрелял, да и вообще. Я не железный устал.

Он сперва явно обиделся, а потом сказал:

— Ладно, понимаю, — кивнул. — Поспать тебе не удастся, конечно, но я думаю через час-другой мы к базе двинемся. Как рассветет. Там и поспишь.

— А к Мансуру когда? — спросил я.

— Как только так сразу, — мент все-таки улыбнулся. — Не боись, не обидят. Теперь не обидят. Теперь на всем острове противников не осталось. Скоро весь под себя подомнем. Не боись.

Ну да. Действительно, достойных противников у них не осталось. Если не считать «Росгвардию», но до ее базы им надо еще добраться.

И меня.

Глава 3

Когда солнце встало, мы отправились в сторону керченской базы «Воронов». Располагалась она на территории бывшей зоны, о чем я прекрасно знал. А точнее исправительной колонии. Так и поехали в трофейном УАЗе «козлике». Я на переднее сиденье уселся, Сергеев позади, а там же связанный Часовой. Ну и водитель.

Еще БТР впереди. Такая вот куцая у нас колонна оказалась. Прочие на базе остались — им надо было с трофеями разбираться, с пленными. Тем более, что на той базе запасы нашлись и основательные. Не иначе как пару мобильных баз разграбили партизаны. Непонятно, правда, как доступ получили, но я уже понял, что это не такая уж и большая проблема.

Часовой всю дорогу злобно зыркал на меня. А я не обращал на это внимания, больше смотрел на дорогу и молчал. Плевать мне на все уже, честно говоря, скоро все закончится. Сегодня, наверное, уже.

Что делать дальше буду, если выживу? Не знаю. Как-то не думается об этом вообще.

А выживу ли? Шансы не так уж велики. Нанести удар, а потом все, на этом закончится дело.

Но если получится, значит, все это не зря. Совсем не зря.

Поехали мы кружным путем, не через город, что было оправдано — там и пробки, и зомби. И ничего, добрались, пусть это и времени заняло достаточно больше. Я понял тут, что ни разу не был в тюрьме — не сидел, и не посещал. И выглядела она совсем не так, как я ее представлял.

Перестроили многое. Укрепили стены, хотя они тут и так бетонные были, да и вышки тоже имелись. Мне почему-то подумалось, что тюрьма — не такое уж плохое место для выживания во время зомби-апокалипсиса. Особенно если бывший контингент из нее выгнать. Ну и кумовьев тоже на всякий случай. Мало ли, чего им в головы придет.

Но доехали. Ворота нам открыли сразу — похоже, что по рации успели сообщить о том, что едем. Въехали на территорию.

А потом до меня дошло, что территория их базы зоной вовсе не ограничивалась. Там, похоже, что-то вроде цитадели. А тут — основная ее часть. Какие-то склады с контейнерами морскими, еще что-то. И небольшой поселок из аккуратных домиков из пенобетонных блоков. И похоже, что их построили совсем недавно. Неужели уже после начала всей это хуйни? Хотя, если они рабов набрали, то вполне могли справиться.

Проехали мимо домиков, складов, а потом я увидел и саму зону — да, реально цитадель. Остановились на стоянке. Техника, кстати, внушала. БТРы, БМП и даже пара Т-90 там стояли. Ну а что, могут себе позволить.

И нас вышла встречать целая делегация. Я выбрался из машины, остановился, оглядел народ. Есть тут Мансур?

Мне описывали его в свое время, но никого подходящего под описание я не увидел. Среди встречающих больше всех выделялся мужик, здоровенный, плечистый, чуть ли не в полтора раза больше меня. Одет, кстати, в горку, в камуфляж. Охотник, блин, или рыболов.

На самом деле ясен хуй нет. Какой-то очередной местный начальник. А об этих я не то чтобы много и знаю. У них тут скорее что-то вроде федерации, пусть и президент один, вот я и не в курсе. Про Белогорских знал, про Кировских разобрался, а тут Керченские, получается.

Но Мансур где-то тут. Должен быть где-то здесь.

Сергеев вышел, обошел машину и выволок из нее пленного. Подтащил к встречающим, как-то выпрямился, будто больше стал. Но воинского приветствия совершать не стал. Хотя этому я не удивился бы.

— Привезли? — спросил тот самый, огромный.

— Привезли, — кивнул Сергеев. — Вот он самый. Взяли тепленьким. А всех остальных разъебали. Мои там сейчас разбираются, что и как. Но, похоже, партизан больше на острове нет. Все как Мансур и хотел.

— Хорошо, — здоровяк кивнул кому-то из своих, и они сразу же подхватили пленного под белы рученьки и повели куда-то в сторону. — А вы отдыхайте. Вас разместят, позовут, если что.

Так. Я не понял. Это как? Почему сразу к главному не проводят? Я как-то не этого ожидал от них, думал, что сразу в оборот возьмут. Но вместо этого отдыхать отправляют. Да еще и непонятно куда.

— Пойдемте, господа, — проговорил один из оставшихся встречающих, плюгавенький мужичок, плешивый уже совсем. Но при этом, что удивительно, гладко выбритый. На профессора какого-то похож, не на сидельца.

Он двинулся куда-то в сторону, а Сергеев сделал несколько шагов за ним. Потом повернулся ко мне и спросил:

— Серег, а ты чего встал? Пошли!

Он себя явно чувствовал себя, как рыба в воде. А я потерялся. В целом я думал, что все будет иначе. Что нас сейчас приведут к Мансуру, а потом я попытаюсь его убить.

Я умирать шел. А тут получалось, что смерть откладывается по каким-то совсем непонятным мне причинам. Странно как-то даже.

Но мне не оставалось ничего кроме как двинуться за ними. Догнав Сергеева, я чуть придержал его, чтобы плюгавый прошел вперед, а потом спросил:

— Серег, а что это такое-то? Почему нас сразу к Мансуру не ведут?

— Да не боись ты, — он усмехнулся. — Получишь ты, что тебе причитается. И о твоем участии и успехах я уже все рассказал. Да и сам он про твои подвиги в Феодосии наслышан, и будь уверен, ничего не забыл. Он вообще ничего не забывает.

— А куда нас тогда? — я по-прежнему ничего не понимал.

— Ну так не станет он нас сразу после боя встречать. Сперва обмоют, накормят. В баньку сходим. А потом уже к нему. Педант он, понимаешь? Но человек мощный…

Я вообще ничего не понял, но решил промолчать. Если надо подождать, то будем ждать. Пусть обмывают и кормят, тем более, что у меня с обеда маковой росинки во рту не было. Привычка не нажираться перед боем — дело такое. Особенно когда есть возможность, что не сразу убьют, а в госпиталь отвезут. А госпиталь тут есть.

Повели нас по дороге, и достаточно скоро прямо к домам. Да, при ближайшем рассмотрении оказалось, что они действительно новые, кое-где еще потеки раствора можно было разглядеть. А вот окна старые, пусть и пластиковые. Их, похоже, в домах снимали, а потом уже сюда ставили.