Наиль Выборнов – Кастелламмарская война. Том 2 (страница 22)
Высокий расплатился, взял свой бокал и сделал глоток. А потом улыбнулся и выплеснул виски Луиджи в лицо. И одновременно с этим остальные выхватили пистолеты. Сразу шесть стволов оказались направлены в посетителей.
Кто-то из посетителей закричал. Послышался первый выстрел — Луиджи отбросило к стене, и он сполз на пол, оставляя кровавый след. Он так и не успел схватить свой дробовик.
Энрико поднял руки, закричал, что сдается, но еще один из нападавших всадил ему пулю в голову.
Посетители были не простыми людьми, среди них было четверо соучастников Семьи Массерия. Они успели выхватить оружие, один даже успел выстрелить, ранить одного из нападавших в плечо, и тут же оказался убит.
Бой длился меньше минуты, скоро и остальные были мертвы. Кто-то из посетителей дернулся и тут же получил пулю. Это убедило остальных, что лучше смирно лежать на полу.
Тот самый, что вошел первым, обошел стойку, наклонился и вытащил из кармана Луиджи ключи. А потом двинулся в заднюю комнату, открыл одну дверь, вошел. Там был сейф, стол, телефон. Именно оттуда Фарино вел свои дела.
Ключ к сейфу обнаружился в этой же связке. Человек Маранцано открыл его и достал пару пачек денег — немного совсем, мелкие купюры, так что там навскидку было около тысячи долларов. Потом он открыл склад, высунулся и махнул своим людям.
Они вытащили со склада четыре ящика виски — немного, но лишние деньги не лишние.
Когда нападавшие двинулись на выход из бара, старший остановился, оглядел лежащий на полу людей и громко сказал:
— Передайте Фарино, что дон Маранцано передает ему привет!
А потом они ушли.
Фарино повезло, что его не оказалось в баре в ту ночь. У его любовницы был день рождения, и он решил провести вечер с ней.
Что еще хуже, утром он узнал, что полиция, прибывшая на вызов, обнаружила в его баре запасы алкоголя. Это было очень плохо.
Грузовик с канадским виски въехал в Бруклин около полуночи с понедельника на вторник. За рулем сидел Сальваторе Маринелли, он был из Кастелламмаре, как и его босс, и очень сильно этим гордился. Рядом с ним дремал его двоюродный брат Энцо. А позади ехал Форд, в котором было еще трое парней. Надежная охрана.
Грузовик ехал из Северного Джерси, который полностью контролировал дон Маранцано. Именно там проходили встречи с канадскими контрабандистами. Целый грузовик виски, примерно тысяча галлонов. Уйдет дорого, цены держатся стабильно, люди пьют. А их единственная цель — это чтобы алкоголь лился рекой.
Улицы Бруклина в этот час пустовали, только изредка попадались припозднившиеся пьяницы или ночные рабочие. Сальваторе вел грузовик осторожно, не превышая скорости. Лишнее внимание было ему ни к чему.
Когда впереди из-за угла выехал черный Паккард, ему пришлось затормозить, резко, так, что было слышно, как в кузове зазвенели бутылки. Он открыл рот, чтобы обматерить водителя-лихача, и в этот момент Паккард затормозил.
Крикнуть он так и не успел, лишь увидел, как из опущенных окон машины высунулись стволы автоматов.
Первая очередь из Томпсона расплескала во все стороны лобовое стекло машины. Поймав с полдесятка пуль грудью, Сальваторе умер мгновенно.
Энцо, проснувшийся от толчка, успел рвануться к двери, открыл ее и выкатился на асфальт. Он успел выхватить пистолет, прицелиться в сторону машины, но еще одна очередь отбросила его тело назад.
Послышались хлопки дверей — это парни Маранцано покинули Форд, на котором ехали. Все они были вооружены дробовиками.
Один из них вскинул свое оружие и выстрелил в Паккард, после чего дернул цевье, выбрасывая гильзу. Но больше ничего сделать он не успел, потому что несколько пуль попали ему в грудь и живот. Выронив дробовик и схватившись за рану, он упал на землю лицом вперед.
И тут позади послышался рев мотора, потом визг шин. Снова хлопки дверей и выстрелы.
Еще один боец Маранцано свалился на землю. Последний успел обернуться, в него тоже выстрелили. И через несколько секунд все было кончено.
Солдат Семьи Массерия, Федерико Фьоре, двинулся вперед в сторону грузовика, продолжая держать в руках пистолет-пулемет Томпсона. Он целился в валяющихся на земле гангстеров из враждебной Семьи, ведь мало ли, вдруг кто-то еще не добит, вдруг кто-то из последних сил дернется и попытается застрелить его.
Он высадил короткую очередь в одного, потом второго.
Потом добрался до машины, открыл дверь и вытащил на землю водителя. Смахнул осколки стекла, чтобы не порезаться, взял валявшуюся в машине тряпицу и стер кровь с сиденья. Получилось не очень хорошо, так что он все равно испачкается, но хоть что-то.
К тому же кровь хорошо отмывается холодной водой, даже с шерсти.
Грузовик даже не заглох. Он уселся в машину, тронул ее дальше по улице. Фьоре надо было перегнать грузовик на один из складов, который был неподалеку. Там уже готовы люди, они перегрузят виски в другую машину.
Можно было бы сделать это на месте, но вдруг появятся свидетели или полиция. А Стивен Паппалардо строго-настрого приказал им обойтись без лишних жертв.
Через несколько минут на улице осталась только расстрелянная машина, пять трупов в лужах крови, битое стекло, гильзы и следы шин. Нападавшие растворились в ночи.
Через полчаса на улицу вышел полицейский. Едва увидев трупы, он побежал к ближайшей телефонной будке и вызвал подмогу. Еще через полчаса приехали детективы, огородили все веревками. Потом коронер.
Утром бруклинские газеты напишут о бандитской разборке, а полиция заведет дело. Детективы опросят жителей окрестных домов, но, как и всегда, окажется, что никто ничего не видел.
Через полгода дело отправится в архив, где пролежит вечно.
Томмазо Гальярди, один из капо Массерии, каждое утро завтракал в одном и том же кафе на Гранд-стрит.
Ему было пятьдесят три года, он приехал в Америку в двадцать, а потом вступил в «Черную руку». Но вовремя успел перейти на сторону Коза Ностры и перетащить туда своих людей. Его приняли в Организацию, он поднимался вверх ступенька за ступенькой, пока не стал капо.
Теперь он контролировал богатый район — верхнюю часть Манхэттена. Игорные точки, ростовщики, игорные дома, бары. Неплохо для парня из Палермо, который приехал сюда с десятью долларами в кармане.
Кафе называлось «У Марии», это было маленькое заведение на шесть столиков. Хозяйка сама готовила еду, здесь подавали настоящий кофе, варили его специально для каждого клиента, а домашнее печенье было просто великолепным.
Гальярди приходил сюда каждый день без четверти восемь, садился за столик, где его уже ждала «Иль прогрессо Итало-американо», печенье и чашка кофе. Это было полчаса покоя перед рабочим днем, охрана ждала его снаружи, в машине напротив входа.
Он никогда не встречался здесь с людьми, никогда не вел отсюда грязных дел. Это было место исключительно для отдыха. Мария знала его, они из одного района Палермо, и даже встречались в молодости. Это чуть не кончилось дракой на ножах с ее братом, но все прошло мирно, ведь он не оскорбил ее.
Здесь он чувствовал себя в безопасности.
Утром вторника все шло, как обычно. Гальярди вошел, поздоровался, сел за столик у окна, где уже все было готово. Раскрыл газету, раскусил печенье, сделал глоток кофе.
За соседним столиком сидел молодой человек в кепке и рабочей куртке, пил кофе и ел булочку, листал журнал с дешевым детективным романчиком. Гальярди не обратил на него никакого внимания: мало ли рабочих забегает сюда перед сменой.
Молодого человека звали Себастьяно Доминго, и он, несмотря на одежду, более подходящую докеру, зарабатывал на жизнь очень специфическим способом. Он убивал людей.
На самом деле он был из Чикаго, но Маранцано пригласил его в Нью-Йорк, предложив хорошие деньги и место в своей Семье.
Он пока не знал, соглашаться или нет, но заказ принял.
Он был абсолютно спокоен, ничего не боялся, руки не дрожали. Он спокойно допивал свой кофе с булочкой.
Закончил с трапезой, мазнул пальцем по ручке чашки, чтобы стереть отпечатки, и встал. Запустил руку в карман, нащупывая револьвер, сделал шаг в сторону спокойно сидевшего за своим столиком Гальярди.
— Мистер Гальярди? — спросил он.
Капо Массерии опустил газету, посмотрел в лицо парню, но не узнал.
— Чего нужно, парень?
— Дон Маранцано передает привет, — ответил он.
И дважды выстрелил ему в голову, в упор.
Мария закричала, другие посетители бросились на пол. Гальярди опрокинулся на стол, из его головы потекла кровь, пропитывая газетную бумагу.
А Себастьяно повернулся и быстро двинулся в сторону кухни. Махнул револьвером, показывая, чтобы хозяйка заведения отвернулась, после чего двинулся через кухню к задней двери. Толкнул дверь и вышел в переулок.
Там его уже ждала машина. Он сел, водитель тут же завел двигатель и рванул с места.
Охранники Гальярди услышали выстрелы, выскочили из машины и ворвались в кафе. Их босс лежал лицом на столе, посетители так и лежали на полу, а Мария рыдала, прижавшись к стене.
Один из охранников выбежал через заднюю дверь, выскочил наружу, но переулок уже был пуст. Только пыль оседала на месте, где полминуты назад стоял автомобиль.
Глава 9
Утром во вторник я приехал в социальный клуб к девяти часам. Приехал бы раньше, но пришлось ехать из Гарлема. На арендованной машине, кстати говоря, взял в аренду на несколько дней, чтобы за мной было не так просто проследить. Хотя было понятно, что если уж Паппалардо взялся, то наверняка раскинул свои сети везде, и у большинства заведений меня ждали.