Наиль Хуснутдинов – Пепельный периметр (страница 7)

OVERRIDE… ACTIVE

Я застыл.

Саша шепнул:

– Что это значит?

– Это значит, что даже здесь кто-то держит руку на выключателе, – сказал я. – И мне это не нравится.

Цокот снова приблизился – уже ближе, чем хотелось. Болт отвлёк его ненадолго.

Я мог продолжать ковыряться в панели, надеясь на удачу, но удача – плохой план. Значит, нужен второй вариант.

Я посмотрел на дверь. У тяжёлых дверей всегда есть механика. Ручной привод. Штырь. Замок.

Слева от панели была крышка механического доступа. Я сорвал её. Внутри – штырь с гнездом под ключ и ручная защёлка.

– Саша, – сказал я. – Держишь ломик. Если что – бьёшь по тому, что войдёт первым. Не геройствуешь. Один удар – и назад.

Он кивнул. Руки у него тряслись, но ломик он держал правильно – ближе к центру тяжести.

Я вставил в гнездо свой физический ключ-идентификатор и повернул.

Штырь не пошёл.

Я повернул сильнее – и ключ заскрипел.

Глупо. Очень глупо сломать ключ тут, в темноте, под носом у дрона.

Я ослабил давление, вдохнул коротко и попробовал иначе: не силой, а рывком. Рывок, пауза, снова рывок. Металл поддался на третьем.

Дверь щёлкнула.

Цокот резко остановился.

Писк стал громче.

Саша выдохнул, но я шлёпнул его по рукаву – молчи.

Я приоткрыл дверь на два пальца. Внутри было темнее, чем в тоннеле, и пахло сухим пластиком – пыльным, но “чистым” по сравнению с сыростью вокруг. Теплее. Значит, где-то внутри ещё есть питание.

Я расширил щель и мы протиснулись внутрь.

Сзади, в тоннеле, раздался короткий металлический “клик”, как у защёлки. Затем – тонкий удар, и ещё один. Дрон нашёл дверь.

Я захлопнул дверь и провернул штырь обратно, чтобы закрыть изнутри.

Саша привалился к стене, губы у него были белые.

– Мы…?

– Мы поменяли коробку, – сказал я. – Но теперь нас будут искать здесь.

Внутри резервного узла было несколько стоек с оборудованием. Пыль лежала на них ровным слоем, как снег на заброшенной машине. На одной стойке горел маленький индикатор – зелёный, но еле живой. И рядом с ним – порт обслуживания, тот самый, который мне был нужен.

Я подключил сервисный модуль.

Экран мигнул и выдал один-единственный символ, который раздражал меня сильнее, чем выстрел:

★

Не текст. Не код. Просто звёздочка, как отметка.

А потом, будто из глубины, поднялась строка:

POLICY: REMOTE

YOU: LOCAL

WAIT…

Я усмехнулся коротко.

– Нет, – сказал я. – Ждать – не наш режим.

Снаружи, по двери, прошёлся новый звук – уже не цокот, а тихий, аккуратный скрежет. Не дрон. Резак.

И вот это было хуже всего: значит, “контроль” идёт следом, и у него не только глаза, но и руки.

Глава 6. Политика тишины

Дверь “N-COM” держалась не героизмом – железом, которое давно должно было стать ломом. Но по звуку снаружи было понятно: резак у них хороший, руки – терпеливые, а времени – больше, чем у нас. Металл пел тонко и аккуратно, без истерики. Так режут не в драке, так режут в работе.

Саша стоял у стойки, прижав к груди флягу, будто это сердце. Он смотрел на дверь и пытался не моргать часто. Не получалось.

– Дыши носом, – сказал я. – Меньше шума.

– Я… стараюсь, – шепнул он, и в этом шёпоте было больше злости, чем страха. Хороший признак: злость держит форму.

Я снова воткнул сервисный модуль в порт. Стойка откликнулась не радостью – сухой задержкой, как будто проверяла, стоит ли отвечать. Индикатор на панели мигнул и погас. На экране вспыхнули те же символы, что и раньше:

POLICY: REMOTE

YOU: LOCAL

WAIT…

Пальцы сами сжались на корпусе модуля. “WAIT” – любимая команда тех, кто сам не рискует. Ждать здесь означало дать им дорезать дверь.

– Есть другой вход? – спросил Саша.

– Есть другой уровень, – сказал я. – У любой системы.

Я полез под стойку и снял нижнюю крышку. Пластик хрустнул – не красиво, зато быстро. Под крышкой тянулись жгуты: питание, данные, оптика. На одном из жгутов был маленький блок – как будто кто-то добавил его позже, не по схеме. Новый пластик на фоне старой пыли выглядел как пятно крови на серой ткани.

– Видишь? – я ткнул пальцем. – Это не завод.

Саша наклонился ближе и тут же отшатнулся, будто блок мог укусить.

– Это… они?

– Либо они, либо их “слой”, – сказал я. – Но это точно не наш техник-дежурный.

Резак снаружи на секунду замолчал. Потом снова запел, уже ближе к краю двери. Они подбирались к шву.

Я достал нож и аккуратно срезал стяжку. Пластик “щёлкнул” слишком громко. Саша дёрнулся.

– Поздно прятаться от звука, – сказал я. – Теперь надо выиграть у времени.

Блок был маленький, без маркировки, только тонкая гравировка – тот же треугольник со стрелкой, который мы видели на маркере в В-12. Значит, они метят всё, что им важно: узлы, линии, двери.

Я отсоединил блок от жгута. Ожидал искру или тревогу – и получил. Стойка дернулась, как организм, которому выдернули нерв.

На экране пробежала строка, и она была уже не “вежливой”:

POLICY LOST…

RETRY…