Наиль Хуснутдинов – Пепельный периметр (страница 15)

Я не люблю паузы в механике. Паузы всегда чьи-то.

Саша стоял рядом, едва заметно дрожа. Не от холода – от того, что в этот раз мы упёрлись не в бетон, а в чужое решение.

– Что теперь? – прошептал он.

– Теперь мы делаем так, чтобы дверь думала, что ей выгодно нас пустить, – сказал я.

Я снова приложил маркер ▲ к панели. Зелёный индикатор стал ярче на секунду, потом вернулся к прежнему тусклому. На экране сервисного модуля вылезла короткая строка, без украшений:

REQ: MARKER

AUTH: LVL2

STATE: HOLD

– “HOLD”, – повторил Саша. – Это как “ждать”?

– Это как “держать”, – сказал я. – Держать нас тут.

Я убрал маркер. Индикатор не погас. Он продолжал светиться. Значит, дверь уже “увидела” нас и теперь не забудет.

Из тоннеля позади пришёл новый звук: мягкий, как будто кто-то провёл ногтем по металлу. Не цок. Не шаги. Скребок. Дрон, вероятно, перешёл на другую поверхность. Значит, он ближе.

– Саша, – сказал я, – дай ломик.

Он протянул ломик и тут же пожалел: ломик был его последним “оружием”, даже если это оружие против железа смешно.

Я не стал ломать панель. Я не стал бить по двери. Бить – это просьба, чтобы тебя заметили быстрее. Я прошёл пальцами по раме, по шву, по крепежам, чувствуя ржавчину и влагу. На раме был маленький прямоугольник – крышка механического доступа. Не такая, как у обычных шлюзов, а аккуратнее. Слишком аккуратная.

Я поддел крышку ломиком. Крышка не поддалась сразу – и это было хорошо: если её не трогали, значит, здесь редко проходят. Редко проходят – значит, это действительно “шлюз без имени”, не часть штатного маршрута.

Крышка открылась с тихим “клок”. Внутри – штырь, гнездо под ключ и маленький датчик. Датчик выглядел новым. И на его корпусе снова была гравировка ▲.

– Они тут всё пометили, – прошептал Саша.

– Они тут всё считают своим, – сказал я. – Разница есть.

Я достал сервисный ключ-идентификатор – тот физический, который уже спас нас раз в тоннеле. Вставил в гнездо и повернул. Штырь пошёл на полоборота и остановился, будто упёрся в “логическую стену”.

Глупо давить. Давление ломает ключи.

Я вернул ключ назад, попробовал снова – рывком. Штырь поддался на миллиметр, и в тот же момент панель на двери пискнула.

Не сигнал тревоги. Не “ошибка”. Скорее – подтверждение: “я заметила”.

Сервисный модуль показал новую строку:

MECH: ACTIVE

REMOTE: WATCH

– Они видят механику, – сказал я.

Саша посмотрел на меня с таким выражением, будто сейчас спросит: “а тогда зачем?”, но не спросил.

Я присел и увидел вторую деталь, которая мне не понравилась: внизу двери, у самого пола, была тонкая щель. Слишком ровная, как если бы её сделали специально. Щель уходила в слив. Воздух оттуда тянул чуть теплее. И запах… не канализации. Запах сухого пластика. Электроника.

– Здесь внутри узел, – сказал я. – Не просто дверь. Здесь что-то живёт.

Сзади цокнуло. Ближе. Теперь я слышал его отчётливо, как костяшки по металлу.

Саша сжал пальцы так, что суставы побелели.

– Он уже…

– Да, – сказал я. – И он не один.

Дрон остановился где-то за поворотом. Писк. Скан. Тишина.

Я встал так, чтобы видеть тоннель и дверь одновременно. Плохая позиция: в плохих позициях ты пытаешься контролировать всё и не контролируешь ничего. Но выбора не было.

Я снова открыл карту на сервисном модуле. GATE был отмечен как “точка перехода”, а дальше – пустота. Никаких коридоров. Никаких подсказок. Это означало, что за дверью начинается сектор, который не на картах колонии. Либо старый, либо новый. Либо их.

На экране мигнуло ещё одно:

STATE: HOLD

TRIGGER: PROX

– “PROX”, – прошептал Саша. – Это как “близость”?

– Это как “мы уже достаточно близко, чтобы система решила, что пора”, – сказал я.

И в этот момент дрон показался из-за поворота.

Он был маленький, ниже колена, на четырёх опорах. Чёрный корпус, матовый, без маркировки. На “голове” – круглый сенсор, который смотрел без выражения. И на корпусе – тонкая гравировка ▲, почти незаметная.

Саша шагнул назад. Вода чавкнула. Дрон остановился, будто услышал.

Я поднял ломик и ударил по трубе сбоку – коротко, резко. Звук ушёл в сторону. Дрон дёрнулся туда, как собака на свист. Значит, звук для него важен. Хорошо. Значит, его можно вести.

– Двигайся к стене, – сказал я Саше. – И не дыши громко.

Саша прижался к бетону.

Дрон снова повернул сенсор в нашу сторону. Писк стал выше. Он “наводился”.

Я сделал шаг в сторону, отвлекая. Вода чавкнула. Дрон щёлкнул и сдвинулся к моему шагу.

И в этот же момент дверь “GATE” ожила.

Зелёный индикатор стал ярким. Потом вспыхнул жёлтым. Потом – снова зелёным, но уже другим, “живым”. И панель выдала:

STATE: OPEN (00:00:12)

Двенадцать секунд.

– Открылась! – выдохнул Саша.

– Не радуйся, – сказал я. – Двери не открываются бесплатно.

Я схватил Сашу за рукав и рванул к проёму. Дрон в этот момент резко повернулся, словно понял, что его обманули. Он издал короткий сигнал – и где-то позади ответили другим сигналом. Второй дрон? Или люди?

Мы прыгнули в проём, и дверь начала закрываться сама, как пасть.

Я успел просунуть руку и ударить ломиком в край, чтобы задержать створку на секунду. Ломик скользнул, металл взвизгнул, створка сомкнулась почти до конца, оставив щель на палец.

Снаружи, в сливе, раздался цокот и короткий удар – дрон попытался пролезть. Не пролез.

Дверь дёрнулась и окончательно закрылась. Внутри стало тише. Теплее. Сухо.

Но тишина была не “безопасной”. Она была “технической”. Тишина работающего узла, который слушает.

Перед нами тянулся коридор без табличек. Стены были гладкие, без пыли. Пахло чистым пластиком и озоном. Слишком “ново” для колонии, которая только что умерла.

Саша оглянулся, словно надеялся увидеть обратную дверь. Не увидел ничего, кроме гладкой панели.

– Где мы? – спросил он.