Нагару Танигава – Изумление Судзумии Харухи (Том 1) (страница 19)
Надеюсь, вот только непонятно, над чем конкретно мне теперь думать.
— И правда. Выбора-то нам практически не оставили, и я понятия не имею, как заставить их от нас отстать. Но что-нибудь наверняка всё же можно предпринять.
Приятным моё положение назвать никак нельзя. Передать божественные способности от Харухи к Сасаки? Что лучше: бог наглый и себя не осознающий или же бог сдержанный и благоразумный? При такой постановке дела выбор, конечно, напрашивается в пользу Сасаки.
Однако…
Как же мне этого не хочется.
По-другому не объяснить. Мне не хочется, чтобы у Сасаки были какие-то аномальные способности. Пусть мои друзья останутся нормальными. Вот Харухи это подходит. В древних мифах боги капризные и сумасбродные, и по сравнению с ними нам ещё неплохая досталась. Кто-нибудь перепосвящал храм одного бога другому? Впрочем, о чем я думаю? У Харухи уже есть адвокат — Коидзуми. Похоже, моя растерянность глубже, чем казалось.
Ещё бы: Асакура воскресла, Кимидори-сан ведёт за нами слежку, тип из будущего как-то спелся с Куё и начал нас запугивать... Столько всего произошло с прошлого вечера — нужно быть реинкарнацией Будды, чтобы сохранять душевное спокойствие. А мне до состояния «дзен» всё ещё как до луны.
— Кстати, Кён, у тебя ведь есть кто-то ещё, с кем можно посоветоваться? А то я, откровенно говоря, понятия не имею, что́ делать, и была бы очень рада, если кто-нибудь растолкует мне происходящее.
На ум сразу приходит Коидзуми с лицом на десять баллов из десяти. А к кому ещё обращаться? Нагато не рассматриваем — она прикована к постели. Асахина-сан-старшая могла бы помочь, но она не показывается. Может, нынешние события выходят за пределы её «предопределённых»? Тогда разрешить всё как на прошлую Танабату не получится. А значит — гейм овер.
— Куё-сан, пойдёшь с нами? Или будешь доедать парфе? Татибана-сан за него уже заплатила, так что не стесняйся.
Безмолвное, подобное тени порождение враждебной космической силы даже не дрогнуло. Её глаза были полузакрыты.
— Ты не уснула, Куё-сан?
Сасаки помахала рукой перед её лицом.
— . . . . . Не уснула, — сказала Куё, будто с трудом боролась со сном.
Да что ж ты...
— Ты вообще всё до конца выслушала?
— . . . . . Разбор содержания выполнен, процесс завершён.
Что это значит? Хотелось бы, что так она перестала перегружать Нагато.
Вслед за Сасаки я встал из-за столика и пошёл на выход. Меня беспокоило, что я оставляю в кафе жутковатое нечеловеческое существо, но беспокойство это было напрасно — к моему удивлению, Куё тоже встала и начала двигаться за нами. Мне казалось, она просто исчезнет, но интерфейс оставалась чуть позади меня.
Даже когда мы с Сасаки покинули кафе и направились вдоль по улице, Куё не отставала. Я чувствовал её присутствие спиной и нервничал. К тому же небо начало темнеть...
— Ты хочешь нам что-то сказать?
Сасаки обернулась и задала вопрос, который вертелся у меня на языке. Совершенно не знающая о приличии инопланетянка не ответила и продолжала зрить куда-то в будущее. Складывалось ощущение, что люди не могли её интересовать: мы находились на разных волнах, причём и длины у них разные. Мне не только не удавалось достучаться до её личности, у неё личности вполне могло и не быть. Была её улыбка вчерашняя — во время схватки с Асакурой — а была и сегодняшняя, но у меня не получалось их связать воедино. Может, у неё что-то вроде раздвоения личности?
Я так сосредоточился на том, что было позади, что не удосужился посмотреть вперёд. Сам виноват.
— Эй, Кён!
Когда впереди раздался знакомый голос, я чуть не споткнулся на ровном месте.
Мы с Сасаки остановились. Куё последовала нашему примеру.
— Вот не ожидал тебя здесь увидеть.
В школьной форме и с сумкой на плече передо мной стоял никто иной, как Куникида — мой однокашник со средней школы.
Но смотрел Куникида не на меня, а на стоявшую рядом нашу бывшую одноклассницу.
— Давно не виделись, Сасаки-сан.
— Разве? — Сасаки усмехнулась и, глядя на Куникиду, сказала: — Кажется, я тебя заметила во время весенних каникул, на пробном экзамене. Или я обозналась?
Куникида в ответ слегка улыбнулся. Вроде бы с таким выражением лица я его ещё не видел.
— Так ты всё-таки меня заметила. Я думал, ты должна была меня видеть, раз я видел тебя.
— Да. Я могу чувствовать, когда на меня смотрят, — деловито сказала Сасаки. — Обычно я не привлекаю внимания, но иногда румянец говорит за себя.
— А ты всё такая же, — кивнул Куникида, будто бы с облегчением. Сзади ему на плечо легла рука, а из-за спины показалось довольное лицо. Ну его-то какая нелёгкая сюда занесла?
— Здорово, Кён. Вот ты гад, тебя одного оставить нельзя. Так вот она какая, твоя бывшая кто-то там.
...Танигути, знать не хочу, зачем ты с Куникидой ошиваешься возле станции, но я бы попросил тебя кое о чём: не мог бы ты укатить отсюда поскорее? Желательно как на реактивной тяге. Давай, живо! Если выйдешь на орбиту, попрошу астрономический кружок её рассчитать.
— Кён, ты чего? Раз уж так совпало, этим надо воспользоваться. Давай поболтаем. — Танигути так и расплылся в улыбке, переводя взгляд то на меня, то на Сасаки. — Тебе не стыдно? Вокруг тебя и так столько красоток, а тебе всё мало, а?
Я прекрасно понимал, что́ он имел в виду, и ненавидел себя за это. Ваш покорный слуга уже было принял позу спринтера, чтобы умчаться отсюда на полной скорости, но Танигути наконец-то успокоился:
— Ты б познакомил нас. Я ж твой лучший друг, а между нами секретов нет.
— Её зовут Сасаки, мы вместе в средней школе учились, — не выдержал Куникида и представил её сам. — Сасаки-сан, это Танигути. Мы с ним год как одноклассники.
Идеальный образец того, как надо кратко знакомить людей друг с другом.
— Рада встретиться с тобой, — чуть поклонилась Сасаки. — Наверное, вы хорошие друзья. Хотя быть другом Кёна необременительно.
Проигнорировав это высказанное мнение, Танигути выставил свои белые зубы напоказ и стал дальше лезть не в своё дело:
— А вкус у тебя чертовски отменный. Хорошо же ты устроился, аж злость на тебя берёт, Кён... К-кё?
Что с тобой опять? Решил вдруг покричать, как тропическая птичка? Или так сейчас дразнить любят?
Я уже был сыт им по горло и собирался испепелить его взглядом, но... что такое? Он ведь не на меня смотрел. И даже не на Сасаки.
— Чё?..
Танигути вдруг шарахнулся и так и застыл. Глаза его округлились, а на лице было написано что-то похожее на ужас. Не стоило и гадать, из-за чего он стал выглядеть ещё тупее обычного: взгляд его проходил между мной и Сасаки прямо к сонному и похожему на кошачье лицо Куё Суо.
Если её практически игнорируют прохожие, да и я забываю о её существовании, то с чего вдруг её заметил Танигути?
— . . . . . .
Было ещё более странно, что и Куё на него отреагировала. Девушка в школьной форме подняла левую руку, обнажив бледное запястье. Тут мне стало наконец заметно, что она носила на удивление модные часы. Да ещё и изысканно механические!
— . . . Благодарю. Я . . . не стану возвращать . . .
Э?
— Без проблем. Они недорогие. Если не нравятся — выкинь или сдай в ломбард. Нет,
Танигути действительно разговаривал с Куё... вот только при этом начал потеть не по погоде, повернул голову в сторону и заёрзал на месте. Короче, вёл себя так, что привлёк бы внимание любого полицейского, мечтающего о премии. Что за ерунда здесь творилась?
— Он говорил, что это подарок на Рождество.
Объяснение Куникиды не сбавило моё удивление, а даже удвоило. Часы? Куё говорит «спасибо»? Рождество? В каком смысле? Мне это снится, что ли?
Куникида переключил своё внимание на Сасаки, оставив меня в воображаемом облаке из вопросительных знаков.
— Прошу прощения, но почему ты снова видишься с Кёном?
«Снова видишься»? Опять выдвигаешь беспочвенные предположения? Они здесь явно не к месту. Ты бы лучше не обо мне с Сасаки гадал, а о Танигути с Куё.
Но вопросу нашего общего одноклассника Сасаки уделила внимание:
— У нас много чего произошло, так просто не объяснить. Пусть лучше Кён тебе расскажет, когда у него будет время.
— Да ладно, мне это не
— Ты её тоже знаешь? Ни за что бы не подумала, Куникида-кун. А где ты познакомился с Куё?