Нагару Танигава – Изумление Судзумии Харухи (Том 1) (страница 11)

— Да? Тогда мне любопытно услышать твой ответ.

Однозначный ответ дать не получится: всё зависит от ситуации. В первую очередь так и напрашивается ответить, что полезнее всех Нагато, но с ней в комплекте идут пришельцы, у которых непонятно что на уме. Путешествия во времени — это путь к лёгкому обогащению, но и доступ к всеведущей организации и способности к телепортации как у Коидзуми тоже выглядит заманчиво. У всех есть свои плюсы и минусы. В любом случае не знаю, какая может быть польза от попаданцев из других миров.

Пока я от нечего делать разглядывал вопросы Харухи, подобная родниковой фее Асахина-сан вернулась с потяжелевшим чайником:

— Ах... нам нельзя входить?

— Похоже на то. — Я взял у расстроенной старшеклассницы чайник, и, чтобы не выглядеть провинившимся[10], поставил его на пол у стены.

— Я думала на всех чай приготовить, а теперь когда заварить-то?

Обеспокоенная за первокурсников Асахина-сан уставилась на дверь клубной комнаты. Какое очарование! Я был бы рад и дальше разглядывать посвятившую себя завариванию чая старшеклассницу, но уже сильно подустал за тридцать минут стояния на посту и подумал, что нам надо бы заняться чем-нибудь ещё.

— Может, сходим в кафетерий? Наверное, он уже закрыт, но я могу взять вам напитки в торговом автомате, — сделал соблазнительное предложение Коидзуми. Мы с Асахиной-сан в ответ кивнули. Идея действительно была хорошая. А особенно хорошо звучало то, что платить, видимо, на этот раз не вашему покорному слуге.

Коидзуми подмигнул мне:

— Я ведь остался тебе должен за проигранное пари.

А ведь и правда!

Мы пошли к соседнему корпусу, где у стены кафетерия стояли торговые автоматы, и взяв бумажные стаканчики с напитками, расположились за круглым столиком на террасе.

Олицетворявший весну цвет сакуры уступал место наливающейся зелени. Год назад мне бы и в голову не пришло, где и в какой компании я окажусь.

Я пил кофе, смакуя молочный привкус.

— Кён-кун, а ты знаешь, что там за экзамен? — поинтересовалась гревшая руки о стаканчик с чаем Асахина-сан. Я достал из кармана листок с вопросами и передал ей:

— Вот, что у неё получилось. Откровенно говоря, не пойму, какого человека она хочет найти.

— Гм-м? — Асахина-сан внимательно читала вопросы с видом младшеклассницы, учащей таблицу умножения. Ах, как это согревает мне душу!

— Не часто такое бывает, — сказал Кодзуми, бумажный стаканчик в руках которого казался мейсенским фарфором. — Здорово, что мы можем собраться втроём и не беспокоиться, что ближайшие полчаса нас потревожат. — Улыбка Коидзуми стала даже ещё изысканнее. — Не находишь?

Конечно, я и сам об этом думал. Со всей этой чехардой с путешествиями во времени я чаще оказывался в компании Нагато и Асахины-сан, так что Коидзуми обычно оказывался персонажем второго плана. Не считая случая с пещерным сверчком, для его экстрасенсорных способностей как-то не находилось применения. Хотя стоит отдать должное «Организации» за то, как она разрешила ситуацию с похищением.

Мне показалось, что Коидзуми попытался таким образом привлечь Асахину-сан к некоему консенсусу относительно инициатив Харухи, но вместо этого он завёл вежливый разговор ни о чём. Наша штатная горничная изредка ему поддакивала и отпивала из своего стаканчика.

Никто ничего не говорил ни о непостижимых способностях Харухи, и чем они могут обернуться для человечества, ни о том, что́ могли замышлять наши враги. Обсуждали школу, выходки учителей и одноклассников, какую настольную игру стоит ещё купить...

У Асахины-сан иногда вырывался смешок, или же она с любопытством наклоняла голову. Как ни посмотри, самая обычная старшеклассница, которую развлекают младшие товарищи по школьному кружку. А поскольку нам нужно было лишь убить время, получается, мы с этим вполне справлялись.

Пусть даже кто-то здесь из будущего. А кто-то — экстрасенс...

Не имеет значения. Мы просто школьные товарищи и ведём себя соответственно.

Этот момент ценен именно своей обыкновенностью. Перед нами нет никаких трудностей. Никто не грозит нам ни из космоса, ни из будущего. Жаль конечно, что Нагато с нами сейчас нет, но не оставлять же Харухи одну, пусть даже на полчаса.

Вот когда я об этом думаю, не могу себе представить у «Команды SOS» шестого участника. Как в ней может быть кто-то кроме Нагато, Коидзуми и Асахины-сан? А тем более как в ней может кто-то из них отсутствовать?

Кто сказал, что всё меняется? Сейчас бы мне хотелось ему возразить. Есть и то, что останется навсегда. Пусть этих моментов и не будет в фотоальбоме, но и без него я никогда не забуду, как проводил время с Харухи и остальными.

Пока ваш покорный слуга старался запечатлеть эту улыбку Асахины-сан на долгие годы в своей памяти, ему взгрустнулось: ведь уже через год её класс выпустился бы из нашей школы.

Но эта страница наших общих воспоминаний будет продолжать жить и во мне, и в Асахине-сан, и в Коидзуми.

«Так и должно быть», — думал я, попивая свой кофе. Он оказался не очень на вкус, так что особой благодарности Коидзуми за угощение у меня не вызывал.

Но удовольствие я всё равно получал.

В такие мгновения можно позволить себе радоваться мелочам.

Спустя ещё десять минут после отведённых на экзамен тридцати мы вернулись в клубную комнату и увидели, как наша командирша с довольным видом просматривала заполненные листы, а Нагато, отсвечивавшая меньше человека-невидимки, всё читала книгу.

— А где первокурсники?

На мой вопрос Харухи ответила:

— По домам разошлись. Я сказала им прийти завтра вне зависимости от того, как они сдали письменный экзамен, так что останутся те, кто в должной степени мотивирован.

— А как ты будешь определять, кто сдал, а кто нет?

Девушка постучала пачкой о стол, чтобы выровнять:

— Я не буду принимать решение непосредственно по результатам письменного экзамена. Здесь ведь и нет правильных ответов. Но если кто-нибудь написал что-то интересное, то я учту.

Похоже, она устроила экзамен чисто ради самого процесса. Как рядовой участник команды, я обязан поддерживать любое самодурство нашего командира, но по отношению к кандидатам это всё же не слишком честно.

— Дурак ты. Конечно, я обо всём подумала. Само участие в экзамене — это ведь тоже проверка. Так мы видим, как человек справляется с нагрузкой. Недостаточно упорные завтра просто не придут.

Ты их так собралась просеивать? По-моему, сито ты выбрала грубоватое.

— Я думала их всех чаем напоить, — сказала охваченная заботой о первокурсниках Асахина-сан, — а они уже разошлись. Жалко.

Трудно не пожалеть кандидатов на вступление в команду, которым не выпал ещё один шанс отведать чая Асахины-сан.

От созерцания той, ставившей воду на плитку, меня отвлекла Харухи:

— Кён, тебе стоит быть благодарным за то, что я тебя приняла без всяких экзаменов, — она уселась на своем кресле по-турецки. — Будешь и дальше прохлаждаться — ты и глазом не моргнёшь, как тебя обойдёт кто-нибудь из новеньких. Пройти мой строгий отбор сможет только чрезвычайно одарённый. Напоследок я думаю устроить собеседование.

Харухи деловито что-то обводила и делала пометки красными чернилами на листах с ответами.

— А хочешь сейчас пройти устный экзамен? Если командир примет, можешь получить повышение. Заодно потренируешься в собеседованиях.

На собеседованиях по трудоустройству в приличных компаниях твои вопросы никто задавать не будет. Будь Харухи директором, лично беседующим с соискателям, она явно захочет услышать от них не нормальных ответов. Не хочется думать о человеке, который будет учиться этому у неё — он просто угробит свою будущую карьеру!

— Я пас.

— Как хочешь.

Настроение Харухи ничуть не испортилось, и она вернулась к своим бумажкам. Должен признать, что даже я ими заинтересовался:

— Харухи, дай и мне глянуть. Интересно, что наши бандиты понаписали.

— Нельзя, — тут же отрезала та. — Я обязана сохранять конфиденциальность, и не могу показывать тебе персональные данные кандидатов. Да и зачем, если решать, кого принимать, буду всё равно я. — Она глядела на меня огромными сверкающими глазами. — Умерь своё любопытство. Отбор новых участников — это работа для командира.

Я поник на своём месте. Командир наш — единоличный судья, совещаться ни с кем по поводу новичков не намерен и любое наше мнение проигнорирует. Кроме меня с Нагато, оказавшихся в команде практически случайно, остальных — Асахину-сан и Коидзуми — Харухи включила в неё своим волевым решением.

И всё же интересно, сколько человек из сегодняшних шести будут допущены до итогового экзамена Харухи?

— М-м?

Пока я наблюдал за набиравшей воду в чайник Асахину-сан, меня посетила одна идея. Вчера пришло одиннадцать человек, а сегодня только половина: шестеро. Но те же самые ли это люди? Что, если кто-то из сегодняшних первокурсников пришёл в первый раз? Кто сказал, что все кандидаты придут в один и тот же день и в одно и то же время? Так что процент отказавшихся на самом деле может быть выше половины.

Тут мне вспомнилось ещё кое-что.

А та девчонка сегодня появлялась? Вчера моё внимание привлекла лишь одна смутно знакомая ученица. Харухи меня из комнаты сразу же выпроводила, так что я не успел разглядеть лица тех, кому предстояло сдавать письменный экзамен.

Что же меня беспокоило?

Коидзуми достал колоду «Уно», перетасовал и, не спросив меня, начал раздавать, а я так и ни к чему не пришёл. Даже когда Асахина-сан подала каждому ароматнейший чай и, взяв карты, уселась играть с нами, изнутри меня что-то продолжало терзать. Такое чувство, как будто до конца теста осталось тридцать секунд, а правильного ответа на, казалось бы, простой вопрос найти никак не можешь.