Нагару Танигава – Интуиция Харухи Судзумии (страница 26)

Дальше я напишу всё по-быстрому, потому что было всё стандартно.

Вытираемся, сушим волосы, одеваемся, глотаем холодный фруктовый сок и выходим на улицу. Нянька нас дожидается в свободной повседневной одежде — видимо, чтобы та не сковывала движений.

Конечно, нянька опасается: вот спустит с нас глаз, а мы возьмём и убежим. Учитывая опыт работы с такими рецидивистами как мы, подобное беспокойство можно понять.

Втроём мы выходим из курортного заведения. На выходе нас уже ждал нанятый автомобиль — его нам предоставил отель, в котором мы остановились. Подружка моя, похоже, привыкла, что ей дверь открывают, и отточенным движением изящно усаживается в кожаное кресло.

Нянька убеждается, что мы с подругой разместились на задних местах, и садится рядом с водителем. Автомобиль трогается с места и некоторое время едет просёлочной дорогой.

Нянька поглядывает на часы и даёт водителю понять, что надо бы поторопиться. Автомобиль уж было начал превышать разрешённую скорость, но тут вмешивается моя подружка:

— У нас ещё полно времени до вечернего банкета. Не стоит торопиться, давайте лучше спокойно порассматриваем местные пейзажи.

Я и не глядя почувствую, что машина уже двигается спокойнее: с педали газа убрали ногу.

— Госпожа, — голос няньки чист как родниковая вода, — подобная поездка не была запланирована. А всякий раз, как происходит нечто непредвиденное, сердце моё уносит из мира покоя в дремучую чащу. Мною было неоднократно оговорено, что отклонения от установленного расписания крайне нежелательны.

— Так в чём проблема? В кои-то веки мы оказались рядом с настоящими горячими источниками. Если мне нельзя расправить крылья, дайте хотя бы размять ноги.

— Госпожа, что вы называете «рядом»? От отеля, где мы остановились, до горячих источников гужевым транспортом полдня пути. Вам бы следовало поблагодарить изобретателей двигателя внутреннего сгорания и отдать должное тому, что мы живём в постиндустриальную эпоху.

— Не понимаю, какой смысл оценивать современный мир через гужевые перевозки. И кого конкретно я должна поблагодарить?

— Хотя бы Жана Ленуара и Николауса Отто.

— Что ж, выражаю обоим этим господам свою искреннюю благодарность. Вы довольны?

— Более чем.

Горазды они друг друга подкалывать, но на самом деле у них с нянькой довольно близкие отношения, и уж точно они не похожи на сухое общение между хозяйкой и прислугой. На моё замечание об этом подруга нахмурилась, но возражать не стала. Кстати, и эта поездка на горячие источники была организована по настоянию няньки.

И сколько же мы потом едем? Леса и горы всё мелькают за окном, но, наконец, мы въезжаем в какой-то городок или, скорее, окружённый дикой природой посёлок.

Вдруг водитель резко тормозит.

Я думаю: что такое? Вытягиваю шею, чтобы с заднего сиденья посмотреть в лобовое стекло.

— Что такое? — задаёт подружка мой немой вопрос.

Улица перекрыта толпой. Я к ней приглядываюсь и вижу, что люди как-то странно одеты. Будто это какое-то костюмированное шествие.

— Вряд ли они так Хэллоуин в неправильный день отмечают. Может, праздник какой-то местный? — моя подруга с любопытством оглядывается. — Водитель, мы бы не могли здесь остановиться?

— Госпожа! — обрывает её раздражённый голос.

Но…

— У нас ещё два часа свободного времени. Если мы вернёмся в отель прямо сейчас, что я там буду делать? Спать, пока не позовут на банкет? И я заспанная буду приветствовать папиных гостей?

Моему папане пофиг, заспанная я или не заспанная.

— Разве что на несколько минут.

Нянька поартачится, но в конце концов уступит. В этом их истинные отношения и проявляются.

Водитель отыскал подходящее место на обочине и свернул на него, а мы с подружкой соскочили со своих сидений на землю.

На улице играет простенькая весёлая мелодия, которая мне сразу понравилась. Судя по всему, где-то тут играет живой оркестр. А ещё по-близости слышны радостные возгласы.

Мы с подружкой идём за костюмированным шествием, а нянька, естественно, за нами.

Я вот только не понимаю, в чём смысл этих костюмов.

Сначала мне показалось, что это такой шабаш ведьм: многие девчонки были одеты в плащи и остроконечные шляпы. Но другие были одеты в традиционные костюмы европейских крестьянок.

Мускулистые мужики тащат огромные плетеные корзины с какими-то не то фруктами, не то ягодами.

Ведьмочки взмахивают палочками и накладывают на корзины какие-то заклинания. Тыкв нигде не видно, так что, по всей видимости, это действительно не Хэллоуин.

Пока мы идём за этой процессией, музыка становится всё громче и громче, и вскоре я узнаю́, что это за праздник такой.

Мы выходим на центральную площадь посёлка, где по случаю торжества соорудили арку, через которую под музыку проходит наша процессия.

К сооружению прибита деревянная табличка, на которой написано:

ОСЕННИЙ ФЕСТИВАЛЬ: ПАРНЫЙ КОНКУРС ДЛЯ ДЕВУШЕК ПО ДАВКЕ ВИНОГРАДА НОГАМИ! ПРИГЛАШАЕМ К УЧАСТИЮ![60]

Народу — куча. Точнее, деревенского люда. Процессию они встречают с улыбками, криками и живой музыкой.

В центре площади стоит огромный таз, сделанный на манер бочки, в которую мужики сваливают содержимое корзин. Да, оказывается, в них был виноград. Наверное, ведьмы старались его заговорить, чтобы улучшить его вкус.

Тут уж народ зарадовался особенно громко.

Две одетые крестьянками девушки босиком вступают в таз и начинают топтать виноград, пританцовывая под музыку.

Ну да, я о таком слышала! Из давленого винограда они потом делают вино. Ну, это, наверное, только по случаю праздника, а так-то они виноград ведь давят нормальными прессами, да?

Вот сразу и не поймёшь: такое выпячивание местной экзотики — это они специально пытаются экстравагантный перформанс сделать, или действительно это дань старой традиции, и здесь такое в порядке вещей. Даже и не знаю. Вроде, и на то похоже, и на это.

Короче, мы оказались на чём-то вроде местного праздника урожая.

Подружку мою зрелище сока, который брызжет от раздавленного босыми ногами винограда, явно очень заинтересовало.

— Вы же не собираетесь участвовать в этой, осмелюсь сказать, неуёмной вакханалии, — слышу я негодующий голос няньки.

— Цуруя-сан?

А давай.

— Пойдём запишемся!

Лады.

Раз уж решили, надо действовать быстро. Прежде чем нянька отреагирует, мы будто две белки скачем к столу приёма заявок, чтобы поучаствовать. Улыбчивая женщина выдаёт нам какой-то бланк, в котором надо указать наши имена и согласиться с условиями конкурса.

После того, как мы вписали наши полные имена, женщина показывает нам на одноэтажное здание поблизости, и мы с подружкой идём туда. Это что-то типа местного культурного центра.

Нянька идёт за нами и что-то бормочет. Кажется, предаётся рассуждениям этико-философского характера о поведении современных девушек. Надо будет потом поинтересоваться об их итоговом выводе.

Подружка стучится в дверь.

Нам открывают, и мы проскальзываем внутрь.

Помещение, как мы видим, было приспособлено под гардероб с раздевалкой.

Там уже несколько девушек переодеваются, болтая друг с другом.

На вешалках висят несколько нарядов, похожих на те, которые мы уже видели на паре давильщиц винограда. Рядом с ними стоит женщина, которая с полминуты оценивает наши фигуры.

Потом она выдаёт мне костюм и говорит переодеваться. Я слушаюсь, и, к моему удивлению, наряд мне подходит идеально.

Женщина удовлетворённо кивает, и мы с ней ударяем по рукам. Потом я смотрю на подружку, которая уже успела переодеться. Зеркала тут нигде нет, так что оценить наряд мне проще, глядя друг на друга.

— Ну как? Нормально сидит?

— Вы будто сошли с полотна импрессиониста, госпожа.

Хоть убей, выглядит она как натуральная средневековая европейская крестьянка. Как будто всегда такой была.