Надя Лоули – Балерина (страница 34)

— Женьчик, миленький…

— Простите, ребята, мне очень трудно говорить…

Она вытерла слезы и постаралась говорить спокойно, но не выдержала и забилась в истерике:

— Как они узнали, что я была в Париже? Откуда им известно, в каком я поезде и вагоне? — Она смотрела то на Алешу, то переводила вопросительный взгляд на Ларису. — Скажите мне, откуда? Я, видимо, давно у них под каблуком! — И Евгения снова разрыдалась, размазывая слезы по лицу. Лариса гладила подругу по руке и тихо успокаивала:

— Подожди, Жень, может, все не так страшно… — а сама в душе ужаснулась — значит, мы все под одним каблуком! — и украдкой посмотрела на Алексея. Тот сосредоточенно рулил и, поглядывая в смотровое зеркало — что за машина сзади пристроилась? — внимательно слушал. Уткнувшись лицом в меховой воротник пальто, Женя на мгновенье затихла. Затем, оглянувшись на пустую дорогу, почему-то шепотом продолжила:

— Сегодня утром позвонили мне домой… — Замолчала на секунду и спросила упавшим голосом: — Господи, а телефон откуда знают?

— Ну, телефон узнать не трудно, из телефонного справочника, например… Это ерунда! — успокоил ее Леша.

— Да? Я об этом не подумала… Но это не важно… Сказали, что в следующую среду ждут меня в баре «Моряк». В три часа. Господи, что мне делать? — И ее плечи опять затряслись.

Всю дорогу, что ехали до метро Пасси, они молчали. А что тут скажешь? И так понятно, подруга в беде.

Машина свернула в тихий переулок, и Алексей притормозил у маленького отеля.

— Жень, ты устала с дороги… — сказал спокойным и неожиданно повелительным тоном Алеша. Было видно, что он уже что-то решил для себя. Евгения посмотрела на него и кивнула головой. Она и правда устала до чертиков и хотела только одного — вытянуться горизонтально. С утра на ногах.

— Да, Леш, я ужасно вымоталась сегодня…

— Вот и хорошо. Иди в отель. Отдохни. Успокойся. Завтра в одиннадцать утра я буду здесь. Договорились?

— Хорошо… — смиренно вздохнула Женя.

— Выходи ровно в одиннадцать! Мы куда-нибудь зарулим, и ты мне все расскажешь по порядку.

Евгения просветлела лицом:

— Ты, Алешенька, совершенно прав. Завтра я все спокойно тебе расскажу. И еще, мне надо посоветоваться об очень важном деле… Об одном человеке… — Она достала носовой платок и вытерла мокрые глаза. — Нервы у меня ни к черту! Извините, ребята. –

Она поцеловала Ларису:

— Ларик, спасибо. Помни, ты у меня одна подруга!

— Знаю, знаю, Жень, не волнуйся. Разберемся и что-нибудь придумаем!

Алексей успокаивающе протянул руку:

— Ну, давай, иди в отель… Только не делай глупостей! Не срывайся! У меня есть идея, кто может тебе помочь. — И, серьезно посмотрев на нее, добавил: — Выйди завтра ко мне без сумки. Оплати номер на двое суток наличными, на чужое имя. Чтобы ни в чем не заподозрили. Если нет свободных номеров…

Женя испуганно ойкнула:

— Как нет? И куда я?

— Это я на всякий случай сказал, ну вдруг… Тогда закажи такси и отправляйся в гостиницу «Конкорд-Лаффает». Там всегда есть места! Сто процентов! Поняла?

— Поняла, Леш… Так и сделаю. — Было видно, что Евгения немного успокоилась и в ее глазах появилась надежда: — Окей, ребятки. Спасибо!

Она быстро вышла из машины и, не оборачиваясь, вошла в отель. Алексей медленно отъехал от гостиницы на противоположную сторону улицы, остановил машину, выключил фары и зажигание.

— Надо подождать. Посмотрим, есть ли кто-нибудь на «хвосте»…

Лариса посмотрела на Алешу и прижалась головой к его плечу:

— Лешик, ты думаешь, это серьезно?

Он поцеловал ее в макушку, достал из пачки сигарету и закурил, приоткрыв окно.

— Не знаю. Странно все. Завтра обязательно свяжусь с Кондаковым. Не бывает дыма без огня…

Лара, согласно кивая, молчала. Подождали еще минут десять. Все было спокойно. На третьем этаже гостиницы загорелся свет. Потом они увидели, как в окне мелькнул силуэт, и штора, опустившись, закрыла светящийся в темноте квадрат. Машина еще раз проехала по кругу и, выскочив на шумную магистраль, исчезла в ночи. В эту же минуту к отелю бесшумно подкатило такси.

54

Элизабет показала Верочке старую, всю в трещинках и пятнах, черно-белую фотографию. Вера взяла карточку в руки и стала с интересом разглядывать: молодые мужчина и женщина открыто смотрели на нее и улыбались. Было видно, что они счастливы.

— Это твои родители? — спросила она, стараясь найти внешнее сходство с подругой.

Лиза улыбнулась:

— Ну что ты, нет. Я вообще этих людей не знаю!

Вера с удивлением посмотрела на подругу, мол, к чему тогда это ты?

— Их разыскивает один очень богатый американский русский эмигрант! И связано это с наследством! — тихо произнесла Лиза и взяла из рук подруги фото.

— Ну, и?..

— Я не буду тебе много рассказывать. Это старая история. Слишком все сложно и запутанно. Да и, к тому же, я мало к этому имею отношения. Но зато, — тут Элизабет рассмеялась, весело помахивая фотографией в воздухе, — за розыск этих людей я получу очень большие деньги!

Вера с нарастающим интересом слушала подругу, которая поведала ей, что люди с фотографии предположительно живут в Париже в Пятнадцатом округе, у метро «Порт де Версаль». И что-де надо выяснить, действительно ли это так.

— Понимаешь? — И она еще раз протянула фото, которое уже с любопытством начала рассматривать Верочка.

— А, собственно, я здесь при чем?

Элизабет сделала загадочным выражение лица:

— Вер, я не знаю, что случилось, но, по-моему, за мной слежка…

— Что ты имеешь в виду?

— Меня пасут! Я думаю, люди, которым невыгодно найти наследников… Ну помнишь, тогда на концерте? — и она возмущенно взмахнула руками. — Видела этого?..

Вера утвердительно кивнула:

— А… тот, в длинном пальто, у метро?

— Вот, вот я тебе и говорю… Теперь мне надо как-то выкручиваться! Я не могу подставлять невинных людей! — И Лиза снова потрясла в руках фотографией. — Они-то здесь ни при чем! И я потеряю деньги, если не выясню, те ли самые эти наследники?

Лиза, глядя на заинтересованное лицо подруги, поняла, что она все верно рассчитала: если Вера кагэбэшница (чего нельзя исключить), то она мало что теряет, выдавая ей информацию, в общем, ни о чем.

Если же за Элизабет действительно следят, значит, там уже что-то про нее известно. Но это все ерунда. Самое главное, ей надо сделать фотографии Волковых (это ее основное задание), а остальное уже не важно. Как ни крути, ей необходима помощь подруги. Лиза сделала на нее ставку, а там как получится, пан или пропал.

— Как там у вас говорят … — она вспомнила тренинг на курсах, где они штудировали русские пословицы и поговорки на все случаи жизни:

— Кто не рискует, тот не пьет шампанское?! Так ты поможешь мне, Вера? — спросила она, что называется, в лоб свою подругу. Потом, не дав ей опомниться, достала пачку американских долларов и протянула ей:

— Я знаю, это немного, но если у нас все получится, будет намного больше.

Вера смотрела на нее непонимающими глазами: доллары? За что? И испуганно оттолкнула ее руки.

— Ты с ума сошла, Лиза, я не возьму деньги! Я еще ничего не решила!

Она возмущенно встала и начала одеваться. В комнате повисла тишина, прерываемая звуками громыхавшего за стеной лифта.

Не ожидая такой реакции, Элизабет сконфуженно убрала деньги.

— Да, да, конечно, Вера, ты совершенно права… — Лиза непринужденно засмеялась и дотронулась до Вериного плеча: — Верочка, прости меня, пожалуйста, что втянула тебя в мои проблемы! Это все не важно! Забудь! Я понимаю тебя и не обижаюсь, честное слово! — И она снова беспечно махнула рукой. — Выкручусь как-нибудь сама!

Вера, почувствовав себя неловко за резкость, смущенно улыбнулась:

— Лизочка, милая, я тебя очень люблю! Но мне надо хорошо подумать. Честное слово, я хотела бы тебе помочь… но… — она покраснела и, взволнованно прижимая руки к груди, попыталась объяснить подруге, что, де, она не против помочь. Но… Верочку смутили деньги. Ужас какой, американские доллары! Нет! Если она и поможет ей, то это сделает не за деньги.

Уже в дверях Вера остановилась, поцеловала Лизу в щеку и сказала: