Nadya Jet – Неотступный преследователь (страница 4)
Джон, как только рекомендовал записать свои слова, моментально пробегал взглядом по присутствующим и всегда останавливал его на мне, от чего на душе возникал приятный трепет. Пожалуй, я сама дала себе волю думать о нем слишком часто, чтобы заинтересоваться и в конце одной из лекций, спустя всего месяц после его предложения с кофе, подойти и дать согласие. Только потом он рассказал, что был удивлен моему шагу, так как после того разговора не рассчитывал на снисхождение и пытался не проявлять инициативу, однако события поспособствовали нашему медленному сближению.
Мы гуляли, ходили в кино и просто узнавали друг друга. Он быстро стал мне другом, с которым хотелось проводить время и разговаривать, имея в первую очередь потребность в обычном человеческом общении. На момент учебы в университете я не смогла найти друзей, да и не искала. В одиночестве мне было спокойно и комфортно, я зависела только от себя, принадлежала своим мыслям и желаниям, но человеку нужен человек. Какой бы холодной со стороны я не казалась, моя душа всегда была открыта для других.
В один из вечеров я и Джон прогуливались с Шани по набережной, как неожиданно пошел сильный ливень. Люди с криками забегали под козырьки ближайших зданий, пока мы с уверенностью направились ко мне, следуя за доберманом.
– Это невероятно, – рассмеялся Джон, как только мы зашли в темный подъезд. – На улице погасли фонари, должно быть света нет во всем районе.
– Как назло телефон разрядился. Включи фонарик и давай поднимемся ко мне, пока дождь не закончится. Нужно высушиться.
Мы быстро преодолели три этажа, а как только я открыла входную дверь и прошла внутрь, его телефон неожиданно погас. Я обернулась, но из-за кромешной темноты рассмотреть что-либо было невозможно. Нервный смешок сорвался с моих губ.
– Ты там потерялся?
Джон не ответил.
Он легкой поступью подошел ближе, и я лишь могла догадываться о его эмоциях, хотя сама едва дрожала от сырости волос и предвкушения чего-то необычного. Теплые пальцы аккуратно коснулись моей руки, но я не отпрянула, лишь вскинула голову вверх на уровень его роста. Темнота не давала возможности рассмотреть его лицо, тишину разбавляло тихое и спокойное мужское дыхание, приближающее к моим губам испытующим движением. Губы машинально приоткрылись, я поддалась вперед, но его большая ладонь полностью обхватила мою шею. Движение вышло нежным, не грубым, чтобы я испугалась и почувствовала себя в опасности, благодаря чему мои глаза наверняка заблестели. Пальцы на шее слегка сжались, повлияв на порывистость вздоха, как вдруг Джон медленно коснулся своими губами моих губ. Короткое быстрое прикосновение, перед тем как впиться в мои губы властным и страстным поцелуем. Его язык по-хозяйски проник в рот, и я даже не заметила, как испустила стон от нарастающего удовольствия и возбуждения во всем теле. Его свежий парфюм дурманил голову, вытеснял все мысли, оставляя ноющую пустоту внизу живота, пока парень не отстранился, касаясь моего лба своим лбом.
– Нужно найти свечи, – чуть слышно произнесла я, пытаясь всмотреться в темноту, но вместо ответа получила положительный кивок.
Руки Джона покинули тело, я шагнула в сторону, но он с ловкостью схватил мою руку и притянул обратно, возобновляя поцелуй, словно теперь для него он значит все и больше. Я даже не поняла, как оказалась на сильных руках, пальцы которых впивались в ягодицы, однако такая близость подействовала на нервную систему, меня с дрожью откинуло в прошлое. Слезы покатились по щекам, что привело Джона в чувство. Он отстранился и вернул меня на ноги, прижимая к своей крепкой груди.
– Ч-ш-ш.
– Прости…
Я, как маленькая, уткнулась носом в его грудь, пока он не обхватил мое лицо руками, чтобы с нежностью расцеловать все лицо. В этот момент у меня возникло ощущение, будто мы знакомы очень давно, и он в курсе всех событий моей жизни. Джон чувствовал меня, чувствовал состояние, но не расспрашивал, чему я оказалась безмерно благодарна.
– Все же найду свечи…
Вытирая слезы, пришлось дышать глубже, чтобы сконцентрироваться и взять себя в руки. Было противно от собственной реакции в такой неподходящий момент, я не владела сознанием и воспоминаниями, не владела собой и выглядела слабой, жалкой девчонкой, которую просто ненавидела!
В комнате моей ноги коснулось что-то крупное, Шани заскулила, ощутив мое душевное беспокойство, но я была ни одна, чтобы рухнуть рядом с питомцем и расплакаться.
– Посветишь мне?
Ждать долго не пришлось.
Джон включил фонарик, и я отыскала свечи, чтобы наполнить комнату хотя бы какими-то светом. Какое-то время я вела себя привычным образом, делала вид, что пару минут назад не плакала, и с настороженностью поглядывала на парня. Он казался невероятно спокойным, словно забыл о случившемся поцелуе, не желая вспоминать о срыве.
Глава 2
Утром я проснулась около пяти часов, быстро привела себя в порядок и вышла на прогулку с Шани. На набережной меня встретил свежий воздух, который приятно наполнил легкие и позволил сосредоточиться на мыслях. Я наслаждалась обычными повседневными делами, не ожидая от них ничего необычного, что позволяло сознанию расслабиться. Раньше я стремилась к новым ощущениям, хотела попробовать все и хотела проживать жизнь на полную катушку, но с возрастом это потухло. Я выросла и пересмотрела свои действия, выбрав спокойствие и умеренность.
Николь ожидала вечеринку у Эванса, как празднование собственного дня рождения, а когда этот день настал, я сразу сообщила, что останусь дома. Конечно, она обиделась и даже писала, что не будет разговаривать со мной месяц, но я была настроена решительно.
Любимый сериал в пятницу вечером и обычная уборка в комнате расслабляли так, как не смогла бы самая веселая компания. Я очень хотела провести пижамную вечеринку с Моникой и Николь, но, к сожалению, до этого момента оставался как минимум месяц. Дело в том, что родители Моники решили остаться в Испании еще на несколько недель, из-за чего знакомство моих близких подруг в очередной раз отложилось. Громкий звук уведомления вынудил меня рухнуть на кровать и схватить телефон, увидев сообщение от Николь.
Николь записала голосовое сообщение, в котором прозвучал знакомый женский голос. Голос Моники, из-за чего я несколько раз перекатилась на кровати и с грохотом рухнула на пол. Радость овладела мной так, что я вскрикнула, начиная рыться в шкафу и записывая ответ.
Мы не виделись целое лето, и я даже подумать не могла, что она решит так подло обмануть меня и сюрпризом приехать раньше обещанного. Николь по-доброму рассмеялась на мое рваное голосовое, а я лишь надеялась, что она не воспримет приезд слишком ревностно. Ее планы были связаны с Эвансом, и я бы чувствовала себя там очень неуютно одна, учитывая нашу взаимную неприязнь со студентами старшей школы.
С одеждой я особо не заморачивалась, поэтому надела джинсовые шорты, белый топ на тонких бретельках, поверх которого накинула бомбер-куртку в гоночном стиле с различными эмблемами. Распуская волосы, я спустилась по лестнице, но тут же остановилась при виде папы.
– И куда ты собралась? – без особого энтузиазма спросил он и скрестил руки на груди.
– К Эвансу. У него сегодня вечеринка.
– Забыла, что наказана?
– Сегодня последний день вашего запрета… Моника вернулась из отпуска, и я подумала, что вы не будете против…
– Подумать – не спросить, Адриана. Я против сокращения срока даже на один день. С поблажками ты не усвоишь урок и не вынесешь вывод.
– Но я целый месяц сидела дома! Нагнала в отставании, и даже учителя простили случай в туалете!
Услышав крики, из гостиной вышла мама. Она вопросительно посмотрела сначала на меня, потом на отца.
– Что здесь происходит?
– Мам, Моника вернулась из Испании. Пожалуйста, смягчите наказание, чтобы я могла пойти на вечеринку. Обещаю сделать генеральную уборку во всем доме, могу несколько недель обходиться без карманных денег, только отпустите меня хотя бы на несколько часов.
Мама взглянула на меня с жалостью и пониманием, но папа оставался строгим и суровым. Мои слова он пропустил мимо ушей и лишь молча посмотрел на маму, отрицательно покачав головой.
– Чарльз…
– Нет. Не вздумай вестись на ее манипуляции, Катрин, она только этого и добивается. Курение в школьном туалете – одно, а на вечеринке она точно не чай с тортиком собирается пить. С Моникой можно встретиться и завтра, ничего страшного не произойдет.
– Вот какого ты мнения о собственной дочери, – не выдержала я. – Ты веришь кому угодно, но только не мне! Все, что ты умеешь, это наказывать и оскорблять меня, потому что я не такая, как ваша идеальная старшая дочурка!
Мама вскрикнула:
– Адриана!
– Я попросила всего несколько часов!
– Иди к себе, – подытожил отец и спокойно вернулся на кухню.
– Милая…
– Вы самые несправедливые родители на свете!
Я взбежала по ступенькам и громко хлопнула дверью.
На телефон продолжали поступать сообщения от Николь и Моники, на что я сильнее злилась и металась по комнате, не желая просто так сдаваться. Теперь, когда мне поставили очередной запрет на такую безобидную просьбу, я всей душой желала, чтобы они испытали ту же злость, что испытываю я, поэтому через пару минут я уже вылезала из окна на козырек террасы. Оказавшись на лужайке, пробралась к калитке и без лишнего шума улизнула на соседнюю улицу.