Надежда Жирохова – Дурная кровь (страница 27)

В квартире, где я живу, кондиционер отсутствует, но зато есть большой холодильник. Продуктов у меня нет, да и покупать не на что. У мамы с папой я не прошу, хотя они неплохо зарабатывают. Последняя стычка вывела меня из равновесия. Я все ещё злилась на мать.

— Уходи, — хрипящие нотки голоса заставили вздрогнуть.

Я гипнотизировала взглядом свои руки, мечтая, чтобы этот грубый и бесцеремонный звук оказался просто плодом моего больного воображения. Обернувшись, я по инерции ищу быстрый выход к отступлению. Я даже не смотрю на него, готовая подорваться в любую секунду. Он сказал, уходи. Получается, если я сейчас это сделаю, то выполню его приказ. Нет, я не буду трусливой ланью. Взяв себя в руки, я посмотрела на парня и поразилась, насколько он сейчас напряжен. Сердце начинает колотиться мелко и часто. Его взгляд блуждает по моему телу, губы изгибаются в подобии улыбки, больше напоминающей оскал. А затем он морщится, словно ему что-то приносит боль, и делает шаг в мою сторону.

— Это моя сторона балкона, — лепечу первое, что приходит в голову.

А затем делаю самое идиотское, что приходит в мою голову. Я беру плетёный стул и ставлю его прямо у его ног.

— Это середина балкона, там твоя часть, это моя, не смей переходить черту.

— Думаешь, тебя спасёт стул? — хрипит он.

— А меня нужно спасать? Собираешься сбросить меня с балкона?

Наши взгляды скрещиваются. Его, слишком бесноватый, и мой, взбешённый его наглостью.

— А ты подкидываешь мне идеи, как избавиться от тебя?

Мне неуютно под его пристальным взглядом. Поёжившись, я решаю спросить то, что накипело. Мне надоело быть в подвешенном состоянии, постоянно.

— Что я тебе сделала? Почему ты так ведёшь себя со мной?

Картер улыбнулся. Сделал ещё шаг и отопнул несчастный стул в сторону.

— Даже если ты забетонируешь здесь отдельную стену, это не поможет, Тера. Ты должна уехать, сегодня же.

— Ты хоть понимаешь, чем это мне грозит? И почему я должна уезжать? Меня выкинут с учебы, а я не могу так рисковать.

— Я поставлю тебе практику, но проходить ты ее здесь не будешь!

Я набираю в лёгкие воздух и шумно выдыхаю.

— Почему ты это делаешь?

— Показать? — он как будто выплёвывает из себя это слово.

Я хочу ответить «Нет».

Даже открываю свой рот, но оттуда вырывается лишь воздух. Тело одеревенело от нахлынувших эмоций. Картер резко смял ткань моей пижамы, толкнул меня к стене. Бёдра ударяются об него, глаза широко округляются, а кожу покрывает липкий жар. Я ощущаю его эрекцию. Я не могу сдвинуться, да и не хочу. Тело дрожит, ноги наливаются тяжестью. Вместо того, чтобы залепить ему пощёчину, я поднимаю свою руку, и провожу по его шершавой щеке. Картер дёргается, как от удара, но все ещё продолжает меня сжимать.

Что я творю?

Подушечки пальцев медленно опускаются вниз и задевают угол его рта. Это движение кажется знакомым. Как будто я раньше такое уже делала. Я слышу его дыхание. Картер не двигается, позволяя мне спуститься к подбородку.

Зачем я это делаю?

Его рука сильнее сдавливает мою кожу, тело слишком тесно прижато ко мне. Между ног так жарко, это пытка чистейшей воды. С губ срывается неосторожный стон, и следом я слышу его рык. Картер обхватывает ладонью мой подбородок и, с силой притянув его к себе, проталкивает свой язык ко мне в рот.

Я целуюсь с Картером! Боже мой! Не с кем нибудь, с Картером! Изменяю своему парню с тем, кого презираю за издёвки надо мной! Я рехнулась окончательно.

Между ног пульсирует, кожа горит. Его язык влажный и такой сладкий. Я не могу разорвать этот поцелуй, мне хочется, чтобы время остановилось. Я просто шокирована происходящим.

Боже мой!

Я не знаю, сколько длится этот поцелуй, мне кажется что вечность. Вот только суровая реальность, как нож под рёбра. Картер отрывается от меня и некоторое время не произносит ни звука. А затем его взгляд ужесточается.

— Вот поэтому, уезжай, — хрипит он, — если не хочешь, чтобы я тр@хнул тебя, как шлюху, прямо здесь, на балконе. Ты соберёшь свои шмотки и уедешь.

Картер.

Каждый вздох даётся с болью. Ноутбук валяется на полу с оторванной крышкой, стул развалился на части. Вся комната в хлам, а меня не отпускает. Хорошо, что звукоизоляция здесь на отлично, иначе бы, на первых этажах было слышно. Я не знаю, как смог разжать объятия и отпустить ее. Ещё немного и сорвался бы. И сам бы себя возненавидел! А может, ну его все? Забрать ее и увезти на край света? Почему я не могу так поступить? Я бы всю жизнь ей доказывал, что мы созданы друг для друга.

Что меня держит?

Она…

Я не могу так с ней поступить. Она меня возненавидит. Жизнь очередной раз меня наказывает. За что? За дурную кровь, что течёт у меня по жилам? Резь в глазах заставляет постоянно жмуриться. Мне нужно поспать, иначе я окончательно свихнусь. Я не знаю, сколько времени я лежу, но сон окончательно меня не поглощает. Мне снится, что я в своём кабинете сжимаю телефонную трубку и не чувствую пальцев.

«— Я знаю, что ты сделал Картер, и я злюсь на тебя. Ты не понимаешь, на что обрекаешь мою девочку, — говорит ее мать, — она столько пережила, и наконец-то тебя забыла. Ты не способен на благородный поступок? Отпусти ее, я тебя прошу. Хватит ее мучить! Я не хочу, что бы она вспоминала тебя. Просто поверь мне, что так будет лучше!

— Зачем вы это делаете? Вы же мне, как мать? Вы меня вырастили. Неужели я настолько плох для вашей дочери? Вы же меня знаете и понимаете, что я не способен причинить ей вред!

— Это ты меня послушай, щенок! Я терпела тебя всю жизнь, а не воспитывала! Ты должен был узнать о себе все раньше, но пусть будет так! Твой отец не тот, которого ты считал всю свою жизнь. Ты не сын Уильяма.

— Что вы такое несёте?

— Я говорю правду. Ты внебрачный ребёнок моего мужа, и родной брат Теры. Он изменил мне с этой тварью. Теперь ты понимаешь, какого мне было видеть тебя каждый день? Она сама пришла к нам, просила денег на аборт, но мой муж не позволил ей лишить тебя жизни. Он дал ей денег позже, а я не могла позволить опозорить нашу семью. Уильям считает тебя своим родным сыном, но это не так. Ты брат Теры!»

Я резко распахиваю глаза, и первое время смотрю в потолок. Боль в груди настолько сильная, что мешает связно мыслить.

Это всего лишь сон! Просто сон!

А затем приходит осознание.

Это не сон, а моя гребанная реальность ….

25

Я влюбилась. Да, да, полностью, окончательно и бесповоротно. Как будто это правильно, и так и должно быть. Хуже всего то, что я не знаю, что делать со своими чувствами. Я просто постоянно хочу быть рядом с ним, хочу прикасаться к его телу, до дрожи в пальцах. Я знаю. Нет, не знаю, а ощущаю, что он так же ко мне что-то испытывает. В то же время Картер отталкивает меня. Сегодня я тщательно выбрала себе одежду, с одной лишь целью, я хочу понравиться ему. Слишком долго я пыталась уложить свои волосы, но затем, наплевав на все, просто оставила их в распущенном состоянии. На мне короткая юбка и простая футболка, но смотрится, на мой взгляд, очень дерзко. На губах лишь прозрачный блеск, а глаза я оставила не накрашенными, они и так лихорадочно блестят. И черт с ним, с этим проектом, и вообще со всем. Я не позволю ему меня выгнать. Я придумаю что-нибудь, что заставит меня здесь задержаться. Практика рассчитана на месяц, и у меня есть в запасе ещё три недели.

Только вот с Эденом нужно что-то решать. Сейчас я как никогда понимаю, что я его очень сильно люблю, но как брата. Эти чувства идут глубоко, с самого детства. Он научил меня всему, постоянно был рядом, и я перепутала сестринскую любовь с настоящей. С той, от которой коленки трясутся, и ноги подгибаются. С Картером я просто схожу с ума. Он, как ураган, который сносит все вокруг, ничего и никого не жалея, но я готова прыгнуть с головой в эту пучину, и будь что будет!

— Тера, зайди к боссу, срочно, — в холле меня перехватывает Агата, — а затем ко мне.

— Хорошо, — выдавливаю я из себя.

Я внутренне напрягаюсь. Знаю, что ничего хорошего меня не ждёт, и от этого ладошки моментально становятся влажными. Я подхожу к его кабинету и тихонько стучусь.

— Входите, — грубый голос заставляет вздрогнуть.

Переступаю порог и застываю. Картер стоит у окна, заложив руки в карманы своих брюк, но, как только я захожу, его спина напрягается. Воздух вокруг моментально становится тяжёлым, а по телу ползут жалящие иглы.

— Ты просил зайти, — говорю я.

Картер разворачивается.

— Соберёшь свои вещи и уедешь, сегодня. Агату я попросил поставить тебе практику, документы у неё.

Взгляд злой, глаза полыхают чем-то бешеным!

— Почему ты так поступаешь?

— Я же предупреждал, чтобы ты бежала отсюда, а ты не послушала, — цедит он, сквозь зубы, — подумай, это не больно?

После его слов я вздрагиваю. Голова идёт кругом.

« Подумай, это не больно»…

Я хватаюсь за косяк и на миг выпадаю из реальности.

Я вижу парня, но лицо опять в темноте. Аура настолько подавляющая, что мне кажется, ещё немного и остановится сердце.

— Подумай это не больно, — говорит он.

— Да, Тера, ты являешься прямым доказательством, что человек может жить без мозгов, — говорит все тот же парень, — Сделай одолжение, беги к своему малышу, мне больше не интересно.

Нет… Нет… Нет …