Надежда Янаева – Земля № 17 (страница 6)

Ваху он не спешил размораживать, тот стал бы задавать вопросы, отвлекал бы его от миссии. Отчет он отправил сразу, как и положено. Вполне стандартный: нужны еще исследования, планета не пригодна для жизни, слишком загрязнена, необходимо выждать лет 30–40 и потом продолжить исследования, к тому времени радиационный фон сам спадет и количество выживших землян, если таковые имеются поубавиться. Контакта не произошло, в Порту все в порядке, результаты исследований прилагаются, материалы будут доставлены при посещении Галактической базы. Готов к дальнейшим исследованиям.

Ответ Стива поразил: во-первых, пришел слишком быстро, обычно это занимало от одного до двух дней, тут, словно его только и ждали, либо Порт опередил, сразу отрапортовали про его отлет, хорошо, что он сразу послал отчет.

В предписании, четко говорилось: представить развернутый отчет для организации и прибыть с пробами немедленно. Стива спасло от немедленного галактического транс прыжка только то, что корабль был, немного поврежден на предыдущих экспедициях и ему требовался ремонт где-нибудь на галактической станции, коих было вполне достаточно в Галактике. Поэтому ему предписывалось своим ходом добираться до ближайшей станции. Это давало Стиву время, вполне себе не замеченным, так как по кодексу экспедиция была секретной, и требовалось включить невидимый режим даже для Союза, и он мог спокойно следовать своему курсу, в случае выявлении и поимки вполне мог сослаться на то, что он тут и штурман и капитан – мог и заплутать.

Пришлось разморозить Ваху. Стив насладился последним вечером в тишине, памятуя о том, что Лиза могла научить Ваху своим гибридным штукам, он обдумал все хорошенько, взвесил еще раз все за и против. В очередной раз согласился с собой, что сдать Ваху Союзу – это не позволительная роскошь для него и благодарность власть имущих не сравнится с возможностями, которые открывает для него это невнятная кучка землян, как он их про себя назвал.

Эти совершенно обычные мясные земляне, которые сами состоят из мяса, едят мясо и находятся на низшей ступени развития, могли дать ему гораздо больше, чем целый Галактический Союз инопланетян всех мастей и состояний от газообразного до жидкого, от эфирных и совсем невидимых, все они устарели как тот мир, который они представляли.

Стив включил размораживающую установку и подумал, что у него нет мяса, чтобы кормить Ваху. Потом еще подумал и понял, что никогда не видел как они ели мясо, ну то есть совсем не видел мяса, из всего мясного, что он видел на Земле – это были люди, собака, животные, но никто из них не ел мясо.

Он читал, и их всегда учили, что земляне – мясные, и тут он, нет, еще пока ничего не понял. Какое-то странное сосущее под ложечкой сомнение закралось к нему, что что-то не так с этими людьми он видел и понимал это с самого начала. Они не те земляне, на которых он смотрел долгими вечерами, пока бороздил космические пространства. Он дотошный, он готовился к миссии, он знал, чего от них ждать и что в итоге, к тому, что с ним приключилось – он был готов только благодаря долгим годам в космосе, долгим исследовательскими миссиям, но не информативным фильмам про землян.

На всякий случай он взял у Вахи анализы и провел полную диагностику. Как и следовало ожидать, организм был достаточно поврежден, радиация делало свое дело без медикаментозного вмешательства жить Вахе оставалось несколько лет. Анализы были достаточно плохие, и да они не врали – возраст его был за 200 лет. Такого еще он не встречал двухсотлетний человек.

Ваха долго приходил в себя, его тошнило, в целом с учетом всего вышеперечисленного для него это было нормально. Стиву было немного грустно осознавать, что жизнь конечна, для человека новой эры – это так же грустно, как и для любого жителя Галактики много веков назад. Он раздумывал говорить Вахи или нет и дать ли ему лекарства, что-то могло и помочь.

Ваха спокойно выслушал, спросил, успеем ли долететь, согласился проглотить пилюли, сказал, что это заморозка очень утомляет и пошел спать, при подлете к планете просил разбудить. От былой веселости ничего не осталось. Стив пытался расшутить его, типа: все земляне в космосе становятся душнилами, но тот никак не отреагировал и через несколько минут заснул беспробудным сном. Видимо лекарства так подействовали, успокоил себя Стив и пошел заниматься своими делами. Из центра его больше не беспокоили, и он занялся кораблем. Элоиз дежурила и была все время начеку, чтобы в случае какой-то внештатной ситуации отмазать его.

– Святая женщина, – так называл ее про себя Стив, – жаль, конечно, что она каракатица, а то бы женился.

Прошло несколько недель, Ваху мутило, он немного ел, много спал, очень много, иногда сидел в капитанском кресле смотрел ровно перед собой в космос и восхищался, потом уставал восхищаться и в обще что-нибудь говорить и сидел молча, потом засыпал. Тогда Стив левитировал его в каюту и продолжал заниматься своими делами.

Глава 7. Крапивка

Как, и стоило ожидать: планета была окружена поясом астероидов, и кучами мусора от галактических кораблей, кои сюда транспортировали пираты. Они кружились в замысловатом вихре, не давая их кораблю войти в межпланетное пространство. Пришлось лететь в капсуле. Капсула была довольно тесной рассчитана на одного человека средней комплекции, Стив с Вахой были довольно высокими по галактическим меркам, им пришлось буквально съеживаться под тяжестью атмосферного давления.

Полет был вполне стандартным: верхние слои атмосферы прошли более менее сносно, в нижних сильно потрясло, но выхода другого не было. Стив не мог лететь один и оставить Ваху приглядывать за кораблем.

– Нет никакой гарантии, что этот потс не сбежит, – так думалась Стиву, кто такой потс и куда он мог в обще сбежать в открытом космосе на чужом корабле тот не вникал. Отпустить Ваху одного он не мог потому что, ну а как ему верить?

– В тесноте да не в обиде, – сказал Ваха и вот они уже мягко садятся где-то в синем лесу.

Конечно, посадка была не из легких, пришлось лететь на ручном управлении, Вахины коленки мешали переключать скорости. Они летели уже совсем низко, кругом был бескрайний лес. Стив уже начал немного нервничать, надо было садиться. Лес вдруг расступился, и перед Стивом возникла долина Ману так, они потом узнали, она называлась. Слететь с обрыва в каньон им не дали стволы деревьев, которых они насобирали достаточно, пока катались по лесу.

– Катались, – фыркнул Стив, так назвал это Ваха, пока Стив мастерски уворачивался от огромных баобабов размером с небоскреб.

Они немного пособираслись и выдвинулись в сторону долины. Идти, судя по навигационной системе, предстояло дня два или три, а может и больше, все зависело от ландшафта. Как оказалось впоследствии не только от него. Лес был высокий тенистый, но внизу из-за маленького количества света, который еле пробивался сквозь густую крону, почти не было растительности, хвоя и шишки. Ваха охал и ахал и говорил как у нас, я как дома. Когда мимо него пролетел огромный москито-шмель, он поубавил свою радость и старался не отходить от Стива. Оружие Стив ему все же не дал, хотя и привык уже и вроде и начал доверять. Он однажды увидел, как тот лущит семечки, не спеша планомерно – одну за другой и понял – такого лопатой не перешибешь, дождется своего часа и прибьет его также не спеша спокойно, с чувством с толком с расстановкой.

Они шли уже около десяти часов, устроили привал, пообедали. Ваха ни с того ни с сего развеселился и напоминал себя прежнего на Земле.

– Может это на него гравитация так действует, – раздумывал Стив.

Через некоторое время они поняли, что не одни за ними явно кто-то шел, шаги не были слышны, ни ветерка, ни звука, но было что-то пугающее в этой тишине.

– Затылком чувствую, – сказал Ваха, – мы не одни, давай выйдем на открытую местность, не нравится мне этот лес, – ныл он.

– Тебе же все нравилось, как дома, люблю такой лес, – передразнивал Стив. Хотя сам уже искал в навигаторе как скорее спустить в долину.

Они возникли спустя три часа, просто ниоткуда из воздуха. Три робота-мегалопоида, их используют на рудниках в старом мире, так называют очень древние планеты, на которых ничего не осталось кроме полезных ископаемых. Огромны, имеет большую силу, умом особо не отличаются, главное их качество послушность корпорации, даже неумолимость и желание качественно выполнить свою работу.

Раньше, в таких мирах использовали людей, каторжников, пиратов и прочий сброд, но частые аварии и бунты на производстве в результате, которых потом приходилось высылать солдат для усмирения, а после инженеров и строителей для устранения последствий, выходили корпорациям в копейку и те решили, что гораздо дешевле вложиться в разработку роботов единожды, чем постоянно вкладываться в процесс. Поэтому роботы морально устарели еще в прошлом веке, их медлительная работа немного раздражала корпорации, но с учетом спокойного планомерного поступления доходов без всяких стрессов и лишних издержек все всех устраивало.

Вскоре семьи, которые занимались такой добычей стали сами похожи на своих роботов, они старели, дряхлели, как и их увядающий бизнес. Словно работники похоронного бюро, иногда их можно было заметить на каких-нибудь галактических мероприятиях, они шаркали ногами или ластами – не спеша с чувством с током с расстановкой, словно узник катил перед собой тележку с камнями.