Надежда Янаева – Письма хрупкой души, или Сделано в СССР (страница 7)
Надя, ты молодец! Ты умничка! Я горжусь собой!!! Осталось совсем немного написать еще половину второй книги и продолжить третью и все ты будешь свободна.
2025. Как бы ни так! Опубликовала уже четыре книги в интернете, их, конечно же, никто не покупает. Теперь я доделываю эту Старую книгу, как я ее называю. И в перспективе у меня уже начаты Лукинские хроники, там не будет общего сюжета, так разрозненные рассказы о жизни на планете Лука. Надо же куда-то выливать из головы всю ту дичь, что происходит вокруг.
Все-таки, какая мука писать книгу, я понимаю авторку «Над пропастью во ржи», одну написала и больше не хочется.
Проверить!!! В 2035 году, если доживу, я буду самым оплачиваемым писателем в Голливуде! У меня будет муж и ребенок.
2025. Лос-Анджелес горит, даты начала премий переносятся, останется ли вообще Голливуд таким, каким мы его знали?
Вечером этого же дня, где-то часов в семнадцать мне позвонила медсестра из смотрового и сказала завтра прийти к врачу. Я сдавала цитологию, и пришел ответ. Теперь смешной вопрос: будет ли для меня 2035? Странно да? Конечно, будет. Все будет хорошо.
Они ошиблись, фиброму вырезали и все хорошо. Я съездила на прием к остеопату, и он это подтвердил, так что живем! Маме про это я не стала рассказывать, она до сих пор не знает. Рассказала брату, он повздыхал и начал рассказывать, как коллега умер на работе из-за этого. Я посочувствовала ему.
Я к маю дописала вторую книгу Хатс и издала в интернете. Продаж нет. Я допишу эту, быстро допишу, надеюсь, и на работу. Год потеряла!
Есть такая детская игрушка – калейдоскоп, если потрясти осколки сложатся в узор. Узоры в калейдоскопе практически не повторяются, каждый поворот приводит к появлению нового узора, все как в жизни. Ты думаешь, решаешь и делаешь шаг или не делаешь.
Глава 8. Застолья
Итак, преступим! Непосредственно, так сказать, перейдем к главному событию в жизни советских людей. Думаю, теперь вам в некоторой степени стало понятна важность этого процесса. После всего пережитого в жизни каждого советского человека появилось окно возможностей, которое в целом никуда не вело, а скорее уводило, что тоже в чем-то являлось плюсом. Какой бы не был мир, и какие бы войны мы не вели, чтобы не происходило на работе, в субботу вечером или даже с обеда каждый советский человек имел право выпить.
Можно было, конечно, начать уже и с пятницы, но это для мужчин, не для женщин. Женщины начинали подготовку к празднику уже на неделе и не факт, что на этой. Задолго до торжества закупались различные долгоиграющие продукты. Так как ничего толком в магазинах не было, но все-таки иногда и было, приходилось, так сказать, охотиться за едой: стоять в очередях, доставать что-то через знакомых и тому подобное.
Что-то закупалась по карточкам, что-то удавалось урвать в обед. В общем и целом это для некоторых был увлекательный квест, чем удивить гостей. Мне, как ребенку вся эта суматоха не нравилась, но я воспринимала ее как должное и тягостное мероприятие, как-то: стояние в очереди за куском вареной колбасы и т.д. Алкоголь, мало кто из наших гостей пил вино и настойку, – водка, вот фаворит всех этих посиделок.
Помимо того, что все это надо было достать, это надо было еще и приготовить. Отварить овощи на оливье и на винегрет: картошку, морковку, свеклу, отварить яйца. Потом все это нарезать мелкими кубиками. Приготовить мясо, испечь пирог и не один, сделать салат из огурцов и поморов, нарезку из копченой колбасы и сыров.
Все это подать на стол прямо перед приходом гостей, так считала моя мама, чтобы горячее было горячим, а холодное холодным, только что из холодильника. Поэтому суматоха начиналась с вечера пятницы: все нужное варилось, не нужное замораживалось или наоборот размораживалось. Утро субботы начиналось с чистки и нарезки овощей.
– Мельче режь! Куда такими кусками! – командовала мама.
Чистить вареные овощи тоже я вам скажу, еще то занятие. Сейчас, если я вдруг захочу оливье, я пойду, куплю, съем и забуду о нем, как о страшном сне!
Следующий этап: жарка мяса и выпекание пирогов. Пироги были с палтусом, рыба заранее замачивалась, чтоб была не очень соленая. Пирог с вареньем, пирог с яйцом. Сразу объясню, почему не с ягодами, холодильники тогда были небольшие, морозилка была крохотная, вся продукция консервировалась по банкам, так и хранилась всю зиму.
Поэтому обязательными на столе считались закрутки, к этому надо было готовиться заранее еще с лета. Овощи закупались, обрабатывались и закручивались в банки. Грибы собирались по лесам, чистились, отваривались, мариновались и тоже в банки. Та же участь постигала и ягоды.
– Вы знаете, что это такое собирать северные ягоды? Не всегда их целые поляны, иногда приходится изрядно поползать по болоту в сопровождении комаров.
Таким чудесным образом на праздничном столе появлялись, закатанные собственноручно хозяйкой: помидоры, огурцы, лечо, грибная икра и различные виды варенья в пирог. Была и экзотика, как-то: варенье из апельсиновых корок, варенье из сосновых шишек, варенье из арбузных корок, ну и тому подобное, даже не хочу вспоминать.
Отдельно идут супы, они подавались перед горячим. В летнее время – это окрошка, в остальное – картошка с мясом, в основном со свининой, почему-то свекольник, хотя в обычное время мы не ели его.
Важным элементом также была рыба, все-таки Мурманск портовый город. Рыба была обязательно красная слабосоленая, селедка кусочками в масле, копченый палтус, пирог с палтусом, бутерброды с печенью трески или салат с ней же. Это было не все сразу, конечно же, но два три вида из перечисленного имелось.
Помимо этого необходимо было убрать квартиру к приходу дорогих гостей: помыть полы, пропылесосить, все вещи разложить по местам, протереть пыль. Убрать то, что необходимо убрать и выставить на всеобщее обозрение, что будет радовать взор. Опять же сами понимаете, вот придут к вам гости, а у вас не дай бог, как у меня: обои на потолке по шву отклеиваются.
– Непорядок! – скажут они.
Поэтому квартиру надо было блюсти, что есть силы. Мама постоянно делала ремонты, покупала, доставала где-то новые обои, то в комнате надо переклеить, то в спальне, то на кухне потолок обновить, то в туалете. Это был бесконечный и постоянный квест – вечный ремонт, плавно перетекающий из одной комнаты в другую.
Также необходимо было доставать новую мебель: набор диван и кресла, стенки мне и брату, чтоб были на свадьбу. Одна из таких до сих пор стоит у меня в квартире. Как-то я хотела ее заменить ее встроенным шкафом, но мама сказала:
– Зачем деньги тратить? Все равно замуж выйдешь и будешь у мужа жить.
Мне сорок пять, замуж я так и не вышла, но желание обустраивать квартиру пропало. Тут идет ржущий в слезах смайлик.
Помню, как приехала из пионерского лагеря, а в зале, да у нас была зальная комната для приема дорогих гостей. Ну, в самом-то деле не на кухне же им сидеть! В общем, в зале стоит новый комплект: диван и два кресла. Диван мы отдали, а кресла, как вы понимаете, до сих пор одно у мамы, другое у меня, стоят. Главное мама сама в отпуск не поехала, а на отпускные купила вот это. Что важнее отпуск или диван? Почти гамлетовский вопрос.
После того, как все было нарезано и приготовлено. Квартира убрана. Нет, вы не думайте, это мы в три пары рук: мама, я и бабушка приходила пораньше с утра, чтобы помочь. Мне-то чем заниматься, не гулять же идти или уроки делать в самом-то деле.
Помню, в школе в субботу были какие-то соревнования с утра и вот они закончились, и я стою и жду учительницу. Она подходит и говорит:
– Надя, иди, все пошли на корт поиграть.
– Нам в гости идти надо к двум часам, можно я пойду домой? – отвечая я.
– Иди, конечно, – как она тогда на меня сочувственно посмотрела, это я только потом поняла, почему.
Так вот, надо накрыть на стол. Ты мечешь все из холодильника и в целом из кухни на огромный стол книжка расставленный в зале. Тарелки, столовые приборы – все не абы что, все новое из сервиза. Была даже огромная супница, жутко тяжелая. Рюмки, бокалы, стопки, хорошо хоть водку не переливали в графин, а разливали так из бутылки. Скатерть, салфетки на стол, салфетки на колени, чтобы не испачкать. Все это надо потом отнести на кухню, помыть, постирать, убрать обратно в стенку.
Все члены семьи должны были официально присутствовать, пока были маленькие, конечно. Иначе, зачем это все? Ладно, к брату приходили двоюродные братья, они закрывались у него в комнате и играли. Я сидела сколько-то за столом, потом старалась хотя бы уйти в другую комнату, к середине празднования всем уже было не до меня.
Каждый прием пищи сопровождался тостами, тосты были за встречу, за хозяев и гостей, главный: за здоровье бабушки и долгие годы жизни. Всем опоздавшим наливалась полная штрафная рюмка и почему-то они должны били выпить ее полностью. Каждый следил друг за другом и в случае, если сосед по столу филонил и не пил до дна, ему ставали на вид, например, условно говоря:
– А, Марь Ивановна, не пьет до дна!
Марь Ивановна начинала оправдываться и ссылаться на свои болезни, но ее дружно заставляли выпить, под предлогом того, что кто-то из присутствующих обидится. За что и зачем надо было обижаться – не понятно. Как не понятно и то почему бесконечно надо было заставлять гостей есть: