Надежда Волгина – Ведьма и инквизитор (страница 4)

В ответ он лишь еще более протяжно застонал. Видно, ранен он…

Лия присела возле мужчины, и тут на её счастье выглянула луна. В тусклом свете получилось увидеть мужской силуэт с неестественно вывернутой ногой. Создатель! Да он попал в капкан, как зверь какой-то. И как же его угораздило?

– Я вам помогу, слышите? – пробормотала Лиана, шаря по земле руками в поисках палки. Нужно разжать зубцы капкана, и тогда получится освободить ногу. – Но и вы мне помогите, очнитесь уже, – прижала она ладонь к мужскому лицу, а потом и хлопнула по щеке не очень сильно.

Палка нашлась, а одновременно с этим и раненный пришел в себя.

– Помогите сесть, – попросил он, и голос его Лиане понравился.

Он снова застонал, когда Лиана помогала ему сесть и опереться спиной на себя.

– Дайте палку, – нащупал он её руку.

– Давайте…

– Я сам! – вырвал он у неё палку.

Лия не видела, что он там делает, но получалось у него явно плохо. Один из стонов даже перерос в рычание. Но вскоре раздался лязг металла, и что-то большое мужчина отбросил в сторону.

– Полагаю, что нога ваша сильно пострадала, – проговорила Лиана. – Нужно обработать и перевязать рану. Есть кто-то поблизости, кто может это сделать?

– Если бы был, как по-вашему, валялся бы я тут без сознания? – в мужском голосе послышалась усмешка.

Лиана и сама понимала, как глупо прозвучал её вопрос, но все равно стало обидно.

– Чтобы получить помощь, вам придется встать и пойти со мной, – сухо отозвалась она.

– Пойти? Но куда? Вы живете в дремучем лесу?

– А вас сейчас только это волнует? – возмутилась Лиана. – Не всё ли равно, где я живу? Я вам предлагаю помощь и только.

Она резко встала. Оставшись без опоры, мужчина снова повалился на землю и глухо застонал.

– Простите, – смутилась Лиана. – Вот моя рука, – протянула она руку в темноту (луна уже снова спряталась).

Видно, зрение у раненного было гораздо лучше, чем у нее, руку Лианы он нашел сразу же. А вот поднять его на ноги получилось с трудом, Лия аж взмокла.

– Можете опереться на меня, – подставила она плечо, запоздало осознавая, насколько мужчина крупнее неё.

С великим трудом довела Лиана незнакомца до охотничьей хижины, хоть и была та совсем рядом.

– Ждите здесь, – усадила она его на крыльцо, а сама метнулась в хижину за всем необходимым. Мать с отцом заранее позаботились о том, чтобы взять с собой обеззараживающую настойку и чистую холстину, на всякий случай. Кто бы мог подумать, что помощь потребуется совершенно постороннему человеку.

Глава 5

Дарнир не предполагал, что за поганой ведьмой ему придется гоняться больше недели. Обычно на выслеживание и поимку уходило не больше суток. Мегарис – артефакт, улавливающий малейшие проявления магии, отлично справлялся со своей задачей. И настигнуть ведьму не составляло труда – они ведь все как одна недалёкие и мнящие себя всемогущими. Свою нечистую магию используют практически везде, ибо без неё не представляют собой ровным счетом ничего. Но эта ведьма… То ли она совсем слабая оказалась, то ли особо хитрая. Вряд ли слабая, раз получилось у нее спалить целое поселение. Что же касается хитрости, то и в неё Дарнир особо не верил. Скорее всего, просто удача на этот раз была не на его стороне.

В первый же день слежки он уловил магию ведьмы, но мегарис привёл его лишь к пустующем месту ночлега негодной. Она успела уйти и схорониться так, что еще сутки артефакт её не чувствовал. И так случилось еще дважды. А уже наступило полнолуние, и времени в запасе оставалось не так и много. Лишь когда ночное светило полное ведьму легко уличить, как и получить неоспоримые доказательства её принадлежности к этим отбросам общества. Потом придется действовать иначе, проявить изобретательность. Но и этот факт Дарнира не печалил, а скорее, злил.

Перед тем, как отправиться на выполнение задания, у него состоялся не самый приятный разговор с братом…

– Неужели опять собираешься гоняться за ведьмой? – хохотнул далеко не трезвый Ирлий, вернувшись из клуба за полночь.

«Клуб настоящих мужчин» – так называлось излюбленное заведение брата, которое он посещал чуть ли не каждый день. Там он играл в карты на деньги и общался с женщинами легкого поведения. Если бы не тот факт, что все финансы семьи контролировал Дарнир, то, наверное, Ирлий очень быстро промотал бы их состояние. Но на его содержание выделялась хоть и не малая сумма, но та, на которую Дарнир мог себе позволить не обращать внимания. Хочется брату так жить, пусть. Уже давно Дарнир оставил попытки вразумить Ирлия. Одно не оставляло в покое – то, что пил брат тоже много и каждый день. И это явно отражалось на его здоровье и уме.

– Представь себе, – отозвался Дарнир.

Он уже собрался в поход, упаковав всё необходимое в удобную дорожную сумку. Дал распоряжение конюху, чтобы к рассвету оседлал для него лошадь. Оставил список заданий для своего помощника в управлении делами. И собирался поспать несколько часов перед дорогой, как заявился Ирлий и попросил составить ему компанию за кружкой эля. Пить Дарнир отказался, но все же решил немного побыть с братом. В последнее время общались они не так часто. Да и домой брат почти всегда возвращался, когда Дарнир уже спал. А пробуждался, когда Дарнира уже не было дома. За редким исключением, каким и стал этот вечер.

– И не надоело тебе тратить время на это отребье? – скривился Ирлий. – Всех не истребишь. Да и плодятся они слишком быстро, – тут же усмехнулся.

– Но одной, все же, скоро станет меньше, – ответил Дарнир, не желая и дальше развивать эту тему.

Отношение брата к службе в ордене было известно Дарниру. Инквизиторов короля Ирлий считал бестолковыми фанатиками. Естественно, никогда он так не называл младшего брата. Но почему-то Дарнир не сомневался, что подобная снисходительность была связана с родственными узами и крохами того тепла, которое еще сохранялось между ними. С годами общего у него с братом оставалось все меньше и меньше. Разве то, что оба они пока еще не выбрали себе спутницу в жизни, чем сильно огорчали престарелого отца. Мать же умерла, когда Ирлию было десять, а Дарниру восемь лет. Сгорела от чахотки за каких-то два месяца.

– Не узнаю я тебя… – рассматривал Ирлий Дарнира со странным выражением на лице. Слишком трезвым для изрядно пьяного. – В кого ты превратился? Если бы не знал точно, что тебе всего двадцать четыре года, решил бы, что передо мной сидит древний старик в шкуре молодого мужчины. Когда ты в последний раз смеялся, брат?

Когда? Дарнир и сам уже не помнил. Наверное, тогда, когда он еще был счастлив. Но за четыре года изменился не только он.

– Я тоже не узнаю тебя, Ир, – не остался Дарнир в долгу. – Когда ты в последний раз был трезвым?

– А зачем? – хмыкну брат. – Быть трезвым скучно, в голову лезут всякие мысли.

– Например, какие?

Сколько помнил себя и брата, Ир всегда казался Дарниру даже слишком веселым и беспечным. Не думал, что что-то может его тяготить. Правда, раньше он не увлекался горячительными напитками. Даже не переносил их на дух. А пить начал… после смерти Саяны, однако. И произошло это четыре года назад. Именно тогда Дарнир и поступил на службу в орден.

– Это неважно, – тряхнул головой Ирлий. – Всякие… – задумчиво повторил, рассматривая жидкость в своей кружке. – Плюнь на это задание, брат! – неожиданно горячо проговорил, глядя на Дарнира покрасневшими глазами.

– Что на тебя нашло, брат? – усмехнулся Дарнир.

– Считай, что у меня плохие предчувствия. Хватит уже гоняться за ведьмами. Просто живи…

– Просто жить я уже никогда не смогу, – встал Дарнир с кресла. Разговор с братом неожиданно стал для него в тягость. Да и пора было спать. – А вот ты сможешь, если захочешь. Бросай пить, брат. И женись уже на радость отцу…

Он уже вышел из холла, когда до него донесся голос брата:

– Каждый по-своему бежит от правды.

Интересно, от какой такой правды бежит Ирлий? – подумалось тогда Дарниру, но как-то мимоходом.

И вот сейчас, пробираясь по ночному лесу, ведомый мегарисом, руны на котором слабо мерцали от едва заметной магии, Дарнир снова вспомнил тот разговор с братом. Не потому ли, что и его не оставляли предчувствия? Только, о чем именно они предупреждали, он не понимал.

Близился рассвет. Времени оставалось не так много. Но свечение мегариса становилось всё ярче. А это значило одно, что он почти у цели.

Укрытие ведьмы Дарнир заметил не сразу – оно умело пряталось среди кустов, в небольшой скальной расщелине. И как только Дирнир приблизился к ней, так сразу же мегарис погас. Значит ведьма тут еще, и именно ее магия делает её незаметной для артефакта.

Дарнир достал из сумки аметистовый браслет и надел его себе на запястье. Он защитит его от магии ведьмы, если та каким-то образом вырвется из-под контроля. Но на случай того, чтобы этого не случилось, у него был ошейник из черного обсидиана – мощный поглотитель магии, который всегда использовался при поимке ведьм. Как только он наденет на ведьму этот ошейник, так сразу же она окажется в его полной власти. И пусть тогда сколько угодно молится на свою луну или воет на неё как загнанная волчица.

Ведьма спала. Не проснулась даже тогда, когда надевал на неё Дарнир ошейник. Разве что, шевельнулась во сне, да пробормотала что-то непонятное. Оставалось только дождаться её пробуждения.