Надежда Волгина – Ведьма и инквизитор (страница 3)

Недолго думая, Нария «включила чуйку», как сама она назвала эту свою особенность. Достаточно было как следует подумать о ком-то, как сразу же она видела место, где он находится. Так вот Крея она «увидела» у дороги, на выезде из поселка. И разговаривал он с соседом – дядькой Лойдом.

Дом их стоял близко к окраине села, и Нария побежала за братом через кукурузное поле. Добежать не успела – брат заметил её голову, мелькающую среди высоких толстых стеблей со спелыми сочными початками, и повел себя странно. Зачем-то замахал руками, как припадочный, наспех простился с соседом и помчался к ней, рискуя убиться початками кукурузы.

– Быстро бежим домой! – не дал Нарии Крей даже слова сказать. Схватил за руку и потянул в обратную сторону.

– Да что с тобой такое?! – вырвала Нария руку уже во дворе. – Чуть не угробил нас…

– Дядька Лойд сказал такое!.. – почему-то испуганно таращился на неё Крей. – Идем в дом, – снова схватил её за руку.

– Пусти! Сама могу ходить, – оттолкнула его Нария и первая вошла в дом. Но в столовую Крей вбежал первый.

– Мам, пап, дядька Лойд встретил юродивого Пекра, и тот сказал, что в поселок пылит отряд королевской стражи. А главный их говорил что-то про нас, – выпалил Крей. – Вроде как, едут они к нам, по нашу душу.

Первый раз Нария видела брата таким испуганным. Обычно он не боялся ничего, даже самого страшного или опасного. Еще и мама повела себя странно.

– Герт, быстро в погреб! – выскочила она из-за стола. – Ты знаешь, зачем… Лиана, Нария и Крей, у вас есть пять минут, чтобы взять из своих комнат что-то нужное и важное для вас. Пять минут! – страшно-тихим голосом повторила она, сопровождая всё это лихорадочно горящим взглядом. – Я возьму наше с отцом… Через пять минут встречаемся на заднем дворе!

Эти пять минут показались Нарии чем-то одновременно и длинным, и коротким. Она взяла свою любимую книгу и ожерелье, которое подарили ей мать с отцом на восемнадцатилетие. А больше ничего ценного у нее и не было. И душу буквально разрывало чувство тревоги, горя и отчаяния.

– Уходим в лес! – только и сказала мама, когда все вышли на задний двор, кто с чем. Свою поклажу Нария завернула в пуховый платок, который просто первый попался под руку. У отца за спиной висел объемный мешок, чем-то набитый до верху. Мешок поменьше несла мама.

Еще пять минут ушло, чтобы добежать до леса, никем не замеченными, и скрыться в его тени. Потом еще минут десять мама быстро вела всех вперед, заводя в чащу. И лишь потом остановилась, скинула на землю мешок и повернулась к остальным. Рядом с ней всё то же проделал отец и показался он Нарии постаревшим лет на десять.

– Мам, пап, что происходит? – едва не плакала Лиана. – Почему мы бежим из дома?

– Ты права, Лия, туда мы больше никогда не вернемся, – посмотрела мама в сторону поселения, оставшегося далеко за лесом. – Потому что королевская стража может ехать к нам только по одному делу – за Нарией, – вздохнула она и с тоской в глазах посмотрела на младшую дочь. – Я знала, что время это настанет, потому и приготовилась к бегству заранее. И сейчас мы с тобой должны будем расстаться, дорогая, – приблизилась она к Нарии и взяла ее руки в свои теплые и такие родные.

Плакать хотелось со страшной силой, но Нария не позволила пролиться ни слезинке.

– Ты будешь прятаться в лесу так долго, сколько потребуется, пока не минует опасность быть схваченной, – сухо говорила мать, словно на автомате. И лишь глаза её блестели невыплаканными слезами в сумраке леса. – На одном месте не оставайся дольше одного дня и одной ночи. Петляй, запутывай следы. Магию используй с осторожностью, по ней тебя легко вычислят. Выживи любым способом, поняла меня?! – больно сжала она руки дочери.

– А вы?.. – только и смогла выдавить из себя Нария.

– А мы пойдем своим путем, – словно сдулась вдруг мама, сгорбила спину и плечи. Как будто в ней сломался тот железный стержень, что держал её спину прямой долгие годы. – За нас не волнуйся. Но и знать тебе, куда мы направляемся, не нужно.

– Я пойду с Ри! – выпалил Крей. – Негоже ей одной по лесу шастать!

– Нет, – опустил отец тяжелую ладонь на плечо сына. – Этот путь она должна проделать в одиночестве. Такова её судьба, видно, – блеснули слезы в его добрых и усталых глазах.

В горле Нарии стремительно разрастался ком. Дышать становилось всё сложнее и сложнее. Но плакать она не будет, ни за что!

– Луна тебе в помощь, дочка, – крепко обняла и поцеловала её мама. – А Создатель… Что ж, будем надеяться, что и он не оставит тебя без своей защиты. Прощайтесь с сестрой, – посмотрела она на Лиану и Крея.

Лиана разрыдалась, и именно такой, заплаканной и несчастной, осталась в памяти Нарии. Брат едва не раскрошил зубы, когда стискивал Нарию в объятьях. Милый надежный Крей – спутник всех её детский игр и шалостей. Видно, и об этом ей теперь суждено вспоминать в одиночестве. Если, конечно, выживет с помощью или без Создателя. Когда отец прижимал её к груди, Нария постаралась навсегда запечатлеть в памяти его запах. Ну а мама… Мудрая, порой излишне суровая, но всегда такая любящая и справедливая. Её Нария точно никогда не забудет.

– Мы еще свидимся? – только и спросила Нария напоследок, когда мама отдавала ей мешок поменьше. В нем, оказывается, она собрала немного провизии на случай бегства.

– На всё воля Создателя. И найти нас ТЫ сможешь всегда. Прощай дочка, – отвернула она от себя Нарию и легонько подтолкнула в сторону леса. – Иди быстро, не оглядываясь.

И Нария пошла.

Глава 4

– Лия, хватит уже ворочаться! Сама не спишь и остальным не даешь, – проворчала мама, отворачиваясь на другой бок.

– Уснешь тут, – буркнула Лиана и слезла с топчана, на котором едва помещались они с матерью вдвоем.

На полу, на охапке соломы устроились отец с Креем. Оба уже крепко спали. Да и мама мерно посапывала, пока Лия не разбудила её, страдая от бессонницы. Вымотались все за день. Ужинали наспех, чтобы поскорее уснуть и дать отдохнуть натруженным ногам. Лия тоже устала, но сон почему-то не шел.

Хлипкая дверь протяжно скрипнула, когда вышла Лия на крыльцо. Ночь встретила полной луной и влажной духотой.

Как там Нария? – промелькнула в голове мысль, которая неизменно вызывала у Лианы грусть. Не очень-то они были близки с сестрой. В раннем детстве Лия ревновала родителей к Нарии, всё ей казалось, что любят они младшую сестру сильнее. Потом родился Крей, и у Нарии как-то быстро с братом появилось гораздо больше общего, чем с сестрой. А потом Лия узнала семейную тайну и как-то вовсе стала сторониться Нарии. Не потому что не любила – боялась сближаться, чтобы не выдать её, наверное. Но сейчас ей не хватало младшей сестренки – привыкла она жить с ней бок о бок. Да и вообще от привычной жизни почти ничего не осталось. Вот и мать с отцом словно подменили – улыбка теперь на их лицах не появлялась, всё больше хмурились да думали о чем-то своем. Они и между собой говорили мало.

Сорочка липла к телу, и Лия сняла её. Родные спят, а кто еще её может увидеть обнаженной в глухом лесу? Постелив сорочку на ступень местами прогнившего крыльца, девушка опустилась на неё и подставила кожу едва заметному ветерку, что временами шевелил листву. Но даже так дышать стало легче.

Вот уже неделю они бродят по лесу. Ну не бродят, ладно, а идут всегда в одном и том же направлении – на запад. На вопрос дочери, куда именно, мама отказалась отвечать. Только и сообщила, что путь их еще продлится с неделю, а потом… потом, по её словам, им должно стать намного легче. Если, конечно, раньше их не схватят королевские стражи.

На ночлег они никогда не останавливаются в одном и том же месте. Да они и на привалы-то тратят не больше часа, чтобы отдохнуть и перекусить. А ночуют чаще под открытым небом. Это вот сегодня им повезло набрести на заброшенную охотничью хижину. Но такая удача случилась впервые за всё время странствий.

Тишину ночного леса нарушало лишь пение одинокой птички. И не спится же ей…

Откуда ни возьмись появилось желание прогуляться. Ночью. В чаще леса. Лиана и сама себя не понимала, когда натягивала обратно сорочку и спускалась с крыльца. Она лишь сделает несколько шагов от хижины. Что в этом особенного? Далеко точно не пойдет, лишь пара шагов… И идти будет всегда прямо, чтобы не заблудиться. Вернуться обратно будет просто, также по прямой.

Запоздало мелькнула мысль, а водятся ли в этом лесу дикие звери? Отец охотился, конечно, но возвращался обычно с зайцами, да хорьками. Один раз добыл небольшого кабанчика, что вовремя попал в капкан. Водятся ли тут волки и медведи? Да и какая разница, если она скоро повернет обратно? Дикого зверя услышит издалека, на то он и дикий.

Какой-то звук привлек внимание Лианы. Чуждый лесу, посторонний. И это точно не рычал какой-то зверь. Девушка остановилась и подождала, когда звук повторится. Стон ли это? Неужто человеческий? И раздаётся он откуда-то совсем рядом.

Лия свернула немного вправо, когда стон повторился, и почти сразу же на что-то наткнулась. Это был человек, мужчина. И когда носок ботинка Лианы уперся в него, он снова застонал. Как же не вовремя спряталась за тучи луна! Ничего же не видно.

– Эй… Вам плохо? – с трудом заставила себя Лия заговорить, склоняясь над стонущим.