Надежда Волгина – Суженая инкуба (СИ) (страница 44)

– Прежде чем ты начнешь сопротивляться, родная, хочу предупредить, что я гораздо сильнее тебя. Не заставляй меня делать тебе больно, просто смирись.

Голос его звучал довольно грубо, но в глазах плескалась такая любовь, от которой мне стало совсем дурно. А еще зародился страх. Что он собирается делать?

– Я хочу доставить тебя к сэру Берингару живой, – продолжил лорд, гипнотизируя меня взглядом. – Только он сможет тебе помочь. Больше никто.

Он продолжал крепко держать меня, но ничего не делал. Любовь в его глазах уступила место муке. Я даже вздрогнула, когда лорд возвел глаза к потолку и воскликнул:

– Святые силы, помогите мне! Это сильнее меня.

С этими словами он прижался к моим губам. Когда из его глаз полился в меня свет, снова лишь на миг я ощутила прилив чего-то очень теплого и родного, но сразу же за этим меня затопила нестерпимая боль. Как и в первый раз сознание покинуло меня мгновенно.

Райнер заставил меня проспать до самого ужина. Пробудилась я сама, но вставать не торопилась. Каюта была погружена в темноту, но до меня доносились звуки вечерней жизни на корабле. Откуда-то слышались смех и музыка. Пассажиры отдыхали и веселились, делали все то, на что отчасти и я рассчитывала, когда поднималась по трапу. Но все сложилось иначе. Во мне трепыхнулась жалость к себе же, но и ее быстренько прогнал проклятый туман. Видно, и на это мне не оставили права.

Не могу сказать, что была благодарна лорду за то, что усыпил меня, но чувствовала себя отдохнувшей впервые с момента отплытия из порта. И это не укрылось от его глаз. За ужином Райнер не стал поднимать эту тему, лишь попросил:

– Обещай, что не заставишь меня больше прибегнуть к силе, что будешь спать днем.

– Хорошо, – ровно отозвалась я.

Лорд выглядел холодным и отстраненным. Мне даже показалось, что все, происходящее со мной, порядком ему надоело. Да и кому не надоест возиться с сумасшедшей, которая только чудом не превращается в буйную. На его мысли я по-прежнему отказывалась настраиваться. Да и не волновали меня его эмоции, по большому счету.

Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания со стороны лорда и не доводить себя до полного истощения, я стала спать днем хоть по несколько часов. Это позволило мне вернуть себе аппетит и избавиться от вялости. Радостнее мое пребывание на корабле не стало, но сил прибавилось. Да и постепенно я привыкала к ночным бдениям, как и к одиночеству. Последнее стало особенно заметно, когда лорд начал оставлять меня за ужином одну. Не могу сказать, что нуждалась в его компании, но и его явное нежелание со мной общаться немного обижало.

В одну из ночей я как обычно закуталась в халат и побрела на палубу. Давно уже облюбовала там себе деревянный ящик в укромном уголке возле самого бортика, за которым плескалась море. На этом ящике я и проводила ночи, прислушиваясь к тишине и созерцая спящую природу. Труднее всего было ни о чем не думать и не анализировать собственное состояние. Говорят, сумасшедший человек никогда не назовет себя таковым. Я же точно знала, что сошла с ума, и не понимала, каким образом у меня получается отдавать себе в этом отчет.

Я смотрела на море, пока не осознала, что оно меняется, неуловимым образом, прямо у меня на глазах. Появилась светящаяся воронка, и она опускалась все ниже. Любопытство заставило меня встать и приблизиться к бортику, чтобы рассмотреть удивительное явление поближе. Сама не поняла как, но я оказалась на краю обрыва, а воронка превратилась в сияющее озерцо. Занеся ногу над пропастью, я почувствовала, как какая-то сила оторвала меня от земли и увлекла от портала. И тут же меня оглушил гул, больше похожий на завывания. Совершенно оглохнув от него, какое-то время не соображала, где нахожусь. И лишь когда гул стих, поняла, что лорд держит меня на руках, что именно он оттащил меня от воронки. Он ничего не говорил, крепко прижимая меня к себе, лишь глаза его поблескивали в темноте.

– Как ты узнал?

Он не поднимался по ночам на палубу. Это было мое время, где ему не было места.

– Сам не знаю. Какая-то сила пробудила меня…

– Спасибо! – только и сказала я и пошевелилась, намекая, что пара уже опустить меня.

Райнер понял меня правильно и поставил на ноги.

– Советую не оставаться здесь, – ровно произнес он, – он может повторить попытку.

Значит, лорд догадался, что за всем этим стоит Келс, что не сама мгла управляет мною, а это делает гархал. Именно он открыл сейчас портал, чтобы заманить меня обратно в Аллизарию. Но я этого не хотела, и была благодарна лорду за вмешательство.

Больше такого не повторилось. До самого прибытия в мои ночи не пытались вмешаться ни Келс, ни Райнер. Ну по крайней мере, вмешаться физически. А вот разговора с гархалом в мою последнюю ночь на корабле мне избежать не удалось.

Как обычно я поднималась на палубу, а оказалась в Сонном лесу, в иллюзорном Сонном лесу. Я это сразу поняла по перламутровому сиянию, заливающему пространство, и по белому туману, стелящемуся по песку. Двоякое чувство испытала. С одной стороны, обрадовалась, потому что успела соскучиться по необычной природе Аллизарии, с другой – я не знала, чего могу ожидать от встречи с Келсом.

Он вышел из тумана в традиционном черном одеянии и когда подошел ко мне, выглядел настолько реальным, что в иллюзию верилось с трудом. Но все же, я точно знала, что все это обман зрения. К тому же, я даже не спала, как это случалось раньше.

«Рад видеть тебя, Линда», – произнес принц гархалов.

– Не могу ответить тебе тем же, уж прости.

«Мне и не нужна твоя радость».

– Тогда, что?.. Что тебе от меня нужно?

«Ты. Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, и сделала это по доброй воле».

– Это ты называешь доброй волей? – усмехнулась я.

«Это была вынужденная мера, чтобы ты поняла, где тебе будет лучше. Люди не примут тебя такой, а со мной ты будешь счастлива».

– Счастлива… – как эхо отозвалась я, а потом рассмеялась неожиданно даже для себя. – Его нет, счастья! Мы придумали это понятие, чтобы оправдать собственное состояние.

«Есть, Линда, и тебе ли об этом не знать».

Поднялся легкий ветерок, принесший с собой шелест листьев. Келс грустил, и я это прочитала по его глазам, которые теперь были такими выразительными.

– Я не вернусь, и ты об этом знаешь.

«Ты не сможешь так жить долго. Это сведет тебя с ума».

Уже, дорогой… Уже свело…

– Как ты это сделал?

Я спрашивала о том, как ему удалось спровоцировать приступ у Райнера, чтобы защитить меня от инкуба черным туманом, который я же потом и поглотила? Келс понял меня правильно, но ответ его не внес ясности.

«Такова его сущность, Линда, которую ты всячески отвергаешь. Для этого мне ничего не пришлось делать».

– Уходи, Келс.

«Ты примешь правильное решение, когда жизнь твоя станет невыносимой».

Он склонился к моему лицу и поцеловал. Я позволила ему это сделать, хоть и толком не почувствовала ничего. Ведь это была лишь иллюзия. Интересно было другое – как мои эмоции отзовутся на прикосновения Келса. И они не разочаровали. Поцелуй гархала мне был так же неприятен, как и Райнера.

На следующее утро наш корабль причалил к берегу в небольшом портовом городке. После длительного плавания непривычно было ощущать твердую землю под ногами. Да и я по-прежнему не чувствовала себя очень здоровой.

Райнер раздобыл карету, поняв, что передвигаться верхом мне будет проблематично. За чуткость была ему благодарна, но не более. Чем ближе к дому, тем сильнее мне хотелось от него избавиться.

– Линда, я должен кое-что сказать тебе, – обратился ко мне Райнер, когда мы уже сидели в карете. – Кучер довезет нас до границы этого герцогства. Дальше начинаются Запретные земли, куда люди не вхожи. Но это единственный путь в Мингерию, и со мной тебе там не грозит опасность.

Напугали ли меня его слова? Вряд ли… С недавних пор я не думала, что есть что-то страшнее тумана, властвующего в твоей душе. А вот любопытство Райнеру удалось разжечь. Мне захотелось узнать побольше о том месте, где он родился и какое-то время жил.

– Расскажи про это место, – попросила я.

– Что именно ты хочешь услышать?

– Все, что ты захочешь или сможешь рассказать.

Наш диалог казался мне странным. Я выспрашивала у лорда подробности, которые интересовали меня наполовину. Мое второе «я» скучало и пребывало в полнейшем равнодушии, куда мы направляемся и зачем. До сих пор не могла привыкнуть к этому дисбалансу, хоть уже и прошло достаточно времени. Лорд не производил впечатление человека, жаждущего поделиться подробностями о месте, где родился. Но в то же время, он старался быть вежливым, хоть в последнее время ему это давалось все с большим трудом, что, в общем-то, меня тоже не удивляло. Умом я понимала, что веду себя отвратительно по отношению к человеку, который пришел за мной, чтобы спасти. Только вот загвоздка в том и состояла, что я уже далеко не была уверена, стоило ли ему ради меня идти на такие жертвы.

– Наверное, сэр Берингар тебе рассказывал о Запретных землях…

– Сэр Берингар обмолвился только, что таковые есть, и что ты периодически там бываешь, – резко отозвалась я, готовая откусить себе язык.

В данном случае я злилась даже не на Райнера. Взбесило его упоминание о маге, которого я считала самым главным обманщиком. Теперь я уже не знала, можно ли верить тому, что он рассказывал про лорда. Какая часть истории любви инкуба и человеческой женщины, а так же рождения у них ребенка является правдой? Что если все это выдумки воспаленного сознания?