Надежда Цыбанова – Благотворительная афера (страница 5)

Кучер натянул вожжи, экипаж замер. Перл пискнула и вжалась в угол, а я незаметно сняла перчатки, аккуратно сложила их на сиденье и чуть приподняла подол юбки. Нет, это не готовность сдаться бандитам, так проще достать стилет, закрепленный на бедре. Девушки любят хранить неожиданные вещи в неожиданных местах.

Хартфорд, напротив, остался невозмутим. Он неторопливым и эффектным жестом сделал из трости шпагу, вытащив лезвие, спрятанное внутри.

– Милые дамы, – произнес он с легкой улыбкой, будто мы на балу, а не в лесу в окружении бандитов. Хотя, наверное, бандиты в плане общения будут поприятнее, чем светское общество, – прошу вас поберечь нервы и не выходить из кареты. Эти джентльмены не стоят вашего внимания.

– Какое самомнение, мистер Хартфорд, – я в легком восхищении приподняла бровь. – Какое безрассудство. Вы что, собираетесь в одиночку расправиться с дюжиной вооруженных людей?

– Мне льстит, что вы, миссис Грейстон, увидели во мне эти качества, но нет, – он слегка поклонился. – На меня всегда работают только профессионалы своего дела.

Снаружи началась суматоха. Причем суета была в стане бандитов. Кучер гонял их с помощью хлыста, а его помощник точными ударами ронял на землю тех, кто пытался подобраться поближе.

Явление Харфорда со шпагой бандитами с радостью воспринято не было.

Но пока мужчины разбирались с основной группой, парочка разбойников бросились к карете, наивно посчитав нас более легкой добычей. Один распахнул дверцу и вцепился в руку Перл, пытаясь вытащить ее наружу.

– Ай! – взвизгнула она. – Не смей меня трогать руками, грубиян!

Я про себя усмехнулась: если бы он трогал ногами, было бы хуже.

Недолго думая, Перл со всей силы пнула его в грудь – да так, что тот отлетел прямо в куст ежевики.

– У-у-у! – донеслось из куста. – Дамочка, вы что, копытом брыкаетесь?!

Второй разбойник, запрыгнувший в карету через дверь с другой стороны, получил от меня сложенными перчатками по лбу – не сильно, но неожиданно.

– Молодой человек, – холодно произнесла я, ведь дезориентация противника – залог победы в драке, – в приличном обществе сначала стучатся. А потом спрашивают разрешения войти.

Он на мгновение опешил, а я, не теряя времени, ловко подцепила его рукав стилетом и слегка потянула так, что он потерял равновесие и вывалился наружу.

– Следующий раз, – добавила я, – стучите три раза. Первый – для вежливости, второй – для смелости, третий – для удачи.

Тем временем снаружи дело шло к развязке. Кучер ловко опутал кнутом ноги двоих разбойников, его помощник прижал третьего к дереву, а Хартфорд изящно обезоружил главаря, подцепив шпагой его шляпу и отбросив ее в кусты.

Я, спрятав стилет обратно под юбку, окинула взглядом поверженных разбойников и иронично заметила:

– Для лесных грабителей они слишком хорошо выглядят, вы не находите, мистер Хартфорд? Или они специально ради нас побрились и сходили к парикмахеру? Да и рубашечки, смотрю, у них чистые, хоть и потрепанные. Или правильней сказать – специально потрепанные?

Чарльз склонился над побледневшим главарем:

– Слышал, что сказала умная дама? – произнес Хартфорд с нотками доброжелательности в голосе. – Расскажешь, кто вас нанял напасть именно на эту карету? Или мы вас привяжем к дереву и забудем, где.

– Надо только выбрать, чтобы рядом был большой муравейник, – с легкой улыбкой посоветовала я.

Главарь сглотнул, покосился на меня и поспешно закивал:

– Ладно, ваша взяла. Нам заплатили… заплатили, чтобы остановить экипаж, идущий в поместье Тонбера. Сказали, что в нем едет важная птица. Больше ничего не знаю, честное слово!

– Я не спрашивал тебя очевидные вещи, – раздраженно цыкнул Чарльз. – Меня интересует имя заказчика.

– Но… – главарь затравленно посмотрел почему-то на меня, – я его не знаю. Мужик в плаще. Сказал, чтобы мы не просто задержали экипаж, а похитили вас. Подержали бы под замком пару недель и отпустили. За это нам обещали саквояж золота!

Мы с Хартфордом многозначительно переглянусь. Кажется, кто-то очень не хочет, чтобы любимый дядюшка познакомился с женихом племянницы до свадьбы. И, думаю, кандидатура у нас одна.

Экипаж тронулся, оставляя позади лес, кусты ежевики и смутные подозрения. Я откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает. Похоже, все веселье только начинается.

ГЛАВА 3

К вечеру деревья по краям дороги стали реже, и перед нами открылось внушительное поместье: трехэтажный особняк с колоннами, террасами и ухоженными садами. Было в нем что-то показное: слишком яркие цветы у входа, слишком блестящие ручки на дверях, слишком услужливые лакеи у ступеней. Словно владельцы всеми силами пытались доказать, что деньги у них водятся. Зачастую это как раз бывает наоборот.

Экипаж медленно подкатил к парадному входу. Кучер открыл дверцу. Хартфорд неожиданно взглядом указал на выход Перл, придерживая меня на месте. Я молча вскинула брови, но пояснений не дождалась. Этот невозможный мужчина определенно играет в какую-то свою игру.

Перл сделала пару шагов, чуть покачивая бедрами, и замерла у подножия лестницы, ослепительно улыбаясь. Наш выход из кареты был не таким эффектным.

У ступеней уже ждали четверо. Хьюго Тонбера я опознала сразу же. Он был высок и строен, с безупречной осанкой и лицом, словно сошедшим с портрета романтического героя: правильные черты, темные глаза, обрамленные густыми ресницами, и легкая обезоруживающая улыбка. Именно такой типаж мог бы вскружить голову выпускнице пансиона. Лично для меня он выглядел хорошенькой картинкой, но ничего существенного из себя не представлял. Ни характера, ни стати, ни ума, ни харизмы. Когда его взгляд упал на Перл, улыбка на мгновение застыла, а глаза расширились. Да, она определенно умеет произвести впечатление.

Рядом с Хьюго стояли двое постарше. Женщина с острым подбородком и цепким взглядом мгновенно оценила наряд Перл, и чуть поджала губы, заметив его дороговизну. Мужчина рядом с ней, плотный, с тяжелым взглядом и аккуратно подстриженными бакенбардами, не сводил глаз с Хартфорда. В его взгляде читалось неприкрытое восхищение пополам с расчетом, словно он уже прикидывал, сколько он получит от потенциального родственника денег.

Чуть поодаль стоял еще один мужчина, примерно возраста Хартфорда, сухощавый, с ироничным прищуром и тростью с серебряным набалдашником. Его взгляд скользнул по Хартфорду и задержался на мне. Точнее, на нитке жемчуга у меня на шее. Он чуть приподнял бровь, будто оценивая, и слегка поклонился. То есть меня сочли платежеспособной?

Разочарование тем, что мы все же до них добрались, на лицах хозяев не было. Или они его тщательно скрывали.

– Добро пожаловать! – просиял мистер Тонбер-старший, почти подбегая к Чарльзу. – Какое счастье, что вы наконец прибыли! Мы так ждали этого дня! Позвольте выразить глубочайшее почтение!

Хартфорд принял поклон с видом монарха, снисходящего до подданного:

– Благодарю, – произнес он холодно, чуть растягивая слова. – Надеюсь, ваш дом столь же гостеприимен, как и ваши слова.

Его высокомерный тон заставил мистера Тонбера слегка съежиться, но он тут же собрался и рассыпался в любезностях:

– О, безусловно, безусловно! Все лучшее – для вас!

Хартфорд небрежно махнул рукой:

– Моя невеста, мисс Перл Эйвери. И моя дальняя родственница, миссис Элизабет Грейстон.

Перл одарила хозяев лучезарной улыбкой:

– Очень рада с вами познакомиться!

Ее голос заставил встречающих вздрогнуть, а Хьюго вообще стал походить на щенка, увидевшего сладкую косточку.

Я же ограничилась сдержанным кивком. Поскольку семейство еще не решило, как следует относиться к женщине со статусом «дальняя родственница», в ответ мне тоже аккуратно покивали.

Стоящий в стороне мужчина оказался дядей Хьюго. Он сходу предложил называть его Эдвардом. Мол, иначе можно запутаться в мистерах Тонбери.

Мы вошли в холл и мое первое впечатление подтвердилось. Вся эта роскошь выглядела, как заплатка из шелка на одежде бродяги. Колонны, казалось, вот-вот раскрошатся, позолота на лепнине местами облупилась, а портреты предков висели чуть криво, будто их вешали в спешке. Паркет под ногами слегка поскрипывал, а люстра, хоть и хрустальная, явно не первой свежести: несколько подвесок отсутствовали, их заменили стекляшки, которые заметно отличались по оттенку.

– Прошу, прошу! – засуетился мистер Тонбер, указывая на лестницу. – Ужин подадут в малой столовой, она более уютная, чем парадная.

Какое чудное определение – «более уютная». То есть меньше и дешевле.

– О, как мило, – сладко пропела Перл, активно изображая восторг. Играла она, к слову, без вдохновения. – Обожаю уютные помещения!

Хьюго, все еще слегка ошеломленный, попытался вернуть себе солидный вид:

– Да-да, добро пожаловать! Мы… мы так рады вас видеть.

– О, мистер Тонбер, вы так любезны! – Перл кокетливо опустила ресницы. – Я уверена, что мы станем прекрасными друзьями.

Дядя Хьюго наконец прекратил ощупывать меня взглядом и учтиво поклонился:

– Мистер Хартфорд, какое удовольствие видеть вас в наших краях. Мы сделаем все, чтобы ваше пребывание здесь оказалось приятным.

– Надеюсь, – холодно отозвался Хартфорд. – Хотя первые впечатления не всегда бывают правдивыми.

Эдвард слегка поморщился, но тут же вернул на лицо любезную маску.