Надежда Телепова – Отстаньте от родителей! Как перестать прорабатывать детские травмы и начать жить (страница 19)

Как мне видится, сегодня человек попадает в зону риска, если ловится на крючок многочисленных «чушей» про сакральность личных границ, сепарации, самоутверждения любыми способами. В любом случае это – вопрос выбора каждого: к кому прислушиваться, за кем следовать, во что верить и кем себя видеть. Решивший примерить на себя образ «жертвы детских травм», упиваться поисками виноватых, пренебрегать ценностями любви, преданности, посвященности, ответственности, собирать вокруг себя таковых же в качестве компаньонов и наставников – выбирает для себя образ инфантильной субстанции, но не зрелой личности.

Д. Б. Эльконин приводит четыре основные линии развития неадекватной идентичности [37]:

1. Уход от близких взаимоотношений, характеризующийся стереотипизацией и формализацией отношений и/или самоизоляцией.

Чушетрансляторы же сегодня активно вещают о том, что:

• «желание молодого человека или барышни сидеть в своей комнате, игнорировать родителей, пренебрегать семейными традициями/трапезами – совершенно нормально»;

• «особенности подросткового и юношеского возраста – стремление познавать себя и не слушать родительские претензии».

2. Размывание времени, куда относится неспособность строить планы на будущее из-за тревоги и страха перемен.

Модное сегодня копание в «детских травмах» – стратегия, которая держит индивида в стагнации: обиды, претензии и агрессия тормозят человека в его развитии; они заставляют его топтаться на месте и бесконечно «прорабатывать» душевные травмы.

3. Размывание способности к продуктивной работе из-за невозможности эффективно использовать собственные внутренние ресурсы, неспособность сосредоточиться; избегание вовлеченности во внешнюю деятельность.

Какая же может быть внешняя деятельность или эффективное использование своих ресурсов у разобиженного взрослеющего дяденьки или тетеньки, вопящих: «Я не просил себя рожать!» – еще одна чушь современных псевдоспециалистов, гласящая, что «родители родили детей для собственного удовольствия», и «поэтому дети ничего не должны» – ни родителям, ни себе, ни кому-то из окружающих, но все должны им.

4. Негативная идентичность, которая проявляется в неприятии и презрительно враждебном отношении к своей роли, которая считается нормой в семье или в ближайшем окружении; например, негативно воспринимается собственное имя, пол, национальность и т. д.

«Делай только то, что считаешь нужным», «общайся только с теми, с кем тебе хорошо», «жизнь слишком коротка, чтобы ее тратить на других людей и их потребности», – примитивная позиция гедонизма – философии удовольствия – очень популярна, ее трансляторы имеют большие аудитории, выбор в эту сторону сделать крайне просто с эффектом незамедлительным: «слушать свое сердце», опираться на чувства, на свои «хотелки». Все это деструктивно и неполезно, имеет форму дешевой саморекламы, хотя подается под соусом «современных достижений в познании психики человека».

Типичный портрет нереализовавшегося в жизни человека:

• разобижен на мир вокруг себя;

• находится в перманентном поиске виноватых;

• пребывает в состоянии неудовлетворенности от собственного неадеквата, но при этом

• вешает на «козлов отпущения» (как правило, на родителей, так как они – самая простая добыча чушетрансляторов) ответственность за свою жизнь и нереализованные цели.

Часто встречаюсь с агрессией со стороны взрослых дяденек и тетенек, которым некомфортно слышать, что их жизнь и психическое состояние – результат их выбора, а не мифических «детских травм».

Они как под копирку твердят, что несправедливо «снимать с родителей ответственность», «игнорировать факт наличия жестокого обращения с детьми в семьях» (далее обычно даются кровавые иллюстрации по теме), «пренебрегать фактом, что есть родители, которые отказываются от своих детей»…

Согласна. Такие родители встречаются: и бросающие детей в роддомах, и алкоголики, и криминальные личности; но таковых процент небольшой среди общего числа семей. В противовес этому проценту – процент взрослых деток с претензиями к «токсичным» родителям – в разы выше и растет в геометрической прогрессии.

Итак, в качестве контрольного вопроса: «Кто же, по вашему мнению, отвечает за качество детско-родительских отношений: родители или дети?»

Этот вопрос я всегда задаю на родительских конференциях и семинарах. В 90 % случаев ответ стандартный: родители.

Оставшиеся отвечают более демократично: обе стороны отвечают за взаимоотношения.

Оба ответа не соответствуют действительности. [26]

Приведу в качестве поддержки моей точки зрения взгляды на периоды жизни человека классиков возрастной психологии Э. Эриксона, Ж. Пиаже и Л. Колберга.

Сначала я представлю результаты исследований этих величайших умов по поводу ДО-подросткового развития.

Э. Эриксон, автор периодизации развития личности, поделил доподростковый период в жизни человека на четыре стадии:

1. От 0 до 1 года (стадия младенчества), где формируется / или не формируется базовое доверие миру, стремление к общению через стабильные отношения с матерью; показатель гармонично проходящего процесса – удовлетворение основных потребностей ребенка с маминой помощью, а с другой стороны, без особой тревоги он переносит ее исчезновение из поля зрения, так как уверен, что она вернется.

2. От 1 года до 3 лет (стадия раннего детства), где к маме прибавляется папа, а затем и другие члены семьи; на этом этапе ребенок с помощью взрослых учится самостоятельности, преодолевая чувство стыда. На этом этапе крайне важно, чтобы требования к ребенку были максимально сопряжены с возможностями его возраста, чтобы запреты и дисциплинирование были максимально разумны и понятны ребенку, чтобы волевая составляющая «я сам» преобладала над импульсивностью и соглашательством.

3. От 3 до 6 лет (стадия детства), где все ближайшее окружение, куда включен ребенок, максимально влияет на его инициативность / или тормозит ее; опять же с помощью взрослого окружения формируется/не формируется моральная ответственность за свои поступки; с одной стороны, необходимы четкие установки «можно-нельзя», с другой стороны, важно не перегружать совесть ребенка, дабы вместо инициативности он не был руководим страхом порицания и чувством вины.

4. От 6 до 12 лет (школьный возраст), где в ребенке воспитывается трудолюбие, навыки овладения новыми знаниями и умениями, в результате он приходит к осознанию собственной компетентности, либо, если взрослые пускают на самотек процесс воспитания, в ребенке укрепляется чувство неполноценности, он переживает неумелость, неспособность, невыгодное положение среди сверстников. [39]

Обращаю ваше внимание, что роль родителей, по мнению Эриксона, исключительно важна: не только в стремлении развивать дары и таланты ребенка, но и прививать ему соблюдение социальных норм и правил поведения.

Ж. Пиаже, автор периодизации интеллектуального развития, выделяет в доподростковом возрасте два периода:

1. Сенсомоторный, когда интеллектуальное развитие происходит через координацию восприятия (например, маминой улыбки, тактильности, эмоциональных проявлений окружающих его людей) и движения (определенные действия для продления интересных впечатлений, например, хохота от папиных причмокиваний или экспериментирование с падающей на пол игрушкой).

2. Период репрезентативного интеллекта (2–7 лет, когда ребенок делает вывод о предметах по собственному восприятию (например, он считает, что ветер дует, потому что деревья раскачиваются) и конкретных операций (7–11 лет, когда ребенок с опорой на знания и наглядность способен к доказательству и рассуждению). [17, 18]

Обратите внимание: роль взрослого в коррекции и координации интеллектуального развития неоспорима; речь не ведется о том, что «ребенок развивается правильно только сам, главное ему не мешать», что сегодня часто транслируется некоторыми психологами.

Л. Колберг, автор периодизации становления морального сознания, выделял два уровня в доподростковом возрасте:

1. Доморальный уровень, когда ребенок воспринимает нормы морали как нечто внешнее и следует им из чисто эгоистических мотивов (избежать неприятности): он сначала ориентируется на наказание и ведет себя «хорошо», чтобы его избежать, а потом и на поощрение, ожидая награды за правильные действия.

2. Уровень конвенциональной морали или «морали по договоренности», когда источником моральных предписаний остаются внешние факторы, но они исходят из потребности поддержать хорошие отношения, ориентируясь в своем поведении сначала на оправдание ожиданий окружающих, а затем – на авторитет. [46]

Обратите внимание: система наказаний и поощрений, уважение авторитета и желание получить одобрение от значимых людей – необходимы для становления морального сознания; философия детоцентризма, где все должно крутиться вокруг желаний ребенка и его ожиданий, идет вразрез со становлением нравственного сознания.

А теперь – о смещении акцентов, начиная с подросткового возраста.

Э. Эриксон [38] говорит о том, что с 12 и до 19 лет формируется идентичность, когда все, ранее вложенное в ребенка, преобразуется; в этом возрасте человек задумывается о значимости имеющихся у него новообразований характера и социальных ролей; о собственных возможностях к дальнейшему развитию; желании что-то в себе изменить, что-то улучшить; здесь формируются собственные нравственные ценности. Подросток делает выбор самостоятельно, но пускать на самотек процесс формирования идентичности нельзя: ему необходимы взрослые значимые люди, которые помогут сформировать твердость нравственных позиций.