Надежда Телепова – Есть только миг (страница 2)

Если бы Екклесиаст хотел быть не поэтичен, но краток, он не стал бы пускаться в столь долгие описания, а остановился на короткой фразе: «Вся наша жизнь – суета!»

В приведенном нами отрывке это слово «суета» встречается пять раз. В переводе с еврейского языка слово, которое употребил в данном тексте Екклесиаст, имеет значение «пар», «туман», «исчезающий дымок», «дыхание».

Подумайте, как пессимистично и даже трагично звучит это высказывание: наша жизнь – просто пар, все в этой жизни не более значимо, нежели рассеивающийся туман, о существовании которого уже ничто не напоминает.

… И так, детские мечты. Многие ли из них стали реальностью? А если и стали таковыми, то принесли ли вам ту радость, которая вам рисовалась детским воображением и детской верой?

НАДЕЖДА. Что касается меня, я стала учительницей. Причем свою педагогическую деятельность я начала еще будучи воспитанницей детского сада. Мама и папа рассказывали мне, что часто, приходя за мной в детский сад, они наблюдали такую картину: детишки сидят на стульчиках вокруг меня, а я читаю им сказки – уже в пять лет я читала бегло, читала много, знала много произведений наизусть. Мечта о профессии претворилась в реальность: я стала учителем, потом – психологом. В реальность претворилась и мечта о прекрасном принце, правда, этого принца я заметила рядом с собой не сразу, а только спустя почти десять лет совместной жизни, когда вдруг увидела, что этот принц – мой муж. Исполнилась и моя мечта о путешествиях – мы много ездим, проводя конференции и семинары, встречаемся с разными людьми. Но к звездам я так и не слетала, и куклу-манекен мне родители так и не купили.

МИХАИЛ. Что касается моих детских мечтаний, я занимался в школе юных космонавтов, и, хотя на Луну не летал, но самолетом управлял и с парашютом прыгать приходилось много. Потом я окончил аэрокосмический институт. С папой примирение у меня произошло, мы с ним стали большими друзьями, правда, это было случилось тогда, когда у меня у самого уже была семья, за два года до папиной смерти. А вот с мамой у них отношения так и не наладились. Да и мои детские мечты об овладении боевыми искусствами так и остались мечтой. Так же, как и самым умным я себя никогда не ощущал, несмотря на то что и второе образование психолога получил, и диссертацию защитил, но чувство несовершенства не покидает меня. Как я сейчас понимаю, так это и должно быть…

Все в этой жизни – «суета, пар, проходящий туман».

«Что пользы человеку?» – спрашивает Екклесиаст (Екклесиаст 1:3). Под словом «польза» понимается чистая выгода. Выгода, измеряемая земными понятиями, в мире «под солнцем». Иными словами, все, делаемое ради ценностей земного царства совершенно бесполезно с точки зрения Небесных реалий.

НАДЕЖДА. Сейчас я понимаю, что самая большая ценность моей педагогической деятельности заключалась не в овладении высококлассной методики, а в том, чтобы являть ученикам и студентам мои убеждения, причем не столько словами, сколько собственной жизнью. Мой профессиональный рост в качестве учителя, а потом – психолога, имеет смысл ТОЛЬКО если его измерять духовными реалиями. Да и наши отношения в семье тоже имеют смысл не столько во взаимном удовлетворении, сколько в способности отражать гармонию духовности отношений.

МИХАИЛ. Мои годы на службе в милиции я так же воспринимаю сегодня как возможность, которая была мне дана, чтобы и там свидетельствовать о своих христианских убеждениях. Меня часто спрашивали в христианских кругах, как это возможно: быть милиционером и христианином в одно и то же время. Я в ответ всегда отвечал: «Какую милицию вы предпочитаете: милицию, где нет ни одного христианина, или же милицию, где есть люди, искренне живущие по духовно-нравственным принципам?»

Да, у каждого из нас были свои мечты. Сегодня они тоже есть, просто, может быть, они не столь чисты, как в детстве. Какие-то из них становятся реальностью, какие-то – нет. Но стоит ли теперь плакать из-за несбывшихся вожделений?

НАДЕЖДА. Наверное, было бы странно, если бы я сейчас начала плакать из-за некупленного манекена?

МИХАИЛ. Или я – из-за того, что не овладел всеми восточными единоборствами.

Важно осознать то, о чем говорит Екклесиаст: «Все – суета сует». Причем – именно ПОД СОЛНЦЕМ, в этом мире, наполненном суетной пользой, где даже сбывшаяся мечта может не иметь никакой пользы.

Многие мечтают получить хорошее образование, посмотреть мир, обрести познания, а Екклесиаст говорит, что не может глаз насытиться зрением, а ухо – слушанием. То есть человеку никогда не бывает достаточно достигнутого.

Что же, тогда можно делать вывод, что и учиться не надо, и стремиться ни к чему не надо? (Кстати, мы встречались с людьми, которые убеждены, что смысл имеет только духовное образование и никакая светская профессия не достойна овладения ею, если, конечно, она не приносит много денег). Екклесиаст говорит не об этом в своем утверждении, что «под солнцем» все тщетно. Он имеет ввиду измерение своей мечты «земной пользой». Ведь и духовное образование может иметь только лишь земную пользу, если служит личным амбициям священнослужителя. А светское – Небесам, если человек – профессионал и своим профессионализмом служит людям.

Екклесиаст говорит, что пользы «под солнцем» не бывает, так как ничего нового нет и не может быть, и даже кажущееся новое уже было в веках.

Приведем лишь два факта, подтверждающих правдивость его умозаключений.

Первый: восторг по поводу выхода в открытый космос в прошлом веке и польза от этого не превосходит восторга и пользы от открытия Америки три века назад.

Второй: изобретение атомной бомбы есть ничто иное, как продолжение открытой разрушительной мощи динамита, которой, кстати, китайцы пользуются около двух тысяч лет.

Стоит вдуматься в такие слова: «И памяти о прежнем нет, и о будущем тоже памяти не останется…» (Екклесиаст 1:11). Можно сказать, что это горюет умирающий старец. Но, подумав, приходишь к выводу, что это мы видим в реальной жизни. Например, имя «дедушки Ленина» ни о чем не говорит современным пятилетним детям. Тем более «уходят в лету» имена менее известных личностей.

Грустно? – Да. Если мыслить категориями «пользы под солнцем».

В Священном Писании написано, что на Небесах ангелы рукоплещут и радуются о каждом человеке, который осознает реальность Царствия Небесного и призывает имя Христа Спасителя. Нигде не говорится о небесной радости по поводу приобретенной профессии, полученного образования или покупки дорогого автомобиля, хотя и это может иметь ценность, если служит Славе Божией.

«Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Евангелие от Матфея 16:26) – когда-то задал вопрос Христос своим ученикам.

И так, вспомните свои детские мечты. Те мечты, которые еще не были тронуты вирусом довольства и накопительства. Те мечты были светлыми и полными любви к людям, к жизни, полными желания приносить настоящий плод. Все дети внутренне ощущают, каким этот плод должен быть. Но потом, к сожалению, внутрь каждого из нас проникает вирус земной суеты, который все желания начинает измерять понятием «пользы под солнцем». Когда-то Иисус Христос сказал: «Будьте как дети, ибо их есть Царствие Небесное» (Евангелие от Марка 10:14). Безграничная детская вера и надежда действительно достойны подражания.

Авторитеты и современность

В каком возрасте вы впервые сказали себе: «Я знаю больше, чем мои учителя?» Каждый человек на каком-то этапе приобретения знаний вдруг с изумлением начинает замечать, что учителя вовсе и не являются истиной в последней инстанции.

МИХАИЛ: Я помню, что в школе в старших классах всегда за сочинения получал двойки по содержанию. С грамотностью проблем у меня не было, а вот содержание никогда не нравилось моей учительнице, потому что оно в корне отличалось от того, что было написано в наших учебниках. Ее это всегда очень сердило, я же никак не хотел писать то, что «положено», а излагал собственные суждения. Тогда я был уверен, что понимаю жизнь на много лучше своей учительницы по литературе.

НАДЕЖДА. А может быть, так оно и было? Ведь привязанность к тексту учебника – удел недалекого учителя. Мне в этом смысле очень повезло с моей учительницей по литературе. Она, наоборот, всячески поощряла нас к изложению собственного мнения и беспощадно карала двойками по содержанию тех, кто списывал чужие мысли. Но зато с учительницей по химии у меня были проблемы. Потому что я никак не хотела принимать ее жизненную позицию относительно оценок. «Отлично» получали те ученики, родители которых ее обслуживали (например, дочки завмага или сыночки парикмахеров). Относительно этой учительницы в старших классах школы у меня сформировалась определенная жизненная установка: она и ее предмет не стоят моего внимания.

МИХАИЛ. То есть ты в старших классах так же была подвержена юношескому максимализму, как и я?

НАДЕЖДА. Да, но что интересно, когда я уже сама проработала больше десяти лет в школе, а потом – в Университете, я увидела воочию, что такой максимализм свойственен очень многим подросткам и юношам, если не сказать – всем. Просто кто-то прячет его и высказывает свое несогласие только очень близким людям, а кто-то (вроде нас с тобой) со всем юношеским пылом выплескивает его наружу.