Надежда Суворова – Пока Медора на смене (страница 16)
— И они идут через мой пункт как кружки и носки?
— Пока да.
— А потом?
Минерва выпрямилась.
— Потом начнут путаться адреса, люди, договоры, печати, право собственности и всё, что держится на правильной привязке.
Кот медленно моргнул.
— Я же говорил, ничто так не держит мир, как складской учёт.
— Не сейчас, — сказала Медора.
— А когда? Когда потолок начнёт выдавать чужие расписки?
Медора посмотрела на Жуна.
— Его надо куда-то положить.
— На диван в служебке, — сказала Минерва. — И уберите от портала.
— У нас нет дивана.
— Тогда на коробки с упаковкой.
— Это уже ближе к реальности.
Они с Лионелом осторожно подняли Жуна под руки и унесли за штору в подсобку. Он оказался легче, чем выглядел, — нехорошо легче. Как человек, которого последние сутки поддерживало только упрямство. Там, среди рулонов бумаги, скотча, запасных бланков и старой швабры, нашлось более-менее ровное место. Медора подложила ему под голову сложенный плед. Жун даже не проснулся.
Когда она вернулась в зал, Минерва уже стояла перед порталом и что-то тихо проверяла серебряным браслетом. Кот сидел рядом. Лионел мрачно доедал шаурму, будто хотел хотя бы одну вещь в этом помещении довести до логического конца.
— Ну? — спросила Медора.
— Контур дышит неравномерно, — сказала Минерва. — Кто-то качает поток изнутри, но не ломает его до конца. Значит, им нужно не разрушение, а время.
— На что?
— На проход груза.
— Семь футляров? — спросил Лионел.
— Семь здесь. Сколько ушло через другие точки, пока мы ещё думали, что это перегрузка, я даже считать не хочу.
Кот поднял хвост.
— Мне нравится, как вы бодро ведёте нас к отчаянию.
— Я не веду. Я просто не скрываю направление.
Медора хотела сказать что-то ещё, но у двери снова звякнул колокольчик.
На этот раз звук был тяжёлый. Настолько тяжёлый, будто кто-то не вошёл, а официально прибыл.
Все повернули головы.
В дверях стоял дракон.
Он был крупный, старый, тёмно-бронзовый, с пузом заслуженного служащего, строгими янтарными глазами и крыльями, которые даже в сложенном виде производили впечатление документа, подписанного не в твою пользу. На шее висела массивная цепь с эмблемой инспекции воздушной доставки. Под передней лапой он держал кожаную папку. На переносице у него, вопреки биологии и здравому смыслу, сидели маленькие круглые очки.
Дракон медленно оглядел зал.
Сначала табличку
Потом коробки.
Потом длинные футляры вдоль стены.
Потом Минерву.
Потом кота.
Потом Медору.
И только после этого сказал низким утомлённым голосом:
— Кто здесь отвечает за этот филиал хаоса?
Медора подняла руку.
— Я.
— Почему у вас дверь открыта раньше времени?
— Потому что беда тоже приходит без записи.
Дракон моргнул.
— Это не официальный ответ.
— Другого нет.
Он вошёл, и пол под его когтями тихо отозвался, как очень старый организм, внезапно осознавший тяжесть государства.
— Старший инспектор воздушной доставки Сорг. Плановая проверка плюс экстренное реагирование на жалобы по контуру. Где журнал?
Кот сразу оживился.
— Какой именно? У нас с утра столько видов страдания, что можно открыть отдельную библиотеку.
Сорг посмотрел на него поверх очков.
— А вы всё ещё здесь.
— И вам доброго утра.
— Оно у меня было до тех пор, пока я не увидел ваш вход.
Минерва шагнула вперёд.
— Минерва Эст. Региональный контроль сети. Здесь уже зафиксирован несанкционированный проход закрытого груза через бытовую точку. Мне нужен ваш допуск к контуру и полномочия на временное перекрытие потока.
Сорг посмотрел на неё без особой симпатии, но с профессиональным признанием. Видимо, людей, разговаривающих таким тоном, он уважал как стихийное бедствие: не любил, но учитывал.
— Полномочия у меня есть, — сказал он. — Чая нет?
Медора несколько секунд просто смотрела на него.
— Что?
— Чай. Крепкий. Без ароматизаторов. И не из пакетиков. Я не проверяю узлы на пустой желудок.
Кот тихо замурчал от восторга.
— Люблю профессионалов.
— Вы пришли на экстренную проверку из-за подозрения в диверсии, — сказала Медора. — И первым делом спрашиваете чай?