Надежда Сомерсет – Возмездие (страница 6)

— Моя госпожа, госпожа Накао спасла бывшую королеву, — повторил широкоплечий гигант и упал на колени, опуская голову под ее взглядом.

— Дорогая, не стоит так злиться, от этого появляются морщинки, — сидящий рядом с ней худощавый юноша, потянулся в кровати, показывая белоснежную кожу, прекрасное телосложение.

— Накао Стаакс… Что советника совесть замучила? — девушка не говорила, она выплевывала яд.

— Ну, она же мать, в конце концов, — вставая с кровати, проворчал юноша и взмахнул рукой, отпуская слуг. Когда в комнате не осталось никого, он продолжил, поворачиваясь к сестре. — Обещаю, тебе никто не помешает стать королевой.

— Знаешь братик, я бы могла и сама помочь ей исчезнуть из этого мира, но хочу, чтобы она насладилась в полной мере моими возможностями, — будущая королева встала, сбрасывая со своего тела теплое покрывало ручной работы и перехватывая взгляд серых глаз и получая удовольствие от того что она увидела в них восхищение, обожание. Да, она красива, стройное тело и молочная кожа, черные волосы и такие черные бездонные глаза. Шибу всегда восхищался ею, а она никогда не помыкала им, прекрасно владея таким оружием как манипулирование. Она прекрасно манипулировала мужчинами, которые ей были нужны. Правда забывала о тех, кто пал выполняя ее задание, но быстро находила новые игрушки, которых пробовала в постели, а потом отправляла на новое задание, после которого возвращались, увы, не все.

Шибу наклонился к ее плечику, отводя шелковые волосы и целуя ее в шейку: — И что хочет будущая королева?

— Приведи ее ко мне, — Гревин сморщилась на секунду, а потом развернулась в его руках и обвивая его шею, зашептала. — Хочу посмотреть на эту красотку, которая смогла выжить после моей магии. Хочу сама вырвать ей сердце и посмотреть какого цвета у нее кровь.

— Какая ты кровожадная, — целуя кончик ее носика, прошептал Шибу. — Будет сделано моя королева.

— Тогда сразу после коронации. Я уже предвкушаю эту сцену: молочная кожа и светлые волосы в подземелье дворца, тонкие руки в обрамлении железных наручников, тонкие щиколотки в обрамлении огненных браслетов, — Гревин взъерошила на голове брата короткие черные волосы и обвела ореол его лица. Шибу застонал от предвкушения и впился в ее губы.

Дазан проснулся с чувством легкости, вспоминая, что в комнате, через стену сейчас спит девушка, которая дала ему надежду на любовь. И пусть четыре часа не могли дать успокоение его телу, но легкость мыслям и душе они дали. Сытный обед или ужин дали покой телу, а мысль о том, что они успели, то, что у них получилось спасти ту ради которой они готовы умирать и возрождаться, дали усталому мозгу возможность отдохнуть.

Надевая майку и серые брюки, завязывая длинные волосы в хвост, он отметил, что давно пора отрезать их, но вспоминая восхищенный взгляд фиалковых глаз и то, как Мэлисента пропускала его длинные пряди сквозь свои пальчики, улыбнулся и выдохнул. Ну что не сделаешь ради восхищенных взглядов любимой? Даже волосы оставишь, хотя ухаживать за ними в таких условиях трудно, да почти невозможно.

Оглядев комнату и отметив, что Питер спит, его дыхание тяжелое, но он хотя бы жив. Да, выжить после такого удара трудно, но кажется у них получилось его спасти. Хотя это была заслуга мальчишек, а не их. Вообще последние дни были насыщены болью и слезами, кровью и безысходностью. Но именно эти трое мальчишек и спасали их от бездны, в которую они спускались с каждым прожитым днем, понимая, что Мэл не просыпается. Именно они находили где-то мясо, чтоб поддерживать жизнь с телах всех мужчин, именно Тайи, который появлялся там где разгорался скандал и сверкали кулаки и успокаивал всех, уже одним своим присутствием. Дазан понимал, что в той ситуации, в которой они оказались, именно эти мальчики стали лучиком надежды, и помогли им не поубивать друг друга, а наоборот помогли трезво оценивать свои поступки, и не спуститься в бездну отчаяния.

Сейчас его смена быть рядом с той, которая стала его домом, жизнью, потому он должен быть рассудителен и трезв в своих мыслях. Вчера он отключился, как только дошел до кровати и ничего не знал про то, что Мэл очнулась, то что ее накормили. И сейчас выходя из комнаты, он желал лишь увидеть ее, быть с ней рядом было для него уже счастьем, остальное неважно.

«Я так хочу стать особенным, стать любимым, жить ради тебя и дышать тобой, что готов просто стоять позади тебя и принимать вместо тебя удары. Только живи, чтобы я мог дышать тобой, слушать твой голос и видеть твои глаза», — Дазан подошел к ее комнате и осторожно открыл дверь. Каково же было его удивление, когда он увидел Мэл лежащую в кровати под одеялом, свои руки она вытащила из-под одеяла и положила на Анн и Кииха, которые лежали рядышком с ней, уткнувшись ей в волосы, было видно, что под одеялом они ее крепко сжимают в объятиях, но видно это никак не смущало девушку, которая спала. Светлые волосы Мэл на белоснежных простынях, глаза закрыты, чуть подрагивающие ресницы и приоткрытые губы. О как же Дазан захотел сейчас быть на месте Анн или Кииха, ревность сжала его губы и сдвинула брови к переносице и он сделал шаг вперед, к кровати. Сейчас его смена и ему стоит лежать рядом с ней и вдыхать ее аромат, обнимать ее. Им пора встать.

В этот момент Мэл решила вырваться из кольца горячих рук, и подняв руки вверх потянулась всем телом, а Дазан замер. О, как бешено заколотилось сердце, понимая, что Мэл не только может двигаться, что вчера он проспал все, а главное ее пробуждение. Но увидев, ее тонкую шейку, ключицу и тонкие запястья и то как руки Кииха и Анн уложили ее обратно в кровать и сжали, прижимая к кровати, улыбнулся. Нельзя быть эгоистом. Ведь он ее любил тогда когда эти двое шли к ним, сражались и получали раны по дороге жизни, где каждый день мог стать для них последним. А он ее любил. У него было больше возможностей, чем у них, потому пусть понежатся в кровати с той, которая и для них целый мир. И Дазан облокотился о спинку кровати и стал наблюдать за девушкой, стараясь запечатлеть в памяти каждую ее черточку, каждый кусочек ее кожи.

А Мэл спала, греясь в горячих руках своих мужчин и не видела ни розовых слоников, ни темных мыслей будущей королевы. Она просто спала, впервые за эти семь дней отдыхая.

ГЛАВА 9 Я эгоистка, ну и что…

Мэл проснулась от того, что ее кто-то нагло рассматривал. От этого взгляда на коже выступили мурашки, и стало холодно, даже под одеялом и в руках Анн и Кииха. Но каково же было ее удивление когда она открыв глаза увидела белую голову Дазана, который стоял в ногах кровати и опирался о спинку.

— Ты? — шепотом спросила она, разглядывая его смеющееся лицо.

— Я. Прости, разбудил? — Дазан кивнул и сморщился. Мэл повела плечами, разгоняя кровь и тут же ощутила как рука Анн, прижала ее к горячему телу, оглаживая ее живот, а потом он вдохнул ее запах и поцеловал ее в щеку, так и не открыв глаза. — Видно им сны снятся с твоим присутствием в главной роли, — решил сыронизировать Дазан.

— Поможешь? — протянула руки к Дазану Мэл и тут же получила горячую ладонь Кииха между ног. — Ой, нет, — поворачивая к Кииху голову и видя его открытые глаза.

— И с кем ты ведешь задушевную беседу? — спросил Киих, двигаясь ладонью по внутренней стороне ее бедра. А Мэл с ужасом наблюдала, как сбрасывал с себя майку Дазан.

«Это что сейчас будет?»

— Я соскучился, малыш, — проворчал Дазан и перелез через спинку кровати, уже полностью обнаженный.

В следующее мгновенье одеяло было на полу, а Мэл целовали сразу с двух сторон. Ее плечи, руки были в таком сладостном плену, что ей хотелось лишь чтобы ни Анн, ни Киих не останавливались. Но потом Дазан опустился на ее ноги и прошелся губами по ее коленкам, обхватывая ее бедра и прижимаясь губами к нежной коже.

— Стоп! — крикнула Мэл и мужчины замерли. — Мне нужно в ванну.

— Хорошо, идем в ванну, — отрываясь от ее плеча, прорычал Анн.

— Я одна, — испуганно пискнула Мэл. Ну что ж они такие глупые, так и хотелось ей крикнуть. В эту минуту, она хотела не только в туалет, она еще хотела и принят душ, смыть с себя эти семь дней. Дазан выпрямился, понимая, что утреннего секса не будет, скривился и сполз с кровати, освобождая ноги любимой. Киих в эту минуту пожалел, что вчера они так поспешно уснули рядом с любимой, так и не получив от нее немного любви, остановившись лишь на поцелуях. Анн вздохнул и отпустил Мэл, укладываясь на подушку и закрывая глаза, пытаясь успокоиться. Его дружок уже принял стойку и теперь успокоить его будет сложно. А Мэл осторожно села, потом осмотрелась и решила, что перелезть через Анн будет самым невинным в ее случае, почему-то ему она доверяла больше всех.

— Малыш, если будешь меня трогать там, то обещаю, что в ванной ты окажешься не только со мной, но еще и с двумя голодными мужьями, — простонал Анн, когда Мэл слезла с его ног, опуская свои ножки на пол.

— Я тебе доверяю, — Мэл сверкнула глазами и скрылась за дверью. А мужчины с тоской посмотрели ей вслед и каждый в этот момент подумал про то, что было бы прекрасно, если бы только он был единственным мужчиной у этой девушки.

Уже в ванной, стоя под струями воды, Мэл услышала тяжелые шаги в комнате и крик генерала: — Где она?