Надежда Сомерсет – Возмездие (страница 17)

— Госпожа, мы нашли всех, — склонился позади нее ее поверенный и личный слуга. А Теффана остановилась перед камином и рассматривала фигурки стоящие на полочке. Маленькие пузатые девочки и мальчики танцевали лишь им одним известный танец. Не получая указаний, слуга занервничал. — Что нам делать сейчас?

Теффана повернулась к слуге, молодой человек, не сын, не муж, не наложник, но верен: — Спасти всех и приведите ко мне ИХ. Хочу взглянуть в их глаза.

Трое молодых людей, стояли обнаженными в комнате, спина к спине, связанные по рукам и ногам, где в креслах в разных концах комнаты сидели трое фрейлин в нижних сорочках, обнаженные плечи, колени. А в руках у каждой сверкали магические кнуты. Да, их уже опробовали на них, даже измерили меру их боли и теперь эта пытка будет долгой, так, чтобы барышни получили удовольствие от того, что эти трое мальчишек будут покрываться кровью и терпеть боль от каждого удара.

— Расскажете к кому вы шли?

— Кто тот, кто должен был вас встретить?

— Мы его пригласим сюда, чтобы он тоже принял участие в этой игре, — рассмеялась Теон, выбрасывая кнут вперед и обдавая жаром магии голые бедра Лилла, оставляя на коже красную полосу от магии огня.

Мальчишка вскрикнул и попытался отстраниться, но связанному тяжело передвигаться, потому лишь опустил голову, роняя слезы.

— Сестры, мальчики не понимают, что они теряют, нужно их наказать, — подняла руку для удара Ярвис. Конрад закрыл глаза, уже предчувствуя адскую боль, когда дверь в их пыточную, слетела с петель, а в комнату ворвались трое мужчин в золотой броне.

— Кто вы? — попыталась остановить мужчин Эбет, но рывок крепкой руки и она впечатывается в броню высокого мужчины, а скрученные руки девушки не дают ей возможности пошевелиться. Таким же образом были вытащены из кресел еще две фрейлины, которые попытавшись призвать свою магию, натолкнулись на щиты.

— Магия нашей госпожи нас защищает. Вас уже ждут, — перехватывая Эбет за локоть и выводя из комнаты, сказал тот, кто несколько секунд назад чуть не сломал ей руки. В коридоре слышались женские крики, а потом мимо комнаты протащили извивающуюся обнаженную Бенгер, которая кричала, что она фрейлина королевы и ее судить может лишь Гревин Итон.

ГЛАВА 24 Закон гласит…

Теффана стояла около стола, глядя как ее солдаты практически вносят извивающихся и кричащих четверых фрейлин на руках, опуская их на колени на пушистый ковер в библиотеке. Три девушки были одеты, ну можно так сказать: белоснежные пеньюары, и кружевное белье не могло закрыть их тела, а вот с четвертой все было намного хуже. Она была обнажена, что уже не очень прилично, ведь ее стража, хоть и вышколена, но лучше не будить их мужское эго: — Принесите дамам одежду, не хорошо сверкать своими прелестями перед всем замком.

— Советник, как вы смеете? Я была в своем праве и развлекалась со своим рабом, — крикнула Аполо, отбрасывая черные волосы за спину, гордо поднимая голову.

— Вашим? А я думала, он принадлежит бывшей королеве? Ведь именно о том, к кому он шел, вы дорогая его и спрашивали? — Теффана повернула голову к стоящему у стеллажа ее поверенного.

Джонс тут же отреагировал: — Свод законов империи Элевис гласит: — раб принадлежит своему хозяину и только хозяин может его наказывать, казнить или миловать.

— Так что вы совершили дурное дело, — покачала головой Теффана, разглядывая стоящих перед ней на коленях девушек. Да красивы, да магически одарены, хоть и слабо, но им кажется, хватает.

— Она изгнана, значит, я вправе делать с ее рабами все что захочу, она все равно не может предъявить мне права, — крикнула Аполо, но под взглядом советника задержала дыхание и замолчала.

— А вы этого хотите? Насколько я знаю у всех вас магия стихий, а у Мэлисенты две магии, которые намного превосходят ваши вместе взятые. И хоть она и необученная магичка, но кажется неплохо справляется с двумя магиями. А так же я помню, что ей очень не нравилась арена, думаю, ваш спор она захочет решить лично, — улыбка советника была искренней, но ничуть не радовала Аполо, которая вся сжалась под смеющимся взглядом Теффаны.

— А к нам какие претензии? Эти мальчишки ей не принадлежат, — осторожно спросила Теон.

Теффана кивнула: — Да, в этом ее ошибка. Она слишком добра. Нужно сразу ставить тавро на свою собственность. Ведь именно так вы моя милая поступаете в своем поместье?

Джонс тут же отреагировал на воцарившуюся тишину: — Закон гласит: заниматься членовредительством любого человека мужского или женского пола — запрещено.

— Ой, будто вы святая! — подала голос Аказа Ярвис.

— Не святая, но законы соблюдаю. И каждый получает в соответствии со своими действиями: как наказание, так и поощрение. И тавро ставлю лишь на скот, коим мои мужчины не являются.

— Мы им только шкурку немного помяли, да и то, мы хотели лишь узнать, зачем они сюда вернулись? — вставила свои пять копеек Эбет.

— И как, узнали?

— Послушайте советник, империя огромна, вы не можете нас наказывать, зная, что в самых дальних его уголках сейчас творится то же что было несколько часов назад здесь, — Аполо сверкала глазами, пытаясь рассказать советнику с ее сегодняшним чувством справедливости, что она не вечная и не может быть сразу во всех землях, поместьях и городах.

— Не могу, закон запрещает наказывать женщин, даже таких как вы. Но я могу воспользоваться лазейкой и показать всей империи, что творить такое не может никто, даже женщина, — она повернула голову к Джонсу и тот раскрыл книгу, медленно читая строки, от которых у фрейлин потемнели глаза.

— Закон о непослушании: если женщина становится на путь, который противоположен ее природе, то требуется ограничь ее в магии, лишить ее возможности ею пользоваться и отправить ее на несколько лет служить в самые дальние уголки империи, чтобы она могла осознать всю полноту своего падения и измениться.

А Теффана сделала лишь один шаг вперед, а фрейлины отшатнулись, отползая: — Это все мы делали всегда с теми, кто не проходил проверку на алтаре, но я ведь могу это сделать и без алтаря. Закон мне это позволяет, а моя магия мне поможет в этом. И даже если женщин катастрофически мало и наш мир скоро не сможет выживать, я могу показать всем живущим, что закон надо соблюдать. Это и будет тем маленьким кусочком страха, который позволит и дальше таким вот дамочкам как вы, сдерживать свои порывы.

— Но Мэлисента тоже так поступала и вы ничего ей не делали? — взмолилась Яна Теон.

— Она уже поплатилась за свое поведение. Теперь же вы мстите ее сестре, а где сама королева никто не знает. Да и королева никогда не ставила тавро на своих рабов, — Теффана кивнула и продолжила. — Может быть, сама богиня ее наказала, а ее сестра стала для мира мужчин маленьким лучиком надежды? — Теффана вздохнула. — Что говорить, вы молоды, амбициозны. Хотите повелевать миром, не понимая, что каждое ваше действие ведет к тому, что мужчины нас просто ненавидят. Это не изменит наш мир, а лишь приведет его к падению. Эта новая Мэлисента показала, что можно по-другому относиться к живущим. Увы, я это поняла слишком поздно.

В комнату вошли четверо слуг, неся в руках черные робы: длинные черные прямые платья, безрукавки.

— А вот и ваша одежда, — с усмешкой показывая на стоящих в дверях слуг, сказала Теффана. — и я бы на вашем месте не сопротивлялась, а переоделась. Не хочу вас заставлять.

— И что? Вы не сможете мен наказать, моя мать вас никогда не простит. Империя вам уже давно не принадлежит, — Аполо встала, вырвала из рук слуги платье и набросила на себя. — Идху давно живет по своим законам.

— Да? Наши земли делятся на Идху, Зортос, Епхат и Такаги. Значит, сейчас ты сама даешь мне право отправиться в Астелин, чтобы призвать к ответу твою матушку? Надеюсь, столица Идху встретит меня достойно? — Теффана смотрела в глаза молодой девушки, наконец понявшей, что она сейчас сказала. И видела, как менялся ее взгляд из задиристого, гордого в испуганный.

— Я пошутила, госпожа, — упала на колени Аполо. Но Теффана уже отвернулась от нее, взглянув на Джонса, который тут же раскрыл следующую страницу свода законов империи и процитировал: — Закон гласит: любое восстание против правящей касты приравнивается к опасности всей империи и карается смертью всех в нем указанных.

— Ну что ж, если больше никто «шутить» не хочет, тогда начнем, — Теффана повернулась к склонившим головы девушкам и подняла руки с золотым огнем вверх.

ГЛАВА 25 И что дальше…

Питер шел за матерью по коридорам замка, и хоть он никогда здесь не был, но теперь он понимал, почему Мэлисента так не хотела сюда возвращаться. Переходы, лестницы, огромные комнаты, здесь все дышало роскошью, а ведь ей так нравилось в маленьком замке с прекрасной резной лестницей, и бальным залом. Где уют создавался огромными горшками по углам, в которых должны стоять цветы, маленькими банкетками, красивыми статуями в которых передана вся любовь к женскому телу. А ее любовь к винному погребу или кухне, в которой кажется и нет ничего, но когда он вспоминал Мэлисенту, то почему-то вспоминал ее счастливые глаза у огромного очага, когда она любовно проводила пальчиками по камню.

И вот он идет и улыбается, а впереди идет его мать и он не помнил, чтобы она ему улыбнулась хоть раз в его детстве, где в улыбке была бы любовь.