Надежда Соколова – Первая сваха Империи (страница 9)
Ну, еще бы, это в обществе десятка-двух красавиц эльфиек? Вдали от жены? Конечно, ему мгновенно станет лучше.
– Его величество устраивает бал в конце недели, – вступил в диалог Ронтариор. Ему, видно, не хотелось слушать ложь о «больном» отце. – Лоринары, вы собираетесь присутствовать?
Невесты оживились: императорский бал, великолепное событие года! Конечно же, они собирались там присутствовать! Это же великолепная возможность проявить себя! Показаться в среде аристократов! Завязать нужные знакомства!
Глава 14
Хоть мечтою неуемной
Страсть томит, тоску струя,
И без отдыха и срока
Боль жестокую дарит,
Шип вонзая вероломный, -
Но приемлю дар жестокий
Я без жалобы и гнева.
Джауфре Рюдель. Трубадур. «В час, когда разлив потока»
Я на бал не стремилась. Мало того, собиралась именно в этот день устроить себе персональный выходной, оставить в агентстве только работников и наслаждаться жизнью дома, с чашкой горячего какао в руках. В это время года погода обычно стремительно портилась, а потому я с удовольствием зажгла бы камин, слушала бы потрескивание сучьев в жарком ярком огне и бездумно качалась бы в кресле. Говорят, смотреть на огонь в камине полезно для нервов. Вот я и устроила бы себе этакую терапию.
Увы и ах. Хочешь насмешить богов – поделись с ними своими планам. Поговорка, похоже, работает во всех мирах.
Не успела я прийти домой, уставшая, измученная и выбившаяся из сил, как ожидавший меня Андрей появился в холле и сообщил:
– Тебе письмо принесли. Я попытался вскрыть – оно током ударило.
От брата у меня тайн не было, в этом мире так уж точно. Поэтому на его самовольство я привычно закрыла глаза. А вот «ток» меня насторожил. Электричество здесь еще не изобрели, током могла бить магия, причем нацеленная на конкретную личность. Обычные конверты такой сильной магией не запечатывали – ничего сверхсекретного в них не было. Так что возникал закономерный вопрос: откуда появился конверт? А еще: надо ли мне его вскрывать? Некоторые вещи лучше не знать, здоровее будешь.
– Марин? – не дождался моей реакции Андрей.
– А? – задумчиво откликнулась я. – Не хочу я его брать… Что-то дурное у меня предчувствие…
– Ты хоть посмотри, от кого, резонно заметил брат.
Ладно, вдвоем с ним мы прошли в гостиную. Там, на небольшом журнальном столике, в гордом одиночестве лежало письмо: темно-синий конверт, золотое тиснение по бокам, в центре – серебряная печать. Похоже, приплыли. Подобное оформление встречалось только у писем от королевских особ. У меня во дворце никого знакомого не было. Писать мне, скромной свахе? Да я скорее поверю в сошествие на землю всех местных богов.
– И кто это? – полюбопытствовал Андрей.
– Понятия не имею, – дернула я плечом. – Думаю, кто-то из семьи императора. По оформлению похоже.
Андрей изумленно присвистнул:
– И чего ты ждешь?
– Боюсь, – честно призналась я. – Некому мне там писать.
– А ты уверена, что таких, гм, людей стоит игнорировать?
Я вздохнула, глубоко, тяжело, подошла к столику, взяла в руки письмо. Нет, конечно, не стоит. Попробуй их проигнорируй. Ну, и кто там мне пишет?
В конверте оказалась позолоченная карточка – составленное по всем правилам этикета приглашение на две персоны на императорский бал. Судя по тексту, приглашалась именно я, плюс со мной мог появиться любой сопровождающий, независимо от пола. Подписи не было. Только исператорская печать, открывавшая мне двери во дворец.
– На бал пойдешь? – повернулась я к Андрею.
– Другого козла отпущения ты, конечно, не нашла?
– Ну… Ты же теперь тут живешь и работать собираешься, сестра у тебя сваха, значит, надо привыкать к местным реалиям.
– Зараза ты.
Ну так. На том и стоим.
Подходящего платья в моем шкафу, конечно, не нашлось. А значит, придется завтра или появляться в магазине готовой одежды, или вызывать портного. Вот уж не было печали.
Я понятия не имела, кому и зачем понадобилась сваха на балу. Или же хотели увидеть меня, Марису Огненную, независимо от моей профессии? Опять-таки, зачем?
Вопросы, вопросы. С ними и пошла спать, отказавшись от ужина, – сил не оставалось ни на что.
Заснула я, едва повалившись на кровать, даже не раздеваясь. Снилась мне всякая муть в виде темных сырых подземелий, длинных коридоров, из которых не выхода, и ужасных чудищ, так и старавшихся меня съесть. Проснулась я злая, готовая драться до последнего и голодная.
Андрей с Шариком завтракали на кухне.
– Что тут можно пожевать, пока я не пожевала вас? – приветствовала я своих мужчин.
– Вот вечно она голодная, а меня недокармливает, – проворчал Шарик. – А я, между прочим, организм молодой, растущий.
– Мышам это будешь рассказывать, – посоветовала я, уселась на стул, обвела жадным взглядом тарелки на столе. – Блинчики, гренки, каша, молоко. Хорошо, но калорийно.
– Ты по клиентам побегаешь, и где те калории, – проворчал Андрей, не одобрявший моих постоянных диет. – Ешь давай. А то так себе гастрит заработаешь.
В принципе, он был прав. Да и блинчики так вкусно пахли…
В конторе я появилась еле передвигавшимся колобком.
– Дарина, новости есть, хоть какие? – спросила я у дриады.
– Третье свидание вампира через час. Деньги он передал.
Угу. То есть финансово я не потеряю. Интересно, успеет Шортас карт Логарнас разобраться, что к чему?
Глава 15
Мне в пору долгих майских дней
Мил щебет птиц издалека,
Зато и мучает сильней
Моя любовь издалека.
И вот уже отрады нет,
И дикой розы белый цвет,
Как стужа зимняя, не мил.
Лоуриелья рыдала: горько, обильно, громко. Она готова была своими слезами затопить не только выделенную ей комнату, но и весь офис. Вампир, как я и предполагала, оказался аферистом. Лоуриелья нужна была ему исключительно как прикрытие для облапошивания наивных клиентов. Он представлялся им известным на всех континентах алхимиком, появившимся в нашей столице вместе с молодой женой, тщательно осматривался во время визита, а потом совершал кражу. Лоуриелья должна была подтверждать его алиби, если им вдруг заинтересуется Служба безопасности империи.
– Он… меня… бросил… – доносилось сквозь всхлипы.
Лоуриелье было все равно, что фактически ее кавалер ее не бросил, а был пойман с поличным. Главное, что она, влюбленная красавица, сейчас вдали от предмета своей страсти.
– Он… обещал… он…
Слезы лились нескончаемым потоком. Я беспомощно топталась на пороге комнаты. Успокаивать женщин с разбитым сердцем меня не учили. Типично земные объятия не помогали, пара несильных пощечин – тоже. Лоуриелья включила режим принцессы Несмеяны и, похоже, надолго.
– Женщины, – послышалось усталое за спиной. – Иди уже отсюда. Я сам разберусь.
Я повернулась: Андрей, в пошитом костюме на выход, стоял в коридоре, готовый действовать только ему известными способами.
– Начнет затапливать комнату – спасайся бегством, – проворчала я, уступая дорогу брату.